Перебравшись через завалы, мы вошли в ту часть златоглавой, где уже давно не ступала нога человека. Впрочем, возможно, и ступала, но прогулки эти были недолгими и заканчивались самым печальным образом.
Мы шли по пустынной улице, лишь ветер гонял из стороны в сторону мусор.
– Всем стоять, – вдруг тихо скомандовал Кот.
Некто с автоматом в руках, в общевойсковом защитном комплекте серебристого цвета и «ГП-7В», противогазе с приспособлением для приема воды из штатной армейской фляги, стоял метрах в ста впереди нас. При этом стекла на противогазе незнакомца были абсолютно черного цвета. Он приветственно вскинул руку.
Кот, не оборачиваясь, бросил нам вполголоса:
– Молча достаем пять рожков от «калаша» и передаем мне. Без глупостей и резких движений.
Герыч забрал у Сказочника рюкзак, извлек пять магазинов от автомата и протянул командиру.
Кот положил магазины на асфальт. Незнакомец удовлетворенно кивнул.
– За мной, – скомандовал командир, – башками не крутить, на сталкера не пялиться.
Шли молча. Метров через пятьсот Зулус осторожно спросил:
– Командир, что это было?
– Сильвер.
– Кто такой Сильвер? – встрял Мельников.
– Лет пятнадцать назад на Павелецкой одного сталкера ложно обвинили и приговорили к смерти. Дали ему автомат, нож, флягу и изгнали за пределы станции. С тех пор ходит его душа по поверхности и помогает рейдерам. Не всем, а только тем, кто делится с ним патронами. Если пожадничал, он тебя пропустит, но в случае опасности на его помощь не надейся.
– Глупости! – фыркнул Мельников. – Бабушкины сказки! Это противоречит всем законам биологии и физики!
– Мы только что все видели эту сказку. А наше существование уже давно противоречит всем законам биологии и физики, – жестко сказал Кот. – Ладно, хватит болтать. В путь.
* * *
Гоголевский мы прошли без единого выстрела.
Но когда до Кропоткинской оставалось всего ничего, в районе кафе «Азия» мы попали в клещи. С одной стороны, повылазив изо всех щелей, на нас хлынуло море трупоедов. Соскучились, сволочи, по свежей человечинке! С другой стороны, прижав нас к земле, монотонно забубнил ручной пулемет фашистов.
Спрятавшись в развалинах какого-то здания, мы организовали круговую оборону.
Командир, взглянув на Сказочника, произнес:
– Валентиныч, давай только без обид. Сам понимаешь, что из тебя солдат, как из дерьма снаряд. Поэтому распределим обязанности. Мы стреляем, а ты набиваешь магазины патронами. Договорились?
– Договорились, – покладисто кивнул Сказочник.
– Вот и отлично, – похлопал его по плечу Кот.
Надо отдать должное трупоедам, их гастрономические пристрастия не зависели от политических. Увидев фашистов, часть мутантов бодренько двинулась на позиции нациков. Крики и вопли, временами долетавшие до нас, красноречиво свидетельствовали о том, что острые зубки трупоедов время от времени добирались до глоток славных сынов Четвертого Рейха.
* * *
– Командир, патроны закончились! – закричал Зулус, отбрасывая в сторону автомат и вынимая из кобуры «Гюрзу».
– И у меня, – с досадой произнес Герыч.
Кот скомандовал:
– Забрасываем наступающих гранатами, затем идем на прорыв к Центру Рериха!
– Смотрите, что это? – вдруг воскликнул Сказочник, показывая рукой на позиции фашистов.
В полный рост с «калашом» в руках там вышагивал Сильвер. Подойдя к позициям фашистов, он обрушил на них шквальный огонь. Нацики открыли ответную пальбу, но пули не причиняли отверженному сталкеру никакого вреда. Борцов за чистоту арийской расы хватило минут на семь, затем они дрогнули и побежали.
– Теперь веришь в сказки? – усмехнулся Челим, глядя на Мельникова.
Серебряный сталкер, словно почувствовав, что разговор идет о нем, стоял и смотрел на нас темными стеклами противогаза. Затем вскинул приветственно руку с автоматом вверх, развернулся и ушел.
Кот обернулся к нам:
– Чего расселись? Руки в ноги – и на Волхонку! От Рериха до Кропоткинской не больше двухсот метров! Мельников, не забудь свой рюкзак!
2
– И тут удача от нас отвернулась. Командира снял снайпер, Челим и Зулус погибли позже, что случилось с Герычем, я не видел. Остались я и Мельников, но он к тому времени был уже тяжело ранен. Изобретатель попросил две гранаты. Я стал пробиваться к Кропоткинской, а он подорвал гранатами себя и свой рюкзак.
– Это все? – спросил представитель службы безопасности в чине старшего лейтенанта, одетый в новенький камуфляж и фуражку с синим околышем.
