Он осторожно шел вперед, пока не очутился перед входом в просторную пещеру. Там он остановился, чтобы принюхаться. Как и предполагалось, идущая за ним по пятам женщина наступила ему на хвост и больно навалилась на крылья.
С тихим шипением Леве обернулся и взглянул в ее недовольное лицо.
— Мои крылья тебе не подушка безопасности, — пробормотал он. — Будь добра, потрудись это запомнить.
Она фыркнула, пропустив его упрек мимо ушей.
— Почему ты остановился?
— Шей здесь.
— И что с этой Шей? Она твоя любовница?
— Я уже тебе говорил, что она мой друг.
— Подумаешь. — Белла обвела рукой свои роскошные формы. — Я была бы тебе гораздо лучшим другом. Лишь пожелай, и я всегда буду рядом.
Рядом навсегда? Он бы скорее позволил отрубить себе голову, чем согласился провести вечность в обществе этой взбалмошной феи.
— Что ты знаешь о дружбе? — спросил он, намереваясь заглянуть в пещеру.
Ее пальцы ласково пощекотали край крыльев.
— Я стану тем, кем захочешь. Смогу удовлетворить самые потаенные фантазии.
Леве передернул крыльями, чтобы сбросить ее руку.
— Для этого мне не нужны друзья. Достаточно иметь деньги и бордель поблизости.
— Я сделаю все, о чем ни попросишь. Все, что угодно. Даже самое трудное.
— Друзья нужны не для этого.
— Так для чего же?
Он начинал терять терпение.
— Друг — это тот, кто тебя любит, даже если ты вовсе не заслуживаешь любви.
Фея возмутилась:
— Бессмыслица какая-то!
Вдруг Леве вспомнилась Шей, и его раздражение как рукой сняло.
Вот Шей защищает его от пыток, которыми забавляются тролли. Обещает кастрировать Эвора или устроить ему еще что похуже. Шей возвращается в аукционный дом, чтобы его спасти.
— Да, — сказал он мягко. — Бессмыслица. В этом-то вся красота.
Она открыла рот, собираясь и дальше мучить его глупыми вопросами, но он решительно взмахнул рукой и заглянул в пещеру.
Действительно, Шей была совсем близко. Но там были еще трое вампиров, бес, о котором говорила Белла, и… Эвор.
Плохо, черт возьми, просто никуда не годится. Леве схватил фею за руку:
— Как долго будет идти превращение?
— Ты произносишь желание, и оно исполняется, — грустно сообщила фея.
— Отлично.
Леве набрал в грудь побольше воздуха, но фея торопливо закрыла его рот ладонью:
— Не делай этого. Пожелай, чтобы мы больше не расстались. Я спасу твою глупую подружку…
Он рявкнул:
— Хочу стать большим, как король горгулий!
Он сам точно не знал, чего ожидать. Может, немножко пощиплет. Или поднимутся клубы дыма. Салют и фанфары!
Но вместо этого Леве пребольно стукнулся головой о потолок туннеля.
Охнув, он потер набухающую на макушке шишку и оглядел собственное тело. Леве увеличился в размерах раза в три.
Желание исполнилось. Теперь он достаточно большой и сильный, чтобы вырвать Шей из лап какого угодно врага.
Леве-чудовище и глазом не моргнул, когда услышал жуткий вопль, раздирающий воздух.
— Проклятие! Шей!
Глава 26
Это был один из тех кошмаров, которые, бывало, ее так мучили. В них она убегала от ведьм, но ноги вязли в густой липкой грязи. Она рвалась изо всех сил, но шаг становился все медленнее и медленнее.
Шей видела, как Дамокл поднял нож, сверкнуло лезвие. Видела, как бьется на цепи Эвор и перед его глазами проносится вся его убогая жизнь. И чтобы остановить безжалостный удар, ей всего-то-навсего и нужно, что сделать прыжок…
Но ей все равно не успеть. Из ее груди вырвался отчаянный вопль — ярости и страха.
Как несправедливо! Долгие годы она принимала жизнь как должное. Даже проклинала свое скорбное существование. Просыпаясь, она ни разу не испытала желания выскочить из постели, предвкушая все то, что может принести ей новый день.
Но теперь ее жизнь наполнилась смыслом. У нее был Вайпер. И вот теперь умереть? Сердце Шей сжало невыразимое отчаяние.
Она бросилась вперед, понимая, что не успеет, но тут земля ушла из-под ее ног. Шей упала на колени, и в этот миг каменная стена разлетелась на куски, засыпав всех градом мелких камней. Не вполне понимая, что происходит, она протерла глаза.
Сквозь облако пыли она увидела устрашающих размеров горгулью, которая схватила беса за шиворот и швырнула его через всю пещеру.
Раздался тошнотворный глухой звук, и тело беса ударилось о дальнюю стену. Дамокл осел на пол. Даже отсюда ей было видно, что его шея вывернута под неестественным углом. В широко распахнутых глазах не осталось живой искорки.
Вот это да!
Шей была слишком поражена, чтобы понять — чудеснейшим образом бес был убит. Она продолжала пятиться в испуге, а горгулья тем временем схватила Эвора. Тролль беспомощно болтался в огромной когтистой руке.
Пока Шей жива, но станет ли горгулья слушать ее мольбы? Огромная и разъяренная, она вполне могла проглотить их всех. Чудовище сделало шаг вперед, и Шей слабо вскрикнула. Какие уж тут чудеса храбрости! Шей была вне себя от ужаса.
Но демон остановился, а потом — подумать только! — дружелюбным жестом протянул ей огромную руку.
— Шей, это я, — загремел голос. Она продолжала смотреть на него с ужасом, и тогда он знакомо цокнул языком. — Я, Леве!
— Леве? — Шей медленно встала на ноги. Она наконец увидела его прекрасные крылья, теперь размером с небольшую машину. — Что… что ты сделал?
Он улыбнулся, показывая зубы, которыми мог бы перекусить ее пополам.
— Кажется, снова спас тебя от последствий собственной глупости.
Спас! Святые угодники, она спасена! Ее затопила волна счастья. Но она недолго пребывала в этом блаженном состоянии.
Вайпер!
Порывисто обернувшись, она увидела, как прекрасный вампир с серебряными волосами отрубает голову Анассо.
И это действительно означало избавление. Все кончено! Кончено навсегда.
Она бросилась к Вайперу. Ей хотелось броситься к нему в объятия и вопить от радости. Гладить серебряные волосы и целовать, пока не забудется кошмар прошедших часов.
Но ей пришлось остановиться на полпути. Вайпер медленно поднимался с колен, и на его лице она видела выражение глубокой скорби.
Только что ему пришлось убить вождя, которого он веками привык почитать.
Шей с неохотой повернулась к демону, который терпеливо ждал. Он совсем не напоминал ей любимого Леве. Ну разве что глаза… Они остались прежними.
Ее губы дрогнули в улыбке.
— Вот не знала, что ты умеешь меняться в размерах.
Леве пожал плечами:
— У всех нас свои секреты.
— Он и не умеет. Это сделала я, — перебил их решительный женский голос.
