и я знаю, что, несмотря на то, что я ей сказала, она по-прежнему подозревает, что между мной и Тайером что-то есть. Материнскую интуицию не обманешь.
Форрест опускает Винни на землю и смеется, когда она бегает вокруг на своих коротеньких лапках.
Тайер заказывает пиццу, и мы устраиваемся поудобнее, чтобы провести время с двумя Холмсами. Я знаю, что сегодняшний день только что стал одним из моих самых любимых.
Глава сорок восьмая
Я резко сажусь в постели и сбрасываю одеяло. Давно мне не снился такой детальный, такой яркий кошмар. Все казалось до ужаса реальным. Я с трудом выбираюсь из кровати, иду по коридору в ванную, опускаюсь на колени, и меня рвет. Мое тело вздымается, освобождаясь от всего, что было в желудке.
Закончив, я чищу зубы, чтобы избавиться от обжигающего рот кислого привкуса. Моя кожа липкая от пота. Я хватаю мочалку, смачиваю ее водой и провожу по коже. Бинкс мяукает с порога.
– Я в порядке, – успокаиваю я его.
Он смотрит на меня ярко-зелеными глазами, как будто знает, что я вру. Сняв пропитанную потом одежду, я вхожу в душ и подставляю кожу прохладной воде.
Когда мне становится легче, я закрываю душ и возвращаюсь в спальню. Я быстро натягиваю тренировочную одежду и завязываю шнурки.
– Я скоро вернусь.
Бинкс смотрит на меня с сомнением. Выскользнув из дома, я направляюсь в подвал Тайера.
Прошло много времени с тех пор, когда мне в последний раз снился кошмар, так что увидеть его там надежды мало. Когда я шмыгаю внутрь, он уже поднимается по лестнице, но сразу останавливается. Он спускается обратно и с печалью смотрит на меня.
– У меня было предчувствие, – вот и все, что он говорит. Я слабо улыбаюсь. – Как тебе помочь?
– Обними меня, – без колебаний прошу я.
На своих длинных ногах он быстро преодолевает расстояние между нами и заключает меня в объятия.
Я обвиваю руками его сильное тело. Я в безопасности. Я защищена. Я любима. Его губы нежно прижимаются к моей макушке.
– Я с тобой.
Я вцепляюсь пальцами в его рубашку на спине так крепко, как только могу. Он позволяет мне обнимать его столько, сколько нужно, и когда я наконец отстраняюсь, он обхватывает ладонями мои щеки.
– Так лучше?
– Да.
– Но ты все равно побежишь?
Я поджимаю губы и смотрю на свои кроссовки. Я хочу стать сильнее и больше не пытаться убегать от своих демонов.
– Не знаю, – честно отвечаю я. – Я хочу попробовать не убегать.
Он едва заметно улыбается, его глаза теплеют в приглушенном свете подвала.
– Пойдем наверх. Я приготовлю тебе поесть, и ты мне кое с чем поможешь.
– С чем? – спрашиваю я, когда он ведет меня к лестнице.
– Ты слишком любопытная, – шутит он. – Я покажу. – В гостиной он подводит меня к карточному столику, за которым решает головоломки. – Это не бегство, а отвлекающий маневр.
Я не стану плакать. Не над головоломкой. Не из-за его доброты.
Головоломка представляет собой переливы цветов от светло-желтого до зеленого и голубого. Я беру фрагмент пазла и тру его между пальцами.
– Можно я тебе помогу?
– Если хочешь. – Он заправляет мне за ухо выбившуюся прядь светлых волос.
– Ладно. – Я кладу фрагмент обратно. – Но сначала накорми меня.
– Будет сделано.
Несмотря на ранний час, он готовит мне свежие вафли с яйцами. Когда он садится рядом и ест, я невольно думаю, как же мне это нравится – просто быть с ним, готовить завтрак и вместе есть. Мы легко принимаем такие вещи за должное, а на самом деле нет ничего важнее их.
Винни просовывает голову между нами, выпрашивая вкусняшки. Тайер ругает ее за попрошайничество, но потом дает немного откусить.
После еды он ополаскивает посуду, а я загружаю ее в посудомоечную машину. Так легко. Так просто.
Он варит нам по чашечке кофе, и мы вместе усаживаемся за головоломкой. Мы по очереди добавляем к картине по паре фрагментов, когда я смотрю на него. Я любуюсь изгибом его носа, его пухлыми губами, щетиной на подбородке.
Тайер Холмс – неподходящая для меня пара. Он старше, он отец, у него бизнес, и вся его жизнь продумана до мелочей. Он совершенно неправильный во всех правильных аспектах.
Он кладет на стол фрагмент головоломки.
– Почему ты так на меня смотришь?
И тогда, больше не в силах с собой совладать и устав держать это в себе, я признаюсь:
– Я люблю тебя.
Его теплые карие глаза пристально смотрят в мои, и я вижу в них обещание будущего. Которого, как я всегда подсознательно считала, я не заслуживаю.
Он берет мою руку, переплетает наши пальцы и целует мои костяшки.
– Я тоже тебя люблю.
Глава сорок девятая
Во внешнем мире начинают проявляться признаки весны. Снег тает, на деревьях распускаются почки, птицы возбужденно щебечут. Но самое главное – то, что начало весеннего сезона приносит с собой новости, которых мы так долго ждали.
У мамы нет рака.
Никогда не забуду выражение облегчения на ее лице, когда она узнала эту новость.
– Как думаешь, кексов хватит? – шутливо спрашиваю я, загружая их в ее машину.
В эти выходные в центре города блошиный рынок, и она продает там свои кексы. А у меня там стенд с моими свечами, среди которых дебютируют несколько новых ароматов.
– Очень на это надеюсь, – улыбается она, и в уголках ее глаз появляются морщинки.
Я уже пыталась стащить у нее кекс из песочного теста, но она мне не позволила. Захлопнув багажник, мы садимся в ее машину и уезжаем. Наши стенды на противоположных концах, так как товар разделен по категориям. Я вешаю вывеску и украшаю свою палаточку, делаю ее милой и уютной, чтобы привлечь людей. Я принесла несколько оставшихся осенних и зимних ароматов и надеюсь продать их со скидкой. Я всегда стараюсь не перекидывать слишком много остатков в следующий сезон.
Устроившись за прилавком, я натягиваю улыбку и болтаю со всеми, кто заходит. В первый же час я, к своему изумлению, продаю очень много, и мне приятно, что мое маленькое хобби приносит доход. Хотя я не считаю, что хобби обязано давать прибыль, чтобы быть достойным уважения.
Ближе к концу второго часа я замечаю Тайера. Он прогуливается между рядами киосков с Винни на поводке. На ее шее розовая бандана в горошек, язык свисает из уголка рта. Она так мила, что не описать словами.
Тайер подходит к моему стенду и, не глядя