– Нет, – отрицательно помотал я головой, – не все.
– Что еще?
– Я четко слышал, что товарищ Мельников за секунду до взрыва крикнул: «Слава Коммунистической партии Метро!».
Энкавэдэшник с досады сплюнул, но затем спохватился и скроил подобие улыбки:
– Это очень важная информация. Что ж, выздоравливайте. Если понадобитесь, мы вас вызовем.
– Спасибо, товарищ старший лейтенант, – ответил я и закрыл глаза.
3
Вот и все, товарищи краснопузые. Операция прошла успешно, а вам теперь остается только утереться и забыть о существовании «Образца № 34-б». Спасибо вам за то, что преподнесли его нам на блюдечке с голубой каемочкой. Спасибо за то, что потащили через город Веню Мельникова. За все вам большое человеческое спасибо!
Операция разрабатывалась долго и тщательно, но овчинка стоила выделки. Нет, не все прошло гладко. Трое наших, контролировавших передвижение группы, тоже попали под выброс «Северного сияния», да и с БТРом немного перестарались. Это где такое видано, чтобы Рейх разъезжал по поверхности возле Полиса и Красной линии, словно у себя дома? Да и когда к «коробочке» подошли, кресты были еще совсем свеженькие: пальцем проведи – краска размажется. Но ход, надо признать, получился сильным. Да и с Сильвером этим немного переборщил. Серебряный ОЗК, помощь сталкерам… Как бы энкавэдэшники не начали отправлять туда группы в поисках мифического Сильвера. А там ведь кроме трупоедов никого и нет. Вот такая сказочка получилась для товарища Москвина и его прихвостней. Зовите теперь меня Сказочником!
После такого замеса Рейх с коммунистами непременно начнут военные действия. А мы словно и не при делах. Что взять с нашей скромной станции? Вот только и контейнер с «Образцом» теперь у нас, и товарищ Мельников на секретной базе заперт. А когда наладим массовое производство этого оружия, то и Красной линии, и Рейху, и Ганзе мало не покажется. Да и зажравшемуся Полису придется потесниться.
Ребят, конечно, жалко. Шли стопудово на убой, сами того не ведая. Да и самому было как-то не очень уютно, когда наш снайпер начал работать по группе. Навсегда врезалось в память, как Челим и Зулус, словив по «маслинке» прямо между глаз, медленно оседают на растрескавшийся асфальт. Крот, получив пулю в затылок, умер моментально, так ничего и не поняв. А удивленные глаза Герыча… Жаль, очень жаль всех вас, братишки. Но это большая игра, здесь не до сантиментов. Воля или смерть!
Ярослав Костин
Бонти
Посвящаю любимым родителям и «Крыльям»
– Ну же, давай! Выходи! – прокричал какой-то молодой рабочий. Было заметно, что он не первый раз смотрит представление, а сегодня привел с собой еще и девушку.
– Ну-с, посмотрим, – заявил тучный чиновник, усевшись со своей женой на места для ВИП-персон.
– Где Бонти? Я хочу Бо-онти-и! – заревел чей-то малыш. Мама сунула ему игрушку, но он, обидчиво выпятив губы, кинул ее на пол. Тут же от матери последовал подзатыльник, и ребятенок стал ниже травы и тише воды.
– БОНТИ! БОНТИ! БОНТИ! – дружно принялась скандировать толпа, устав ждать.
Чтобы перебороть волнение, я тайком высматривал «своих» через дырочку в кулисах. Ага, вот Севка-лавочник, улыбается. Вот Ирка Лодочка, его жена, хлопает и пританцовывает. Гришка Ступень стоит за прожектором. А рядом грозно, сложив пальцы в замок, возвышается Нурлан Исаевич, на плечах которого сидит дочь Наина.
Оторвавшись от наблюдения, я вспомнил свою импровизированную гримерку. Хотя, она такая же импровизированная, как и моя сцена. Пожалуй, труднее всего было сконструировать вот эту простенькую и надежную систему кулис. Но нашлись верные друзья, которые сразу пришли на помощь, и мой маленький Театр ожил. Я – клоун Бонти, ведущий актер, сценарист и постановщик всех номеров. Светка помогала в номерах, с шитьем и проектированием кулис и костюма. Гришка взял на себя все технические проблемы, а Нурлан Исаевич так же, как и сейчас, грозно стоял, сложив пальцы в замок. Шучу, конечно. Он следил за политкорректностью моих сценариев и заведовал связью с общественностью. Партия ведь может и не одобрить! Что, в принципе, вчера и случилось…
* * *
НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ОБОРОНЫ КРАСНОЙ ЛИНИИ УПРАВЛЕНИЕ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ СТАНЦИИ ПЛОЩАДЬ СВЕРДЛОВА ПРОТОКОЛ ДОПРОСАарестованного Ботина Леонида Петровича
