Но тут охотник вцепился стальными пальцами ей в шею. Заглянул в глаза, отчего Ника внутренне сжалась.
— Да ты… не Айсулу! Кто же тогда?!
Ника рванула в сторону.
Глава 43. Преемник Семиградского
Вероника очнулась на полу кухни, мысли метались одна быстрей другой. Трясущейся рукой Вероника набрала номер.
Бразильская ведьма, разумеется, не спала:
— Вероника Ивановна? Смотрю, слухи до вас дошли.
— Что за слухи? — очень холодно переспросила Ника.
— Ах, ну да… Семиградский воспользовался выявленной вами информацией и смог сорвать Алексу Мамаеву несколько сделок!
— Но я…. Я! Что за бред! — Ника выдохнула в трубку.
— Я так и думала, что Алекс тебе не убьет… Хотя ставки на это были поставлены высокие. Кабаны и медведи сегодня много проиграли змеям и паукам. Простить женщину, которая сорвала сделку века — это нужно иметь бездну милосердия. Правда… про Алекса говорят, что он теряет хватку.
— Но я никому ничего не рассказывала! — Ника заорала в трубку. — Это ложь!
— То ли еще будет! Как думаешь, ты сможешь пережить завтра? Завтра Алекс узнает, что его сестра не просто пропала, а похищена псами. Твой братец уже сегодня ночью навестит её, чтобы взять своё. Он давно на девчонку охотился.
— Но…
— Я могу помочь все исправить, сейчас Алекс пьян и слаб, он выпил столько баюн-травы и мертвой воды, что пробудет в Лимбо до самого утра.
— Но ведь их нельзя пить вместе!
— Если сама не делаешь работу чисто, не критикуй тех, кто делает её грязно…
— Что ты хочешь?
— Уговор прежний.
— Дашь мне подумать?
— Конечно, но помни, каждая минута твоего размышления — это минута, отнятая у Алисы. Псы не всегда сдержаны, а в групповом изнасиловании они мастера.
Ника повесила трубку.
Быстро поднялась на второй этаж, Алекс был словно без сознания. Вероника попробовала писать, но руки ходили ходуном. Поняв, что время тает, Вероника метнулась в кабинет, забрала там книгу. Потом буквально выдрала несчастную прядь, державшую колечко — такими руками тонкую косичку было не расплести.
Она уткнулась Алексу в шею, целуя и плача.
— Прости, что не сказала сразу. Я так многого не знаю о происходящем вокруг, но знаю, что наша встреча — это не просто стечение обстоятельств, и даже не план моего мерзкого дядюшки! Это то, что должно было произойти. С самого начала времен должно. Я возвращаю тебе то, что эры назад забрала колдунья. Потому что это по праву твоё. Молю, сохрани живых живыми.
Ника вложила трясущейся рукой выдранный локон с запутанным в нем кольцом в пальцы Алекса, рядом положила книгу. Слезы хлынули сами собой. Однако очень четко вспомнилось, что говорила ей бабушка, пока Вероника играла с кольцом:
— Кого люблю, тому дарю. Кого люблю, тому дарю… Кого люблю, тому дарю!
Ника выдохнула несколько раз, смахивая слезы:
— Знаешь, я, наверное, не смогу теперь вернуться. Прости меня. Если кто-то скажет, что я предала. Ты знаешь… Что любила.
Ника нежно поцеловала, снова расплакалась, но минуты бежали.
Вероника быстро набрала номер Катрис. Стремглав спустилась вниз и только тут сообразила, что не сможет выйти без настоящего кольца. Надо было возвращаться. Ника с досады дернула дверь, и она… поддалась. Девушка очутилась на улице.
Предрассветный час заставил стучать зубами, Вероника сжалась, понимая, что забыла переодеться, и стоит теперь в белой сорочке прямо посреди улицы. Девушка рванула обратно к двери, как рядом посигналила машина.
Катрис была тут. Ника впрыгнула в дорогой спортивный кар, и машина сорвалась с места.
— Что теперь? — спросила Вероника, её колотило.
Катрис смерила её весьма выразительным взглядом.
— Тебе бы переодеться… Да, жаль, времени нет.
— Отвези меня к Семиградскому, я найду, что сказать Тохе!
Катрис вжала гашетку в пол, Веронику прижало к сидению. Что ж у них у всех за тяга к экстремальному вождению?! Может, они на самом деле бессмертные?
Адреналин ударил с новой силой, и теперь Веронике показалось, что время еле тянется.
Вскоре они были в резиденции главы псиглавцев.
Вероника вылетела из машины, Катрис грациозно выскользнула следом. На входе стояло сразу несколько амбалов-охранников, увидев Веронику, они послушно расступились. Катрис пропустили вместе с племянницей главы клана.
— Где Антон? — рыкнула Ника.
— Во дворе, — хмыкнул один из амбалов, — с кошкой забавляется.
Говорившему было явно обидно, что он здесь, а все веселое где-то там, во дворе. Ника ненавидяще взглянула на огромных мужиков, она повела плечом, внутри распирало от гнева. Потом резко вскинула руку и отвесила отвечавшему амбалу оплеуху. Мужик отлетел, и растерянно взглянул на Веронику. Мол, за что?! Ника и сама не ожидала, что так хорошо получится.
— О-о, кажется, наш юный маг входит в силу, — мурлыкнула Катрис, а Ника перехватила ушибленную о морду охранника ладонь. Было больно, очень. Но сейчас явно был не лучший момент, чтоб эту боль показывать.
Вероника бросилась во двор, краем глаза отмечая, что Ветерочек и другие слуги шарахаются от неё как от огня. Катрис не отставала.
Во дворе, и правда, собралась целая толпа псов. Они выли, лаяли и тявкали на все лада, разгоряченные действием, происходившим в центре куча-малы.
— Тоха, рви её! — ободряюще кричал кто-то.
— Так её, так! — подбадривали псовые.
Ника в ярости отшвырнула первого попавшегося паренька, явно еще щенка, решительно шагая в глубь толпы. Щенок волка отлетел и едва не заскулил.
— Антон! — грозно гаркнула Вероника, поражаясь собственной силе. Все притихли. Толпа немного расступилась, пропуская Нику. — Антон, что ты делаешь?
Ника прошла вперед. На пятачке, со всех сторон окруженном зрителями, выгнув спину и угрожающе открыв пасть, шипела барсиха. Вероника без труда догадалась, что это Алиса. Зверюга явно была в панике. Напротив стоял Антон, уже несколько кровавых отметин было на руках незадачливого охотника. Он тяжело дышал, пот застилал ему глаза.
— Антон, что ты делаешь? — снова строго спросила Вероника.
— Усмиряю кошку! — ощеряясь в злой улыбке, ответил племянник Семиградского.
— Прекрати! — Вероника с силой толкнула брата, отчего тот отлетел на несколько шагов. Он взглянул на Нику недоуменно:
— Ты чего?! — в голосе скользнула обида. — Сама же…
— Антон, ты представляешь, что с вами сделают её братья и отец? — гаркнула Вероника. А потом снова подошла и с обидой ткнула брата в грудь. — Антон! Это же Алиса!!! Как так?!
Парень явно смутился.
— Я думала, она тебе нравится, думала, ты не такой…
— Какой такой? — Тоха растерялся.
— Не такой, как все они! Как дядя, как Феликс и другие… Что ты другой!
Ника перевела дух. Только теперь поняла, что стоит одна, посреди толпы псов, загораживая барса. Тут обезумевшая от страха Алиса
