множество. Есть духи злые и добрые. Самбо всегда приносит жертвы злым духам.
— Ах, Самбо, Самбо! Зачем же ты приносишь жертвы злым духам? Ведь это грех! Молись одному, хорошему и справедливому богу, и злые духи не принесут тебе вреда.
— Нет, буана, Самбо умный и знает, что делать. Добрый бог и без того добрый, а злые духи, если им принести жертву, ничего Самбо не сделать. Мы бежать отсюда!
— Ну хорошо, мне придется поговорить еще с тобой о твоих духах, а теперь и в самом деле пора возвращаться в лагерь.
Они побежали обратно, совсем не подозревая, что за ними уже длительное время пристально наблюдают. Когда медовед прилетел на поляну, к ней с противоположной стороны подходил старый, но сильный и хорошо сложенный негр. Настойчивые призывы птицы сразу насторожили его. Негр спрятался в кусты, с опаской посматривая в ту сторону, откуда прилетел любопытный медовед. Вскоре он увидел мальчиков. Когда Самбо влезал на баобаб, негр машинально схватился за рукоятку ножа, но, заметив в руках молодого белого человека штуцер, остался стоять неподвижно. Он ждал, дрожа от гнева и тревоги. Мальчики чутко прислушивались и оглядывались во все стороны, так что незаметно подкрасться к ним было нельзя. Томек спрятал узелок за пазуху и вместе с Самбо спешно вернулся в лагерь. Старый негр шел следом за ними. Он видел Томека, входившего в палатку, посчитал количество людей в лагере, убедился по их поведению, что они не собираются уходить, после чего, шепча заклинания, быстро побежал на север.
* * *
Как только над джунглями спустилась ночь, на поляне вокруг прогнившего баобаба стали происходить странные события. Несколько десятков негров, хорошо заметных в серебристых лучах луны, собрались там. Каждый из них держал в руке узелок; время от времени на поляну приходили новые чернокожие люди и садились на корточки, бросая друг на друга недоверчивые взгляды. Один из негров отодвинул камень, лежавший у самого ствола дерева. Из ямки под камнем он достал небольшой железный котелок и человеческий череп. Остальные собравшиеся развели костер и повесили над ним котелок, наполненный водой. Когда вода в котелке закипела, старый негр стал сыпать туда мелкий порошок, листья и корни растений, шепча при этом заклинания; потом он накрыл котелок плоским камнем.
Негры в молчании сидели на корточках вокруг костра. Старец снял с котелка камень-крышку только тогда, когда огонь совершенно погас. Он зачерпнул черепом немного жидкости с дурманящим запахом. Все присутствующие поочередно выпили по несколько глотков. По мере того как исчезали новые порции отвара, глаза негров приобретали неестественный блеск, движения становились живее. В заключение жрец таинственного обряда спрятал пустой котелок на место, добыл из узла шкуру леопарда, набросил ее себе на голову и плечи, натянул на руки рукавицы из леопардовой шкуры, пальцы которых заканчивались острыми когтями. Все негры последовали его примеру и надели на себя подобные шкуры и рукавицы. Их полусумасшедшие глаза блестели через отверстия, проделанные в шкурах.
— Братья-леопарды, я не могу вам сегодня показать наш всемогущий фетиш, — мрачно сказал старик. — Но я ручаюсь, что душа леопарда, пребывающая там, жаждет крови. Воск, хранящий фетиш от взглядов непосвященных, раскрылся от жажды. Леопард требует жертв. Мы должны отобрать фетиш и напоить его кровью хитрого белого человека, посмевшего взять нашего брата-леопарда из дупла священного баобаба.
— О-о-о-о… — глухо застонали негры.
— Поэтому приготовимся, братья-леопарды, принести жертву, — приказал шаман.
Негры окружили баобаб. Они начали странный танец. Ползали на четвереньках, прыгали, подражая леопардам, пока не привели себя в экстаз.
Они скрежетали зубами и кричали:
— Веди нас, брат-леопард!
Шаман вытянул руку вперед. Блеснули когти. Негры побежали за ним. Из их раскрытых ртов вырвался нечеловеческий вой. Затем, бормоча заклинания, люди-леопарды как сумасшедшие побежали через лес к лагерю белых.
XXI
Поражение и победа
Томек проснулся со странным ощущением, будто из глубины джунглей послышался хриплый лай Динго. Он долго прислушивался. Поскольку лай не повторялся, Томек предположил, что его разбудили леопарды, сидевшие в клетке рядом с палаткой. Мальчик успокоился, но заснуть не мог. Он ворочался с боку на бок, думая о товарищах, охотившихся на окапи. Сколько времени еще будет длиться их поход? Получится ли у них поймать загадочное животное? Потом Томек стал думать об отце. Что он сейчас делает? Наверное, за это время ему уже удалось приручить горилл.
Внезапно ему показалось, что вблизи лагеря послышался сдавленный крик. Внимательно прислушиваясь, Томек некоторое время лежал неподвижно. Правой рукой он нащупал твердую, холодную рукоятку револьвера, всегда лежавшего рядом на постели. За стеной палатки в клетке неспокойно метались леопарды; они били хвостами о железные прутья и гневно рычали. Неожиданно Томек заметил на фоне освещенной лунным светом полотняной стены палатки тень неопределенной формы — не то животное, не то человек.
Мальчик почувствовал ускоренное биение сердца. Плотно закрытый вход в палатку вдруг широко распахнулся. На четвереньках внутрь влезло странное существо. Оно бесшумно стало подкрадываться к постели Томека. Юный зверолов замер; в серебристом свете он увидел огромного леопарда.
«Леопарды выбрались из клетки», — подумал он.
В этот момент мнимый леопард стал на дыбы. Ужасные, косматые передние лапы потянулись к испуганному мальчику. Томек увидел кривые когти. Он вспомнил фетиш, взятый из дупла баобаба. Ему показалось, что это леопард пришел за своими останками, спрятанными в восковом шаре. От ужаса на голове у мальчика зашевелились волосы. Но тут он увидел блеск глаз пришельца. Недолго думая, Томек выхватил револьвер из-под одеяла, два раза выстрелил, целясь между глаз нападающего, и крикнул:
— На помощь!
Почти одновременно с криком Томека в лагере раздался ужасный вой. Вокруг палаток разгорелась отчаянная битва. Перед лицом реальной опасности юный охотник быстро пришел в себя. Он отбросил испуганного Самбо, пытавшегося задержать его в палатке, и у самого выхода наткнулся на огромного Инуши, который с ножом в зубах бил прикладом винтовки напавшее на него существо в леопардовой шкуре. Пришедшие в ужас носильщики разбежались во все стороны, и только масаи, как и положено потомку великого племени воинов, громил врага. Он работал прикладом винтовки как молотом, потому что в пылу борьбы не было времени целиться. Под его мощными ударами нападающие валились на землю. Огромный «леопард» с развевающейся на голове шкурой животного прыгнул Инуши на спину. Масаи упал на колени, но сразу же поднялся на ноги с ужасным грузом на плечах и, резко пригнувшись к земле, перекинул
