- Тогда постарайтесь, чтобы оно было искренним, потому что ваша дальнейшая судьба будет напрямую зависеть от вашей готовности к сотрудничеству. Дать или не дать ход свидетельствам вашей невиновности, предоставленным этими недотепами, и трактовать ли их благожелательно - зависит от меня.
Джинни сделала вид, что задумалась.
- Правильно ли я поняла, вы хотите, чтобы я делала что-то предосудительное?
- Глупости. То есть до сих пор вы занимались глупостями, сбывая эти ваши надувные бриллианты. Почему бы не растить сразу сумму денег?
- О Силы, - вздохнула арестованная. - И это сразу, как только я решила вести честную жизнь?
- Ну а что такого нечестного в вашем искреннем восхищении моей, например, зарплатой? Это можно рассматривать как… ну, как успешное вложение денег под проценты или спекуляцию ценными бумагами. Когда-то они стоят гроши, когда-то взлетают в цене, а после снова падают. Механизмы управления доступны лишь немногим, прочие - заложники этой игры. Сумма денег фиксируется в момент оплаты. Сколько их было до или стало после - никакой роли не играет. Таким образом, я предлагаю вам совместное предприятие, и себя - в роли главного инвестора.
- Категорически предлагаете, - уточнила джинни.
- Выбора у вас нет.
- Я вижу, - прозвучало это весьма неопределенно.
Беседу их прервал дверной звонок. Баффин вздрогнул, сделал каменное лицо, бесцеремонно схватил джинни поперек туловища, сунул ее, невзирая на возмущенный писк, головой вперед в тот самый подарочный пакет, в котором ее принесли, а пакет бросил в верхний ящик стола и закрыл его - все буквально одним слитным движением.
Вошли двое в длинных черных пальто и в одинаковых белых шарфах, приветственно подняли руки к шляпам-котелкам и опустились на приготовленные для посетителей стулья. Им было назначено, их-то Баффин и ждал, придя на службу в выходной день, когда только дежурная бригада тянет свою рабочую лямку.
- Итак, наше предложение вас устраивает? - спросил тот, что пониже, видимо старший. Второй тут только для охраны, его дело молчать. Его, можно сказать, тут и вовсе нет, пока стрельба не началась.
- Я решил принять его, - сдержанно ответил Баффин. - Выпьете кофе?
- С удовольствием, - визитер вдохнул ароматный пар с упоением, выдавшим в нем любителя чувственных удовольствий. - И мы можем ни о чем не беспокоиться?
- Как и договаривались, - подтвердил Баффин.
Несколько минут все молча смаковали кофе, вовсе не лишний этим тихим морозным утром.
- Мы думали, - откровенно сказал посетитель, - вы станете обсуждать сумму. Вы нас удивили.
Баффин тонко улыбнулся.
- Деньги - это деньги, не больше, хотя и не меньше. Из хорошо посаженного семечка вырастает большое дерево. Я культивирую в себе садовника.
- Все мы тут садовники, - гость поставил чашку на стол и поднялся. - Желаю вашему дереву расти большим, мистер Баффин.
- Желаю удачи вашему бизнесу.
Они пожали руки, начальник участка проводил гостей до порога, те вышли в стеклянные двери участка и сели в ожидавшее их черное дракси. Баффин вернулся к столу, взвесил на руке оставленную там пачку денег и бросил ее, не глядя, в тот же ящик.
- Итак, на чем мы остановились?
Больше сегодня он никого не ждал, и потому вздрогнул от дверного звонка, но еще больше начальника обескуражило то, что позволения войти ждать не стали.
На пороге нарисовался огромный черный… эээ… человек? Черный потому, что и сам он был черным, и надет на нем был черный деловой костюм, и в самом факте этого костюма утром в выходной день, и в том, как он сочетался с золотым кольцом в ухе гиганта, было что-то неправильное. Баффин сам явился в офис в полосатой рубашке и домашнем джемпере, без галстука. Дескать, вольно.
- Добрый день, - прогудел великан и нагнул голову, чтобы войти. - С наступившим вас, начальник Баффин.
- Здравствуйте, - напряженно ответил Баффин. - Чем обязан?
Черный человек кивнул в том, видимо, смысле, что вопрос к нему оправдан, запустил пальцы в нагрудный карман и протянул Баффину удостоверение.
- Комитет по лицензированию магии? В такой день? Вы рисковали не застать меня на рабочем месте, комиссар Эль Даго.
Гигант расплылся в улыбке и снова протянул руку к нагрудному карману.
- Еще раз здравствуйте, начальник Баффин, - сказал уже другой голос. - Чаки у нас шофер. Эль Даго - это я.
Какая неприятная оплошность. Надо же было не заметить самого комиссара в нагрудном кармане его ифрита!
- Никакого риска, - смуглый маленький - совсем маленький! - человечек с черной бородкой, облегающей его челюсть как багет, показался Баффину очень неприятным. - Мы заезжали к вам домой, там нам сказали, где застать вас. Вы просто горите на работе, начальник Баффин.
Баффин не мог стиснуть кулаки, потому что это показалось бы невежливым - легко быть саркастичным, сидя в кармане у личного ифрита! - а потому стиснул зубы. Эта новая организация, видимо, находилась под сильным покровительством кое-кого в Палате Лордов, а потому желала показать, кто тут обедает в первую очередь.
Невовремя. Впрочем…
- А мы, я вижу, к вам сегодня не первые, - добродушно заметил комиссар, глядя на те две кофейные чашки.
- Вы не поверите, - Баффин нашел в себе силы улыбнуться. - Мое утро началось сегодня с ареста! Так вот работаем, детективы не знают выходных.
- Вот как! И кого повязали?
- А вы не слышали? Физалиса Паслена взяли, но дело это пустое, - он махнул рукой. - Ничего страшнее хулиганства за ним нет, надолго его не изолировать. И на полезные работы не пошлешь - он же аристократ. Долго он у нас не засидится.
- А пока вы его в ящике стола заперли?
- Ччто?
Повисла совершенно особенная офисная тишина, какая бывает, когда коллективу зачитывают приказ о сокращении штатов. В этой тишине особенно отчетливо слышались удары изнутри - в крышку стола.
- Если вы не знаете, что там, вы же не станете возражать, чтобы Чаки открыл это?
- Это… это еще одна арестованная, - промямлил Баффин. - Уверяю вас, это не большое дело…
Однако Чаки повиновался только своему комиссару, и в ящике встала во весь свой невеликий рост лживая джинни.
- Арестованная? - прищурилась она из-под сбитой набекрень прически. - Сдается мне, то была явка с повинной!
Эль Даго тяжело нахмурился, и, свидетели Силы, это было страшно.
- Ящик письменного стола? - рявкнул он. - Вы спятили, Баффин? Что вы себе позволяете, будучи этакого вот роста? Если у вас не хватает воспитания, чтобы вести себя подобающим образом с дамой, положение о правах граждан небольшого роста должно бы вам его заменять!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
