– Протектор Бенджамин, – спокойно ответила она, – что вы делаете со своим флотом, меня не касается. Меня заботит исключительно защита планеты согласно интересам моей королевы, как я их понимаю. Для достижения этой цели мне нужно сотрудничество. Если адмирал Гаррет будет со мной сотрудничать, то я вполне готова работать с ним.
– Но вот он с вами работать не готов, на этот счет мой несдержанный брат, к сожалению, совершенно прав. А значит, мне придется его с этой должности снять.
Хонор скрыла вздох облегчения и сказала только:
– Вы знаете адмирала лучше, чем я, сэр.
– Да, знаю, и мне жаль, что он так закоснел в своих представлениях. – Протектор потер щеку, потом кивнул. – Ладно, капитан. С адмиралом Гарретом проблем больше не будет. – Он посмотрел на брата. – Ты лучше разбираешься в делах флота, Майк. Кто там у нас остался следующий по старшинству?
– С командным опытом или штабным?
– Командным.
– Тогда коммодор Мэтьюс, если только не вытащить кого-нибудь из отставки, – не колеблясь сказал лорд Мэйхью, – и он молодец, Бен. – Младший Мэйхью почти застенчиво улыбнулся Хонор. – С ним у вас проблем не будет, мэм.
– Ну, Мэтьюс так Мэтьюс, – сказал Протектор, и Хонор невольно вздохнула от облегчения.
Мэйхью услышал и улыбнулся ей.
– Не привыкли к серьезной дипломатии, капитан Харрингтон?
– Это точно, сэр, – ответила она с чувством.
– А получилось у вас неплохо, – сказал он ей. – Даже лучше, чем вы рассчитывали, если учесть внутреннюю ситуацию. – Капитан Фокс издал невольный протестующий звук, и Протектор улыбнулся ему. – Спокойнее, Фокс, – лукаво сказал он. – Тут у нас нет шпионов Совета.
На мгновение Фокс утратил деревянное выражение лица и бросил многозначительный взгляд на Протектора, потом мрачный – на Хонор… и снова вытянулся в парадной стойке за стулом Мэйхью.
– Скажите, капитан, – поинтересовался Мэйхью, – вы случайно не изучали историю Старой Земли?
– Прошу прощения, сэр? – удивленно повернулась к нему Хонор, потом пожала плечами. – Я не гожусь в авторитеты в этой области.
– И я не годился, пока отец не послал меня в Гарвард, но в настоящий момент вы мне сильно напоминаете коммодора Перри. Вам знакома его карьера?
– Перри? – Хонор задумалась. – Командир американцев в битве на озере Шамплейн?
– Озере Эри, вы хотите сказать, – поправил ее Мэйхью, – но то был Оливер Перри. Я имел в виду его брата Мэтью.
– А-а. Тогда нет, сэр, я ничего о нем не знаю.
– Жаль. Он, конечно, был слегка напыщенный господин, но зато он в четвертом веке до эры Расселения почти силой вытащил Японскую империю из изоляции. Вообще-то я именно из-за Японии заинтересовался Перри, хотя, конечно, прямую параллель между Грейсоном и Японией провести невозможно. Они хотели, чтобы их оставили в покое, а мы уже двести лет ждем, чтобы нас хоть кто-нибудь «вытащил» в настоящее. Но я подозреваю, что вы все равно окажете на нас не меньшее воздействие, чем Перри на японцев. – Он слегка улыбнулся. – Надеюсь, мы сумеем избежать хотя бы некоторых их ошибок – а они их порядком наделали, – но социальные и внутренние последствия вашего визита могут оказаться даже больше, чем военные и технологические.
– Понятно, – ответила Хонор осторожно. – И вы не считаете, что последствия будут плохие, сэр?
– Совсем наоборот, – сказал Мэйхью.
В этот момент дверь столовой открылась, и два охранника в форме вошли в альков перед дверью, служивший передней. Протектор оглянулся на пришедших, а те подошли к капитану Фоксу. За ними зашла вторая пара.
– Я полагаю, что они будут весьма благоприятными, хотя некоторым из нас придется…
Фокс нахмурился, когда новые охранники подошли к нему, потом один из них протянул ему папку с документами, и Фокс расслабился. Он протянул руку, чтобы взять папку… и Нимиц внезапно с рычанием взлетел со своего табурета.
Хонор развернулась и увидела, что кот вцепился в спину ближайшего к ней охранника. Тот взвыл, когда ему в плечи вонзились сантиметровые когти задних лап, а потом вой перешел в визг боли и ужаса, когда Нимиц обхватил верхними лапами его голову и вонзил передние когти ему в глаза.
По щекам визжащего охранника потекла кровь, и он поднял руки, пытаясь отбросить кота. Но все звуки сменились жутким свистящим бульканьем, когда когти средних лап кота разорвали его горло до самого позвоночника.
Мертвец упал, как подрубленное дерево, но кот уже спрыгнул с него. Он зарычал еще громче и вцепился во второго прибывшего, раздирая его всеми шестью наборами когтей. Фокс и его люди в ужасе уставились на кота. Их удивила длина его шестидесятисантиметрового тела, когда он развернулся. Кот был узким и гибким, как хорек, и охранники не осознавали, что его тело представляет собой девять килограммов костей и мускулов. Винить их было трудно: с годами Хонор так привыкла к весу кота, что он перестал доставлять ей неудобство, и они не учли, что носить его ей помогали мускулы уроженки Сфинкса.
Но каковы бы ни были причины, они сочли его просто домашним любимцем и перестали обращать внимание, не догадываясь, насколько он силен и хорошо вооружен. Не подозревали они и о его разумности и неожиданное побоище их потрясло. Но они были тренированными охранниками, ответственными за безопасность главы государства, и при виде зверя, впавшего в бешенство, их руки дернулись к оружию.
Капитан Фокс без всяких церемоний схватил Протектора, выдернул его из кресла и толкнул себе за спину, потянувшись за оружием. Лорд Мэйхью вздрогнул, когда кровь убитого пролилась на скатерть и брызнула на него, но он тоже среагировал отлично. Он схватил обеих своих невесток, толкнул их под стол и упал сверху, чтобы защитить своим телом.
Все это Хонор увидела только краем глаза. Она всегда знала, что Нимиц чувствует ее эмоции, но никогда осознанно не чувствовала его.
На этот раз она почувствовала – а через него восприняла и эмоции новых «охранников», и это заставило ее вскочить на ноги. Основанием ладони она ударила в лицо ближайшего к Протектору новоприбывшего и с отвратительным треском хряща вбила его нос прямо в мозги. В тот же момент его спутник бросил папку, поднял другую руку и в упор выстрелил в грудь капитану Фоксу.
Его оружие пискнуло и издало звук топора, врезающегося в бревно. Капитан охраны отлетел назад, не успев вытащить пистолет. Его тело повалило Мэйхью на ковер. Хонор мысленно сморщилась, узнав звук соник-раптора.
Одной рукой она схватила убийцу за шиворот, а второй потянулась к стволу, чтобы не дать выстрелить в Мэйхью. Мимо оружия она промахнулась, но схватила запястье, сжала пальцы, а другой рукой рванула убийцу вверх. Он уронил оружие с воплем боли, изумленно взглянул на нее и тут же оторвался от пола, а потом она ударила его о стол. Разлетелись тарелки, разбился хрусталь, и он выпучил глаза. Шок сменился агонией, когда ее локоть со всей силы врезался ему в солнечное сплетение. Хонор развернулась прочь, а он остался умирать, поскольку его легкие и сердце перестали действовать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
