В баре Алан и Ноэль настаивали на том, что я должен взять холодильник на дневную экскурсию.
— Ему будет одиноко, если ты оставишь его на весь день.
Жестоко. Мне нужно было сберечь силы для вечера, и я знал, что, если взять с собой холодильник, на нашу долю выпадут какие-нибудь приключения, и это все, без сомнений, закончится безнадежным простоем в том или ином питейном заведении.
Поездка в Ков стала моим первым путешествием на поезде по Ирландии. Она была омрачена тем, что я просчитался и сел напротив человека, чьи волосы выглядели так, будто их не мыли с 1967 года. А пахли так, будто их не мыли с 1952 года. Они казались ужасно тяжелыми, чем-то вроде трех влажных тряпок, надетых на голову. Резкий аромат волос хорошо ощущался по мере движения поезда, однако я не пересаживался, отчасти из-за боязни обидеть, а отчасти надеясь, что он вместе со своей, к счастью, неповторимой, аурой сойдет на одной из множества остановок, которые делал этот неторопливый поезд.
Ков — прекрасный образец портового города викторианской эпохи, обладающий одной из крупнейших в мире естественных гаваней. Его единственный минус состоял в том, что здесь жил человек с вонючими волосами, из-за чего по прибытии я с жадностью хватал ртом свежий воздух. Я забрался на холм, чтобы поближе рассмотреть величественный собор. При населении всего восемь тысяч человек Ков, казалось, не заслуживал такого огромного здания, расходы прихожан на его восстановление также были несоразмерны — 3 700 000 фунтов. Что происходит с церквями? Все без исключения церкви Европы нуждаются в средствах на восстановление, когда на американском Среднем Западе едва ли можно увидеть церковь, требующую реставрации. Довольно странно, потому что те церкви строили ковбои.
На обратном пути в поезде я заметил человека, читающего «Вечернее эхо» с моим изображением на первой странице, и задумался о природе славы. Учитывая ее характер, мое положение оказалось уникальным, так как я полностью контролировал свой статус. Если я хотел, чтобы меня узнали, и желал оказаться в центре внимания, я брал с собой холодильник. Если я хотел провести время для себя и вернуться к какой-то видимости нормальной жизни, я оставлял холодильник дома. Великолепно просто. Как, должно быть, Майкл Джексон и Мадонна мечтают о таком спасении! Что ж, им следовало задуматься до того, как продавать один за другим миллионы альбомов и помещать свои лица на постеры по всему миру. Может, у меня и нет их богатств, но я определенно перехитрил их в отношении славы, и это радовало.
Тем вечером я нервно ходил взад и вперед по своему номеру, репетируя речь, которую собирался произнести на вечеринке. У меня не было ни малейшего желания оказаться в том же положении, что и на празднике холостяков. В этот раз я следовал девизу Баден-Пауэлла для скаутов — «Будь готов».
Я отправился в паб. Все начиналось неплохо. Перетащив холодильник через пешеходный мост, я столкнулся с группой из пяти-шести студенток художественной школы Корка, которые шли на вечеринку. Если именно такую аудиторию собирался привлечь на вечеринку холодильник, то вечер обещал быть неплохим.
— Смотрите, это же Человек-с-Холодильником! — сказала хорошенькая круглолицая девушка, которая сразу понравилась мне больше всех.
Затем последовал непрерывный поток вопросов, и на все я смог ответить. Кроме одного:
— Так что это за «Холодильная вечеринка»?
— Я правда не знаю. Там видно будет, как пойдет. Все зависит от нас.
Это были неизведанные дали, ничего подобного раньше не бывало, и предсказать, какая среда лучше всего подойдет для проведения «Холодильной вечеринки», было невозможно. Зато узнать, какие условия будут неподходящими для такого события, было несложно, потому что они ждали нас, когда мы вошли в «Вестминстерз». Обстановка в пабе изменилась. Свет был приглушен, со сцены играла громкая музыка, выступал молодой дуэт в окружении синтезаторов и ударных установок.
— Что происходит? — прокричал я Алану, который стоял за барной стойкой.
— Это группа «Рыбы в квадрате». К сожалению, два месяца назад они договорились о выступлении сегодня вечером, и мы не смогли с ними связаться, чтобы отменить концерт.
Отлично. Это означало, что фоном для «Холодильной вечеринки» были кавер-версии хитов «Ирейжэ» и «Софт Селл», отмеченные фирменным знаком дуэта — чрезмерной громкостью. Я прокричал приветствия знакомым лицам — Дэйву, моему шотландскому пиарщику, который привел познакомить со мной свою жену, и Барри, агенту «Кэффриз», который пришел со своей девушкой и друзьями. Однако общение ограничилось элементарными приветствиями — слишком много шума было от «Рыб в квадрате». Я не специалист в астрологии, но с этими двумя рыбами у меня определенно не было совместимости.
Менеджер ребят гордо парил по сцене, подбадривая их и совершенно не замечая, что послание в стиле техно-поп остается неуслышанным. Судя по телодвижениям парней и их менеджера, стало ясно, что этот концерт был в каком-то роде прорывом в шоу-бизнесе и великим достижением их карьеры на сегодняшний день. И поэтому ситуация была в целом патовой. Амбициозная группа с энергичным менеджером играла для аудитории, состоящей из чудаков и странных личностей, которые пришли на «Холодильную вечеринку» и притащили с собой аксессуары, вынутые из своих домашних холодильников. Солист группы был явно в шоке.
Но имелась и другая сторона медали. Молодой англичанин, для которого в тот вечер должно было состояться празднование в честь его необычайных приключений с холодильником по всей Ирландии, не мог ни слова понять из того, что ему говорили, по причине какофонического шума, который создавала группа, игравшая так, будто билась в агонии.
— Хорошо играют, да? — прокричал Эрик, архитектор этой мешанины, указывая на группу. Он подошел ко мне и моему гарему студенток художественной школы. — Садись, мы принесем тебе пива. «Фостерз» поставил ящик пива в качестве спонсорской поддержки, так что тебе тоже причитается.
У «Холодильной вечеринки» был спонсор? Трудно представить телефонный разговор на эту тему.
Но у этого чудовищного безумия был несомненный плюс — я мог уделять все свое внимание Мэри, полюбившейся мне студентке художественной школы. Мы сидели рядом и на близком расстоянии нежно перекрикивались, временами перекрывая монотонные мелодии выступающей группы. Время от времени к нам подходили поклонники холодильника, чтобы выразить свое почтение и подписаться, однако децибелы «Рыб» не располагали к длительным беседам. Я не возражал. Это означало, что я мог продолжать кокетливо перекрикиваться с Мэри.
