этого господина.
— Так и знал! — хлопнул кулаком Стас по столу, поиграл желваками по скулам, глянул на меня, после на входную дверь и снова на меня — Пять раз. Поможешь мне пять раз.
— Хорошо — ответил я, ожидавший чего-то подобного — Но ещё раз — за результат не ручаюсь.
— Я не то, чтобы тебе не верю, но просто какой тогда смысл? — возмутился Стас — Ты приедешь, жалом поводишь, и скажешь: «Без мазы. Я закончил, бывайте, парни». Нет уж, давай по-честному, как ты и говорил — я тебе, ты мне. Мы находим этого твоего… Который неживой, короче. А ты после мне пять раз пособишь в мутных делах, которые иногда случаются, но в зачет пойдут только те, которые реально от следаков после уйдут в суд. Ну, или если я сам тебе скажу, что все путем. Идет?
— Ладно — согласился я, проникшись тем, насколько быстро Калинин усвоил реалии мира Ночи, причем даже не подозревая о них — Пусть будет так. Но есть одно условие — если меня что-то не устроит в том деле, где нужна моя помощь, то я тебе об этом говорю и ты без претензий и предъяв меня отпускаешь. Оно, разумеется, в зачет не идет.
— Лады — он протянул мне руку — Как скажешь.
А я на самом деле не против. Стас, конечно, бойцовый пес, который несмотря на то, что у него формально есть хозяин, сам решает, кому вцепиться в глотку, но иногда такие как он куда полезнее всего Отдела с их закидонами и заморочками. Хотя бы, потому что Стас в ответственные моменты сразу действует, а не строит сложную многоходовую конструкцию до той поры, пока совсем не припечет. И обойдется он мне дешевле, причем намного.
— Излагай — Калинин развернул монитор обратно — Только давай с самого начала — кто, что, когда и как. Расскажешь — и езжай. Как все разведаю, так тебе позвоню.
— Я могу и подождать, если что. Время у меня есть.
— А у меня нет — невозмутимо сообщил мне Стас — Сань, я не частный детектив, который тебя выслушал и тут же подорвался, чтобы выдать результат на гора. Я вообще-то на службе, у меня дел, как грязи. Следаки наседают со своей канителью, проверяющие то и дело наведываются, любимое начальство в темечко долбит. Да и всяких других хлопот хватает, «земля»-то у меня большая. Потому вали домой или ещё куда, и жди. Обещаю, что вола за яйца тянуть не стану. Ты меня знаешь, если сказал — сделаю.
Выйдя из здания ОВД, я внезапно испытал чувство удивления. Почему? Причина проста — мне нечем заняться. С того момента, как я вернулся в родной город, вокруг меня все время что-то происходило, я куда-то опаздывал, что-то не успевал, кому-то нужен был неотложно. А вот сейчас некуда спешить. Нет, гипотетически дел хватало, их было даже больше, чем нужно, но в каждой из существующих проблем я достиг той точки, где от меня ничего не зависит. Я не могу помочь Бэлле, потому что не знаю, как и чем. Вернее, гипотетически знаю, но на практике я бессилен. То же самое с Носовым, который палит остаток заемных сил, не желая слышать о том, что продолжения этого аттракциона не последует. Ряжские? С ними все просто и понятно — гештальты более-менее закрыты, потому пусть пока живут как живут, до поры, до времени. Думаю, последние приключения окончательно убедили их в том, что не стоит лезть туда, где темно и страшно. Ну, а что до остальных беглецов с кладбища — пока не закончу с художником, никем другим заниматься не стану. Не стоит разбрасываться сразу на все направления, не выйдет из этого ничего путного.
Ещё, конечно, есть ворожей, который мне изрядно задолжал, но до этого поганца ведь ещё как-то добраться надо. Вот только так? Он, как и колдун-профессионал Кузьма Петрович, та самая черная кошка в темной комнате. Поди сыщи.
В результате я не стал мудрить и отправился домой. Ну, не по улицам же мне мотаться? Тем более что «как разведаю» Стаса могло варьироваться временным периодом от пары часов до недели. Ну, не недели, разумеется, тут я маханул, наверное, но день-другой — запросто.
Дома было тихо и спокойно. Родька под командованием подъездных лазал по подвалам, а Жанна, похоже, решила временно не мозолить мне глаза. Резонно. В последнее время она очень уж сильно взялась меня опекать, причем чем дальше, тем больше, меры ее воздействия на окружающих принимают не слишком мирные оттенки.
Может, и правда — пора ей? Не в первый ведь раз на эту тему размышляю, но всякий раз откладываю решение в дальний угол. Да, привык. Да, без нее будет немного одиноко. И даже не немного. Да, возможно такой спутницы как Жанна, я больше не встречу. Собственно, и не будет больше такой, вряд ли я захочу ещё раз приблизить кого-то к себе настолько, она ведь мне не слуга, как Анатолий или в перспективе, Павлик, она друг. В том, собственно, и вся проблема. Того же таксиста я хоть сейчас отправлю на седьмое небо, что он есть, что его нет — велика ли разница? Таких Анатолиев в столице — пятачок пучок. Свистни — сбегутся и в очередь выстроятся.
А вот Жанна…
Стыд и позор, но я снова так ничего и не надумал. Опять с собой в поддавки сыграл, вспомнив внезапно о давнишней уже просьбе Карпыча. Дескать, это более важная в стратегическом плане задача, чем судьба моей непутевой спутницы.
Возможно, кто-то это сочтет слабостью. Да отчасти оно так и есть. Вот только этот кто-то живет нормальной жизнью, которая для меня уже невозможна. А побыл бы немного в моей шкуре, постоял на грани небытия, за которой чернота непроглядная, проникся бы осознанием того, что я только мертвым и могу доверять, потому что живые, узнав правду, либо от меня в сторону шарахаются, крестясь, либо прикидывают сразу, как пользу какую извлечь — может, и сменил бы точку зрения. Легко мерять других по своей мерке.
Впрочем, хорошее отношение водяника из Лозовки, конечно же, совсем уж безделицей не назовешь, потому к поискам черного петуха для жертвы я подошел со всей серьезностью. Тут ситуация оказалась не столь плачевной, как с господином Николишиным, этого добра в интернете оказалось не так и мало. Правда цена у столь колоритных представителей куриного племени оказалась ого-го какой. Нет, встречались петухи и недорогие, но
