После этого епископ-Дерини Ниеллан и епископ-человек Дермот провели обряд посвящения, лишь немногим отличный от возведения в священнический сан, наделяя их властью проповедовать, исцелять, благословлять и отпускать грехи. По очереди возложив руки на главу каждого из троих, епископы призвали на них милость Небес, дабы благословить их самих и их труды.
Сегодня утром, перед мессой, все трое исповедовались и приняли Святое Причастие, поскольку среди виллимитов священников почти не было, и никто не знал, когда им удастся сделать это в следующий раз. Еще более торжественным обряд сделался. когда Дермот использовал те слова, что обычно произносятся над умирающими или смертельно больными.
Accipe, frater. Viaticum Corporis Domini Jew Christi...
Прими, брат, пищу на путь твой, плоть Господа нашего, Иисуса Христа, и да хранит он тебя от врагов и приведет к жизни вечной...
И наконец, в довершение всего, дабы подчеркнуть опасность избранного пути, Ниеллан дал каждому из них Последнее Причастие - поскольку, если им суждено погибнуть от рук врагов, то это будет уже невозможно.
- Per istam sanctam Unctionem et suam piisimam misericordiam indulgeat tibi Dominus quidquid per animum deliquisti, - провозгласил Ниеллан, перекрестив каждому лоб. - Этим священным помазанием, в своем безграничном милосердии, да простит вам Господь все грехи, и в помыслах ваших. Аминь.
По окончании обряда, все молча потянулись к выходу. Джорем, Ивейн, Кверон, Джесс и Ансель пришли к Порталу, чтобы проводить друзей в дорогу. Ансель привел с собой троих виллимитов. Без единого слова прощания - ибо все уже было сказано, - путники покинули убежище. Те, кто остались, разошлись в молчании. Никто был не в силах обсуждать происшедшее.
Глава 18
Тайна Господня - боящимся Его, и завет Свой Он открывает им
Псалтирь 24:14
Те сорок дней, что Реван собирался провести в лесной глуши как отшельник, оказались для Ивейн прекрасной передышкой, поскольку у нее наконец появилось время заняться столь необходимыми изысканиями. На следующий же день члены Совета организовали круглосуточное дежурство, ежедневно, а порой и дважды в день связываясь с Сильвеном, пока тот наконец не сообщил, что они благополучно прибыли на место. Теперь контакт устанавливался реже, всего на час после полуночи, на случай непредвиденных трудностей. В остальном же те, кто оставался в убежище, ничем не могли помочь Ревану, и им оставалось только ждать. Стало быть, каждый получил возможность заняться своими делами.
Правда, пока не было возможности связаться с Джаваном. В Ремуте имелось несколько вполне доступных Порталов, в том числе и один прямо во дворце, но принц о них не знал. К тому же, он пока еще не прибыл в Ремут. Посланцы Джорема зорко следили за королевской процессией и сообщали, что Джаван пребывает в добром здравии и на свободе...
Кортеж надолго задержался в Тарлевилле, во владениях графа Таммарона. Там они собирались остаться не меньше чем на неделю, прежде чем вновь тронуться в путь в новую столицу. Да и когда они наконец прибудут на место, понадобится еще немало дней, чтобы дела там устоялись и наладилась привычная рутина. Лишь после этого можно будет попытаться что-то предпринять.
Вот так и получилось, что у обитателей убежища неожиданно оказалось полно свободного времени.
Джорем и Ивейн начали с того, что подвели итог своим предыдущим изысканиям.
- Я начала с четырех свитков "Протоколов Орина", что мы забрали из Шиила, - сказала Ивейн, листая свои записи, разложенные на столе. - Как ты знаешь, они вложены в футляры разных цветов и потому именуются Черный, Алый, Зеленый и Золотой.
Именно в последнем мы нашли все необходимое, чтобы отец мог принять в себя воспоминания Элистера.
- Но нам давно известно, что заклятья остановленной жизни там нет, возразил Джорем.
- Да, и все же я внимательно перечитала все четыре свитка, равно как и примечания к трудам Орина. Ни он сам, ни его последователи не говорят об этом напрямую, и все же я считаю, что искомое заклинание является продолжением того, что мы сделали тринадцать лет назад. Кроме того, мне попались смутные упоминания о якобы существовавшем Пятом Свитке, в синем футляре, который порой именуют еще "Книгой Отваги". Похоже, это был последний труд Орина, и он работал над ним до самой смерти.
- Значит, мы ищем Пятый Свиток?
- Не обязательно. - Ивейн взяла в руки другой листок. - Меаранский поэт Мак-Дара, живший двести лет назад, упоминает о заклятье против смерти в своей оде "Дух Ардала". Не думаю, что это просто поэтическая вольность... Из более свежих источников - имеется туманный текст, именуемый "Haut Arcanum" гавриилитского философа, некоего отца Эдуарда. Нужно будет спросить о нем Кверона. И мне кажется, что-то есть еще в каком-то труде под названием "Liber Ricae", или "Книга Покрова". Очень редкая вещь, я так и не смогла отыскать его, - но он должен был быть в старой варнаритской библиотеке.
Покачав головой, Джорем поднес выписки Ивейн поближе к свету. Они с сестрой сидели в крохотной келье, недалеко от того места, где покоилось в магическом сне тело Камбера; все подходы в эту часть убежища были тщательно ограждены заклятьями. У стены стояло полдюжины сундуков с книгами, и кроме стола посреди комнаты, здесь оставалось место лишь для двух стульев.
- Варнаритская библиотека, говоришь? Да, вот это будет задачка не из простых, чтобы попасть туда!
Эдвард Мак-Иннис, скорее всего, наводнил Грекоту епископской стражей. Обычным путем никто из нас не рискнет туда отправиться.
- Иными словами, необычным путем все же можно попробовать?
- Хм-м, вероятно. - Он не сказал ничего больше, и Ивейн поежилась на стуле, поплотнее запахиваясь в плащ.
- Ну же, выкладывай.
Джорем пожал плечами.
- Помнишь, я рассказывал, как отец взял меня с собой в развалины под Грекотой, в ту самую осень, когда Синхил пришел к власти. Позже он показывал мне старые планы резиденции епископа. Тебе не доводилось их видеть?
- Нет.
- Так вот, дворец просто пронизан тайными ходами и комнатами. Некогда там был варнаритский монастырь.
- Да, кажется, я что-то слышала об этом. Но планов не видела. Он все собирался мне их дать, но руки так и не дошли. Полагаю, ты не знаешь, где они сейчас?
Джорем положил записи на стол, подровнял их, затем скрестил руки на груди.
- увы, нет. Я тоже видел их всего один раз.
Столько всего случилось за эти годы.., скорее всего, он просто положил бумаги обратно в архивы, где их нашел. Не знаю, успел ли он сам исследовать эти подземелья, но насколько я могу сейчас вспомнить увиденное, там имелись какие-то ответвления ходов, ведущих прямо к библиотеке. Разумеется, это не означает, что я сумею отыскать их на месте, и что по ним все еще можно пройти. Даже те немногие залы, куда он брал меня, были в ужасающем состоянии, кое-где там казалось просто опасно находиться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
