одним из «Королей», а ее волосы рассыпаются по подушке, приводит меня в ярость.
Но только слегка. Так что, возможно, для меня еще есть надежда.
«Через некоторое время ты привыкнешь», — говорит она мне. На этот раз ее улыбка немного теплее.
До сегодняшнего дня я не видела и намека на нее в этом месте.
«Привыкнешь?» спрашиваю я.
«Да. Ты учишься просто не высовываться и уступать. Это делает всех счастливыми. Это эффективно», — заканчивает она.
«Дорогая, нет». Ничто так не злит меня, как женщина, склонившаяся перед мужчиной без сопротивления.
Может, Талия и хороша в своем деле, но в ней нет искры. Интересно, если она всегда была такой, или парни погасили ее за годы работы?
«Ты должна постоять за себя. Ты можешь выполнять свою работу, пока придерживаешься своих убеждений. Главное — уважать себя», — продолжаю я. Я отбрасываю палочки в сторону, как будто это как-то поможет мне донести свою точку зрения.
«Ты на их стороне», — настаивает она, наклоняясь ближе. «Для тебя все по-другому».
Теперь я откровенно смеюсь, потому что бедняжка даже не подозревает об этом. «Я определенно не на их стороне. Я пытаюсь вырваться из этого места с тех пор, как они меня сюда привезли. Но я знаю, что такое мужчины, и знаю, что нужно быть сильной, чтобы выполнять свою работу». Боже, а я знаю. «Люди будут пытаться пройтись по тебе, и если ты им это позволишь, то это никогда не закончится».
«Я ценю то, что ты пытаешься сделать». Ее голос понижается на октаву. Неужели она боится, что ее подслушают?
Признаться, Дракон, похоже, обладает довольно чутким слухом. Пусть войдет и отшлепает меня. Посмотрим, что я сделаю, если он попытается.
Скорее всего, я прогнусь и приму это как чемпион, и это я оставлю при себе.
«Они не такие уж плохие», — настаивает Талия. Ее пальцы крепко сжимают палочки для еды. «На самом деле они могут быть вполне приличными».
Я насмехаюсь и говорю: «Да ладно. Неужели ты думаешь, что я поверю в то, что они добропорядочные граждане? Я здесь уже несколько дней, и я видела вещи, которые нанесли мне шрамы. После пяти лет ты наверняка готова обесцветить свои глаза».
Ее смех — желанная вещь. О да, она определенно напоминает мне Мерси. Иногда человеку требуется немного времени, чтобы согреться. Иногда люди просто сближаются. Я могу сказать, что если бы у нас было еще немного времени, мы бы стали близкими подругами.
«Бывали и сумасшедшие времена». Она выдохнула. «Некоторые сумасшедшие вещи».
Я наклоняюсь вперед, положив подбородок на ладонь. Классика — это еще одна техника осанки.
В конце концов, оглядевшись по сторонам и убедившись, что никого из королей нет рядом, она придвигается ближе. «Кассиус попал в реабилитационную клинику. От наркотической зависимости», — шепчет она.
Я видела это воочию. «Я верю в это», — шепчу я в ответ.
«В итоге он стал встречаться со своим тренером. Это длилось всего несколько месяцев». Талия прерывается, качая головой, пока волосы не падают ей на лицо. «Я не знаю точно, что произошло, но он убил ее».
Внутри меня открывается холодная пустота. «Что он?»
«Он убил ее, и мне пришлось убирать тело».
Это не та сплетня, которую я ожидала услышать. Никогда в своих самых смелых мечтах я не думала, что Талия способна спрятать тело. Я не то чтобы хорошо ее знаю, но она худенькая и неказистая. А теперь она соучастница убийства?
«Вот почему ты остаешься здесь», — удается мне вымолвить. «У них есть на тебя компромат, и они шантажируют тебя, чтобы ты выполняла их грязную работу».
А если у них есть она, значит, есть и другие люди, готовые сделать то же самое. Позаботятся ли они о моем теле, когда короли покончат со мной?
Остается только гадать.
Я должна позаботиться о том, чтобы выбраться отсюда до того, как мы до этого дойдем.
Неплохо было бы привлечь на свою сторону и Талию, если мне понадобится ее помощь в побеге. Хотя с клеймом на бедре я не уверена, что мне это удастся. Короли будут выслеживать меня, куда бы я ни пошла.
Я натягиваю на лицо ухмылку, чтобы успокоить Талию после моей вспышки. Она и так выглядит виноватой в том, что слишком много рассказала. Ей не нужно мое осуждение. Рискнув, я похлопываю ее по плечу — небольшой жест, выражающий уверенность.
«Все в порядке», — мягко говорю я. «У тебя не было выбора. Ты должна была следовать их приказу».
Потому что я очень сомневаюсь, что они спрашивали.
На ее лице вспыхивает облегчение, но тут же угасает, когда возвращается Дракон. Он с рычанием отпускает ее, провожая взглядом, когда она, не попрощавшись, выбегает из-за стола и покидает комнату.
«Ты». Он указывает на меня, и моя кровь холодеет.
«Что тебе нужно? Она была голодна», — бросаю я.
Тогда он произносит мою самую любимую фразу. «Нам нужно поговорить».
ГЛАВА 23
ДРАКОН
Мне не нравилось оставлять Талию и Еву вдвоем, но нам нужно было обсудить то, что обнаружила Талия. Я слышал их разговор, но их голоса были понижены до октавы, которую я не мог расслышать. О чем они говорили? Что бы это ни было, как только я вхожу в комнату, они обе выглядят чертовски виноватыми.
Особенно Ева.
Я знаю, что она не хочет здесь находиться; она ясно дала это понять и воспользуется любым предлогом, чтобы выбраться. Но Талия лучше знает, как разгласить наши секреты.
Однако неловкое сгорбление ее плеч и то, как дергаются ее пальцы, заставляют меня пристально смотреть на нее. Я рычу и дергаю подбородком в сторону двери, давая ей понять, чтобы она уходила. Наш ассистент выбегает с негромким писком, оставляя меня наедине с Евой.
«Нам нужно поговорить, — говорю я, указывая на нее. Мы договорились, что именно я расскажу Еве правду. Хотя Кассиус выглядел так, будто собирался ударить меня, а Нокс просто продолжал вскидывать свой Клинок Мортема с выражением лица, призывающим к моей смерти.
Но мне было плевать. Я — гребаный Апекс, так что Кассиус и Нокс отправились готовиться к завтрашнему дню.
«Почему? Потому что я заключенная, я не могу завести друзей?» — огрызнулась она.
«С чего ты взяла, что ты заключенная?» спрашиваю я тоном, призванным вывести ее из себя.
Она меня ненавидит. Я знаю, и если бы роли поменялись местами… Я с содроганием думаю, что бы я сделал.
Ева встает из-за стола и пересекает комнату в
