позволяй другим людям решать, что хорошо, а что плохо для тебя и Питера».
Она снова замолчала. Я подумал, могу ли я сделать для нее что-то подобное тому, что Карин сделала для меня. Это было не совсем то же самое, но это могло бы дать ей шанс безопасно исследовать свои фантазии.
«Если ты проберешься в мою комнату, я не против, если ты выключишь свет и назовешь меня Питером».
У нее перехватило дыхание, а лицо становится ярко-красным. Взгляд ее глаз сказал мне, что она серьезно обдумывает это.
Мы сидели в тишине несколько минут, а затем я сказал ей, что собираюсь прыгнуть в бассейн, а затем принять душ. Она сказала, что сделает то же самое, и мы прыгнули в бассейн и немного поплескались, а затем по очереди приняли душ. Я пошел в свою комнату почитать, и примерно через десять минут Сюзана подошла к двери.
«Ты серьезно относился к тому, что сказал раньше?»
«Да, серьезно».
«Мама и папа идут сегодня на вечеринку», — сказала она и ушла.
Она намекала мне никуда не выходить. У меня не было никаких планов, так что я в любом случае был бы свободен.
Поздно вечером я решил позвонить Катт, потому что до моего возвращения из Абиско и Стокгольма у меня не будет другого шанса поговорить с ней. Я был удивлен, когда она ответила, предполагая, что она будет на катке.
«Я подумал, что ты будешь кататься на коньках», — сказал я.
«Мы катались сегодня в 6 утра и вернемся в 14:00. Это наши обычные субботние и воскресные сеансы катания».
«ОК. Я получу твое полное расписание, как только вернусь домой, чтобы знать, когда я смогу тебе позвонить».
«Я скучаю по тебе», — сказала она. «Мне не хватает сна в твоих объятиях».
«Я понимаю. Я тоже скучаю по тебе». сказал я, затем сделал паузу, чтобы собраться с мыслями. «Мне нужно тебе кое-что сказать».
«Что?» — сказала она с некоторой опаской в голосе.
«Я отвез Лотту домой, как обещал Микаэлю, и она предложила заняться со мной сексом».
«Вот маленькая сучка!» прорычала Катт. «Она пытается перехватить моего парня! Держу пари, она расстроена тем, что я забрала у нее Микаэля, и поэтому она пытается забрать тебя у меня! Она хочет отомстить!»
«Я бы сказал, что это, вероятно, верно», — согласился я. «Она обижена на тебя. Она думает, что Микаэль делает это только для того, чтобы сделать тебя счастливой, потому что он влюблен в тебя и что ты более или менее затащила его в США».
«Конечно, он влюблен в меня. Но я для него недоступна, никогда. Вот маленькая сучка! Я не хочу от Микаэля ничего, кроме его умения кататься на коньках. Он хорош. Мы хорошо работаем вместе. Черт бы ее побрал!»
«Расслабься», — сказал я. «Я этого не делал. Я и не собираюсь этого делать».
«Знаешь что? Сделай это. Лиши ее девственности. Выеби ей мозги на протяжении часов. Делай это до тех пор, пока она не сможет ходить или смотреть прямо. Заставь ее умолять о большем. А когда закончишь, скажи ей, что я знаю об этом и что мне плевать на то, что она думает. И что я знаю, что ты мой. Микаэль может расстроиться на некоторое время, но он не бросит кататься со мной. Так что скажи ей «да», а потом трахни ее как следует!».
«Катт, успокойся!» решительно посоветовал я. «Разве это не слишком бурная реакция? Она кажется милой девушкой. Она молода, а ее парень только что переехал за 8000 километров!».
«Ну, если она действительно хочет заняться с тобой сексом, это ее решение. Я не виновата, если она делает это по неправильным причинам. Это послужит ей на пользу!»
«Что случилось с той милой девушкой, с которой я проводил время?» спросил я.
«Эта маленькая сучка перешла мне дорогу!»
«Катт, пожалуйста, расслабься!»
«Прости. Ты прав, я очень расстроена».
«Просто оставь все как есть, ОК? Пожалуйста, не говори ничего Микаэлю».
«Что ты собираешься делать?»
Я задумался на минуту и решил, что знаю, как правильно поступить.
«Ничего», — сказал я. «Я даже не собираюсь ей звонить. Давай просто оставим все как есть. Наверное, мне не стоило тебе говорить».
«Все в порядке. Мне очень жаль, что я так рассердилась. Делай это, если хочешь, я не расстроюсь в любом случае, потому что знаю, что ты скоро будешь со мной».
«Я надеюсь на это! Я буду знать лучше, когда вернусь домой. Но я не собираюсь звонить Лотте. Это было бы неправильно. Я позвоню тебе, когда вернусь из Абиско, ОК?».
«Да. Я поговорю с тобой тогда. Я люблю тебя».
«Я тоже тебя люблю, Катт», — полусерьезно ответил я.
Мы повесили трубку, и я еще долго думал о Лотте. Она действительно была желанной, и я подозревал, что секс будет не от мира сего, но я знал, что это неправильно. Лотта пыталась отомстить Катт и использовала для этого свою девственность. Несмотря на то, что в прошлом я дефлорировал практически всех, кто просил, эту просьбу я просто не мог выполнить. Это было далеко за гранью.
В этой ситуации были параллели с Анни — эмоции заставили молодую девушку сделать то, о чем она, скорее всего, пожалела. Я сомневался, что Лотта сделала это без каких-то чувств по отношению ко мне, особенно учитывая то, что между нами завязалась дружба. Но использовать эти чувства против нее, чтобы, по сути, украсть ее девственность, казалось мне злым поступком. Это было не совсем изнасилование, но очень близко к нему, особенно с учетом того, как Катт хотела, чтобы я это сделал. И тогда ситуация с Анни показалась бы просто прогулкой в парке.
Я не стану звонить Лотте или писать ей. Лучше всего было просто дать всему этому спокойно пройти. У нее не было ни моего адреса, ни номера телефона, ни здесь, ни в Милфорде. У нее также не было способа узнать его. Единственной возможной встречей было то, что в среду я пошел с Софией кататься на коньках, чтобы забрать свои вещи. Если я увижу ее, то смогу повторить свое обещание позвонить ей, когда вернусь из Абиско. Это было бы ложью, но я чувствовал, что это самый безопасный вариант действий для всех участников.
Я позвонил Дженнифер, потому что мы давно не разговаривали. Я был рад, когда она ответила.
«Привет, Джен!»
«Стив!» — пискнула она. «Уже
