- Да.
Я мучительно искала, что сказать, но в голове было на редкость пусто.
- Как ты здесь?
Я произнесла эти слова и сразу же почувствовала себя полной идиоткой. Чрезвычайно уместный вопрос, ничего не скажешь.
- Нормально.
Каков вопрос, таков и ответ. Я опустила глаза. Сама не заметила, как сжала в пальцах решётку.
- Тебе что-нибудь нужно?
Уж если дело дошло до дурацких вопросов, не ограничиваться же, право слово, одним!
Ирвин покачал головой.
- У меня всё есть. - Непродолжительная ироничная усмешка. Ирония направлена не на меня, скорее на обстоятельства. - Да и мало существует вещей, без которых нельзя было бы обойтись в течение трёх дней.
Дыхание резко перехватило, будто посреди груди водрузили плотину, не пропускающую воздух. Я снова подняла на него глаза и на этот раз не торопилась их отвести.
- Здесь холодно, - заметила я затем.
Это была правда. Снаружи дни стояли тёплые, а здесь... Холод, может, и не безумный, но если находиться на одном месте много часов подряд, а тем более дней... Я заметила, что дублет Ирвина застёгнут на все пуговицы, а рукава вытянуты до предела и частично прикрывают ладони.
- Это не так уж страшно. - Кажется, он проследил мой взгляд. - К тому же, - в голосе снова намёк на иронию, - суровая простуда помогла бы мне примириться с мыслью о казни.
Всегда знала, что мужчинам легче смириться с серьёзными тяготами, чем с мелкими неприятностями.
- Вот, возьми.
Я протянула ему длинный тонкий платок, какой некоторые повязывали на шею или обматывали вокруг головы. Не слишком хорошее подспорье, но больше ничего подходящего при себе не было.
- Спасибо.
Отнекиваться Ирвин не стал, платок принял. Правда, использовать его для утепления тоже не спешил, просто оставил сжатым в руке.
- Ты ничего не хочешь мне рассказать?
Я должна была задать этот вопрос. Отчего-то было важно, чтобы он сам прямо сказал мне всё, как есть, хотя бы сейчас, когда ему уже нечего было терять... Впрочем, нет. Не хочу знать этого наверняка. Я видела труп Вежанны, а ещё хуже - видела трупы Лоры и Лидии, точнее говоря, то, что от них осталось. Я не хочу точно знать, что это сделал он.
Ирвин смотрит непонимающе. Или якобы непонимающе. И я, хоть и не хочу ничего знать, всё-таки задаю прямой вопрос:
- Ты действительно её убил?
И вся сжимаюсь глубоко внутри, как будто готовлюсь к удару.
- И ты туда же? - Ирвин со вздохом отошёл от решётки, повернулся в сторону окна. - Зачем, спрашивается, мне было это делать?
Я опустила глаза. У меня не было ответа. Вернее, был, но я не желала его озвучивать.
- Но ты действительно с ней встречался, - осторожно сказала я, начиная издалека.
- Чепуха, - отрезал Ирвин.
- К чему отрицать очевидное? Ты с ней флиртовал, я сама не один раз была тому свидетельницей.
- И что же? Я много с кем флиртовал, - не без раздражения отозвался он. - Эти девушки приезжают во дворец в надежде на неземные блага. А натыкаются на отчуждение, презрение и зависть. Быстро понимают, что они никому здесь не нужны, кроме как в качестве сиюминутного развлечения. Им страшно и одиноко. Я немного поднимал им настроение, только и всего. Не все же такие смелые, как ты, - добавил он затем.
Я сглотнула. Смелая? Возможно. Вот только я боюсь тысячи вещей. В том числе и сейчас. Боюсь смотреть тебе в глаза. Боюсь задать в лоб чрезвычайно важный вопрос. А больше всего боюсь, что выйду отсюда и в следующий раз увижу тебя только на эшафоте.
- Да и потом, - продолжил тем временем Ирвин, - уж если на то пошло, покажи мне мужчину, которому неприятно общество красивых женщин.
- Но с Вежанной было не так, как с другими. - Я заставила себя гнуть свою линию. - Вы были любовниками или как минимум собирались ими стать. Она сама об этом говорила.
- Значит, она принимала желаемое за действительное, или просто вводила вас в заблуждение! - Ирвин развёл руками и эмоционально потряс головой. - По-твоему, я совсем не разбираюсь в женщинах? Не соображаю, с кем можно заводить интрижку, а с кем это выйдет себе дороже?
Я прикусила губу. Да, всё это логично. Всё это было предельно логично, вот только... Не всё ли равно тъёрну, чью кровь испить? А если даже не всё равно, не может ли он выбрать для этой цели именно ту стерву, которую все вокруг терпят с немалым трудом?
- Эти идиоты решили, что я тъёрн, - проговорил Ирвин, в отчаянии запрокидывая голову. - Не знаю, чем я похож на тъёрна и с какой стати у них возникла такая идея. Но они ничего не желают слышать.
- Ну, чем ты похож на тъёрна, я могу тебе сказать, - слабо улыбнулась я. - Знаешь, как обычно выглядят тъёрны? В большинстве случаев это молодые привлекательные брюнеты, высокие, статные и чрезвычайно обаятельные.
- Отлично, - невесело усмехнулся Ирвин. - Никогда не думал, что сравнение с тъёрном мне польстит.
За окном послышался громкий, равномерный стук. Я нахмурилась.
- Что это? - спросила я. - Там что-то строят.
Ирвин улыбнулся. Так, что у меня мороз пробежал по коже.
- Строят, - подтвердил он. - Эшафот.
У меня вытянулось лицо.
- Что, прямо здесь? - пробормотала я. - За твоим окном?
- На самом деле так бывает очень часто, - с деланным безразличием откликнулся Ирвин. - Разве ты не знала? Впрочем, конечно, нет, откуда? И не дай Создательница тебе узнать.
Ирвин держал руку на решётке, и, просунув пальцы между прутьями, я молча накрыла её своей ладонью. И тут же почувствовала, как его вторая рука легла поверх моей.
- Хоть вспоминать-то меня будешь? - прищурился он.
Я сделала глубокий вдох и задержала дыхание. Вспоминала ли я встречавшихся мне на пути тъернов? Далеко не всех, некоторых - изредка, но никого - всерьёз. Но Ирвина Торендо помнить буду точно. И хочу помнить его, зная, что он жив - в этом ли мире, в том ли...
Послышавшееся за спиной лязганье заставило меня обернуться. Я отчего-то испугалась, но с губ почти сразу же сорвался вздох облегчения: это был всего лишь наш стражник. Принёс заключённому еду. Я с отвращением проследила взглядом за перекочевавшей в камеру миской.
Ирвин только качнул головой - дескать, эта деталь особого значения не имеет. Я была другого мнения. Если человек проводит в камере свои последние дни, неужели нельзя хотя бы нормально его кормить? Человека...или тъёрна. Да какая разница?! Решение созрело само собой.
- Да, и ещё, - произнёс между тем Ирвин. - Тогда, во время игры в фанты. Я знал, что приглашаю на ужин именно тебя.
- Откуда? - спросила я почти отсутствующим тоном.
Источник информации был сейчас последним, что имело значение.
- Лакей, - тоже довольно безразлично пояснил Ирвин. - Я дал ему указания до начала игры. Он кашлянул, когда дело дошло до твоего фанта.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
