Сопровождавшие нас катера поставили дымзавесу, а береговые и корабельные батареи принудили вражеские оружия замолчать…»
4 июля 1942 года в 22 часа «Щ-303» покинула Кронштадт.
Прибыв на рейд острова Лавенсаари (мощный) подводная лодка завершила подготовку к выходу в море. Как рассказывает И.В. Травкин – «Отсюда уходили тогда наши подводные лодки к вражеским берегам. Здесь на Лавенсаари мы получили дополнительные инструкции и сведения об обстановке в заливе.
Моряки гарнизона последними пожелали нам счастливого плавания». (И.В. Травкин «В водах седой Балтики». Воениздат. М., 1959, стр. 11–13).
Экипажи подводных лодок и их командиры и политработники показали образцы мужества.
Упомяну лишь некоторых из них: С.П.Лисин, А.М.Матиясевич, П.П.Маланченко, И.С.Кабо, Н.О. Молюта и другие командиры подводных лодок, которые участвовали в прорыве 1942 года, были удостоены высоких наград.
Мне хочется подчеркнуть сложную обстановку Финского залива в навигационный период 1942 года, особенно в начальный период.
С мая до середины июня на Кронштадт было произведено 12 групповых ночных атак авиации противника для постановки донных мин. Главной целью противник избрал Кронштадтский рейд и восточную часть Финского залива. Нашим зенитчикам удалось сбить более 400 самолетов противника.
Хорошо развитая наблюдательная служба, селекторная связь с постами давала возможность немедленно фиксировать на картах падение мин. Пеленги получались с разных мест, пусть даже с незначительной ошибкой, но место падения штаб знал. После обработки всех данных в штабе КМОРа, они рассылались в штабы ОВРа, ВТК и Кронштадт, где базировались М.О. На уничтожение мин выходили дивизионы тральщиков. Потерь в корабельном составе на соединениях не было, ибо с минной опасности все штабы сразу оповещались, а, следовательно, и командиры кораблей. В паровой работе кораблям нужно было сделать несколько десятков галсов над местом обозначенной мины, чтобы вызвать ее взрыв. Система таких мин была многократной, для вызова ее взрыва. На фарватерах наши тральщики обезвредили до 400 мин. Еще в 1942 году противник выставил главное минное заграждение на рубеже Гогланд-Нарвский залив. На отдельных участках плотность минных заграждений достигала 170 мин на одну милю (только в 1941 году противник выставил 21.000 мин), тогда же на островах и побережье были установлены противником артиллерийские батареи и технические средства наблюдения. В прилегающих районах южного и северного берегов, особенно шхерный район, было развернуто свыше 100 разных классов кораблей. Прикрываемые авиацией эти силы и средства образовали две противолодочные позиции, составившие единый рубеж глубиною свыше 150 миль. Все это представляло серьезную трудность для действия на переходах наших боевых кораблей, особенно подводных лодок.
Прежде чем изложить как обеспечивался переход подводных лодок подчеркну, что для обеспечения переходов 41 экспорта подводных лодок в 1942 году было совершено 137 выходов БТЩ и 101 выход морских охотников истребительного отряда. Авиация противника произвела 36 ударов на корабли, из них 22 налета на бухту Лавенсаари.
В декабре 1942 года штабом КМ0Р было получено сообщение разведки КБФ, что в районе Кургалово-Кунда происходит интенсивный радиообмен. Противник что-то готовит. Были оповещены командиры баз Лавенсаари и Сескор зимней дорогой по льду. В состав группы вошли: генерал-лейтенант И.С. Мушнов, генералы Г. Григорьев, И. Кузьмичев, Шамроков, Горцев и еще несколько человек. Оборудовали грузовые машины, выделили лыжный отряд, взвод охраны и аэросани. Зимняя дорога была уже проложена, толщина льда допускала движение по ней. Обычно в направлении островов делали несколько дорог, чтобы противник не мог определить, по которой происходит движение. Дороги проходили вблизи острова Сескор, находясь под контролем своего гарнизона, впереди шли лыжники, за ними аэросанный отряд, а вслед наши машины. Переход занял около 2 часов. Встречал нас командир базы Д.С. Солоухин. Прибывшие со мной офицеры тщательно обследовали все участки обороны для зимних условий. Много было произведено дополнительных мероприятий. С рассветом разведывательная авиация противника произвела несколько облетов острова. К вечеру с южного берега был произведен довольно продолжительный обстрел Лавенсаари. Были некоторые разрушения и повреждения в оборонных объектах. С нашей стороны последовал не менее интенсивный ответ контрбатарейной стрельбы. После всех исправлений, нанесенных стрельбой противника, были изменены некоторые расположения артбатарей, установлены дополнительные проволочные заграждения. Произвели корректировки обороны зимнего плана. Передний край обороны и всю систему заграждений вынести на лед. Дополнительно поставили несколько мощных батарей. Зенитные батареи включили, как дополнительные огневые точки переднего края обороны острова. Составили новые боевые расписания работы у орудий с сокращенными расчетами. Из освободившегося состава организовали дополнительные резервные роты, в сухопутную зимнюю оборону. Стационарным артиллерийским установкам скорострельность не нужна была по береговым объектам противника. Зенитные расчеты оставили в полном составе, чтобы сохранить их скорострельность по самолетам противника. Зенитная артиллерия в необходимых случаях привлекалась и к борьбе с наземным противником. В совершенстве владея оружием и боевой техникой, мало чем отличающейся от корабельной, береговые артиллеристы всегда использовали ее с полной отдачей и часто при сокращенных расчетах. Только высокая выучка личного состава позволила выделить часть личного состава на усиление зимней обороны. С командным составом штабов, управлений провели несколько занятий, с выходом по всей линии обороны. Все выявленные недостатки на месте были исправлены и откорректирован план обороны. В дальнейшем такие занятия проводил командир военно-морской базы.
Отправили раненых и больных в Кронштадт. На десятые сутки всей группой переехали на остров Сескор. Остров Сескор меньше подвергался обстрелу. Его значение по сравнению с Лавенсаари было меньшим.
Надежность обороны Лавенсаари в зимних условиях от противника с южного и северного направлений обязывала гарнизоны островов всегда быть в боеготовности. На любые провокации, в каком бы виде они не предпринимались, наши военно-морские базы Лавенсаари и Сескор отвечали решительными действиями.
На Сескоре наша комиссия пробыла одни сутки, проверили оборону и заменили часть гарнизона. Поездка на остров была необходимой и полезной. Меры по зимней обороне были дополнены на месте. Совместно с командованием базы определены мероприятия для подготовки условий прихода подлодок и выхода их в море с начала кампании 1943 года, используя опыт 1942 года.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
