с этим, — мрачно выдавил из себя полукровка, буравя меня не слишком добрым взглядом, — в попытках избавиться от моей проблемы, я делал немало такого, о чём теперь сожалею. И если есть хотя бы один шанс того, что я могу вернуться к нормальной жизни, я готов пожертвовать многим. — Видимо, осознав, что фраза прозвучала немного угрожающе, а он не в том положении, чтобы давить на меня, Лори мгновенно поменял тактику, умоляюще прижав к груди руки и сделав приблизительно такую же умильную мордочку, как у кота в сапогах из одного старого, но всем известного мультика, — прошу тебя, нет, умоляю, не нужно отказывать, я готов ждать, сколько нужно, готов компенсировать любые затраты и неудобства.
— Вот так, значит... дай-ка подумать, — я принялся усиленно размышлять, поскольку эта ситуация напомнила мне, как действуют мошенники в моём родном мире. Делают якобы уникальное предложение и давят, не давая времени на размышление. Как бы не подписаться на какую-нибудь подставу, вдруг это проклятие в итоге перейдёт на меня? Симу-то всё равно, он даже порадуется, такой образец для исследований, а мне ещё шкура дорога.
С другой стороны, если эта неизвестная предсказательница с невероятной точностью смогла увидеть грядущие события, к её словам точно не стоит относиться снисходительно. Да и сама формулировка послания весьма странная, по отношению к посланнику даже немного уничижительная, словно речь о вещи, а не о живом разумном существе. Вспомнил, схожим образом выражались помогающие какому-нибудь Ивану-царевичу, или Ивану-дураку в русских сказках, мол, не убивай меня, я тебе ещё пригожусь. И это, на самом деле, было очень пугающе, поскольку давало отрицательный ответ на вопрос «случайно ли я здесь появился?», и косвенно доказывало, что за моим пребыванием тут следит некто с невероятными возможностями, поскольку я должен послужить его планам. И остаётся только надеяться, что его планы не идут вразрез с моими.
Весьма вероятно, что отвязаться от этого весьма опасного фембоя не получится, и получив отказ, тот примется за шантаж, угрозу близким и прочие нелицеприятные методы, вынуждающие меня ему помочь. А если я соглашусь, то как вообще ему помогать? Будь он бабой, я бы долго не раздумывал, ввёл бы в его организм наноимитации, совместив приятное с полезным, однако заниматься соитием с мужиком, даже очень похожим на красивую бабу — нет уж, увольте. Хоть для этого извращённого мира такое вполне в порядке вещей, но я-то не его часть. Мрак какой-то, от одного трансвестита еле отделался, а тут уже второй, что за попадалово?
Быстренько проконсультировался с симбионтом по этому вопросу. Тот обрадовал меня тем, что можно обойтись без этой процедуры, вместо неё используя усиленную приспешническую связь. Более долгий и трудоёмкий процесс, однако других вариантов, кроме длительного изучения тела и магической системы пациента, вовсе нет. Вдобавок, мой внутренний пассажир привёл мне очень важный аргумент в пользу помощи нуждающемуся — по всей видимости, как природник тот весьма силён, и может послужить донором ценных магических знаний, нужно только аккуратно при удобном случае влезть к нему в голову.
— Получается, я единственный, кто может тебе помочь? — уточнил я то, что и так было понятно из рассказа. Собеседник, размышляя до этого о чём-то своём, склонил голову, выражая подтверждение. — У меня есть три условия, если примешь их — я приложу все усилия для решения твоей проблемы. Первое, будешь во всём мне помогать, даже если это напрямую не касается решения твоего вопроса.
— Справедливо, — после секундного раздумья выдал Лори, — решение твоих проблем в любом случае приблизит решение моих, а тому, кто избавит меня от проклятья, я могу быть очень благодарен и на многое способен.
— Не знаю, на что ты намекаешь, но на всякий случай уточню, я люблю женщин, не нужно предлагать мне своё тело, — открестился я. Судя по всколыхнувшейся буре из негодования, отвращения и гнева, женоподобный блондин также не относился к любителям однополых отношений, однако вслух он ничего мне не сказал. Впрочем, его закаменевшее лицо и недобрый взгляд выдавали его с головой.
— Я не это имел в виду, — процедил собеседник, — согласен на это условие и хочу услышать остальные.
— Второе, — улыбнулся я от такого зрелища. Оказывается, подкалывать этого полукровку весьма весело. Интересно, он всё время будет терпеливо сносить мои намёки, или же ему не хватит терпения? А если не хватит, что он сделает своей последней надежде на излечение? — Ты никому и никогда не расскажешь о том, что узнаешь от меня, обо мне, или рядом со мной, и ни с кем, кроме меня, эти сведения обсуждать не будешь.
— Согласен, — на этот раз собеседник размышлял дольше, но в итоге кивнул, — каждый вправе хранить в тайне свои возможности и методы работы, секретность ещё никому никогда не вредила. Какое третье условие?
— Станешь моим приспешником, на неопределённый срок, пока я не решу, что в этом нет больше необходимости, — я небрежно махнул рукой, мол, пустячок какой прошу, почему бы не согласиться.
— Приспешником? Чтобы я, природник шестой ступени, аристократ из Дома Ласточки, стал чьим-то приспешником?! — Тут блондина прорвало. Он аж вскочил, зло буравя меня взглядом. — Никогда, даже если ты сам Руа Еджин!
— Кто-кто? — я намеревался ответить в стиле «скатертью дорога, баба с возу, кобыле легче», но услышав конец фразы, насторожился. — Это что за ругательство? — Естественно, я понял перевод сказанных по-ульвийски слов, но во-первых, хотелось бы знать, что это означает, а во-вторых, нечего пока этому подозрительному типу знать, что я понимаю на его языке, пусть сначала докажет, что ему можно доверять.
— Руа Еджин в переводе означает «тот, кто вернётся», — более спокойно и неохотно поведал мне этот аристократ-природник. Видя по моей ожидающей продолжения физиономии, что мне это ни о чём не говорит, он ещё более неохотно пояснил, — легендарный воин, владелец «творцов мира», парных клинков.
— Ты ничего не спутал? — скептически осведомился я у собеседника. — Это просто куски металла, какие к хтору «творцы мира»? Тем более, один мой знакомый ном, подаривший мне их, называл эти мечи совсем по другому.
— Не нужно отрицать очевидное, я уже пообещал хранить твои тайны, — скорчил недовольную физиономию Лори. Вот ведь скотство, даже недовольство на его девчачьем лице выглядит мило. Что это за проклятие такое, что делает баб из мужиков? — Только одни клинки
