С помощью заклинания «Поиск магических предметов» Наз мог бы попытаться отыскать свою пропажу. Но, к сожалению, это заклинание позволяло зацепить потерянный предмет лишь в радиусе тридцати шагов. А Наз понятия не имел, где обронил свою цепочку — это запросто могло произойти где нибудь за городом по дороге в белую деревню или в городе, Во время его скитаний по трущобам Солёного. В такой ситуации поиски могли затянуться на добрую неделю, а если предположить, что цепочку кто-то подобрал и унёс к себе домой, то и на долгие месяцы. Наз же не желал оставаться в Солёном больше ни единого дня.
«Всё равно использовать смертоносную змейку по назначению, можно лишь с моего благословения, — мысленно утешал себя Наз, усаживаясь в коляску и приказывая извозчику везти себя в порт. — Ну найдет её какой-нибудь бедолага, принесет домой, посадит на нее пса, может лет через двадцать очень удивится, что за все это время цепочка не поржавела… А самому мне она, положа руку на сердце, уже без особой надобности. Скоро стану Высшим, и мне станет доступен „Посох Мощи“, одно прикосновение которого грозит противнику мгновенной смертью. Это лучшее оружие для ближнего боя, поэтому, выбирая между цепочкой и Посохом Мощи, я, всё равно, предпочёл бы Посох. Жалко, конечно, стальную змейку, занятная была вещица, но что поделаешь, потерял и потерял — после драки кулаками не машут».
К неописуемому облегчению Наза, чистый океанский воздух плодотворно сказался на его слегка пошатнувшемся здоровье — на корабле его приступы лунатизма прекратились сами собой. Следующее утро он встретил в своей каюте, как и положено нормальному человеку, лёжа в постели. Третий день плавания начался так же удачно. И четвёртый, и пятый…
В конце плавания, благополучно позабыв о пережитых в Солёном утренних потрясениях, Наз совершенно успокоился, перестал по вечерам страховаться магическими ловушками и сонным заклинанием, и снова засыпал без малейшего опасения, что утром проснётся неведомо где.
Теперь, по прошествии полутора месяцев, Наз совсем не помнил о своих ночных похождениях по Солёному. Но в одном он был уверен на все сто: что бы он ни делал в те три дня в Солёном, его Заветный листочек всегда был при нём. Ведь папирус постоянно лежит во внутреннем кармане его серого плаща, там его место, а Наз плавал на материк именно в сером плаще. Однако это не пролило свет на тайну наказов, зашифрованных в новых строках.
Отчаявшись разгадать новую загадку Заветного листочка Наз очень кстати вспомнил, что смысл первого четверостишья открылся ему во сне.
Поскольку время уже было вечерние, и все намеченные на день дела он уже сделал, Наз лег в кровать и, пожелав самому себе озаряющего сновидения, быстро уснул.
Но в эту ночь ничего путного Назу, увы, не пригрезилось. Разгадка таинственных строк не пришла во сне и следующей ночью…
Прошло ещё три недели. За ежедневными хлопотами новая загадка Заветного листочка потихоньку начала забываться. И, вот, как-то раз, совершенно неожиданно, Назу приснилась та самая смутно знакомая белая деревня…
Он уверенно направляется к одному из домов.
Входная дверь плавно распахивается перед ним, открывая его изумленному взору хорошо знакомый, но за сто лет уже основательно позабытый, огромный белый зал. Наз перешагивает через порог и оказывается внутри зала. Дверь за его спиной с сухим щелчком захлопывается. И тут же его окутывает плотное облако белоснежного тумана.
— Наконец-то, сподобился войти в зал, — раздался справа знакомый равнодушный голос. Наз сразу же вспомнил обладателя «очаровательного» голоса, и это воспоминание не принесло ему радости.
— О боги, сколько же лет прошло с нашей последней встречи, — прошептал Наз.
—Девяносто шесть, — отозвался невидимый за плотным туманом Повелитель Грёз. — Но ты хранишь её в памяти — это хорошо.
— Извини, но я вспомнил тебя только сейчас, когда ты заговорил.
— Пусть так, но вспомнил же.
— Твой голос трудно забыть.
— Я недоволен тобой, Наз, — решительно поменял тему Повелитель Грёз. — Ну что за ребячество? Тебя дважды приглашают в гости. Во второй раз даже до двери доводят, прямо, как маленького. Ты же, вместо того, чтобы открыть дверь и войти в белый зал, разворачиваешься и бросаешься наутек. В чём дело? Ведь знаешь же — я тебе добра желаю. Думаешь, мне легко, находясь рядом с тобой на острове магов, налаживать мысленный контакт с этим чудесным местечком, находящимся за тысячи верст на Большой Земле? Из-за твоего непростительного упрямства я вынужден теперь тратить огромное количество драгоценной энергии, которую мог бы использовать с гораздо большей пользой в твоих же интересах.
— Когда это меня приглашал? — искренне удивился Наз.
— Так, так, значит, ты обо всём забыл. Похоже, я перестарался с внушением.
Туман вдруг рассеялся, и Наз растерянно огляделся по сторонам. Он стоял на небольшой, открытой всем ветрам, квадратной площадке, на вершине огромной скалы, настолько высокой, что верхушку её отделяла от земли непроглядная пелена пушистых облаков. Двойник находился всего в метре справа от Наза. Он сидел в изящном, инкрустированном золотом и драгоценными каменьями кресле, и с едва заметной улыбкой на лице любовался расстилающимся под ногами белым облачным морем.
—Да о чём ты, тролль тебя раздери, говоришь? — возмутился Наз, припомнив последние слова Повелителя Грёз.
В ответ двойник разразился безумным смехом.
— О нет, только не это, — застонал Наз, зажимая ладонями уши.
Мольбы Наза в кои-то веки были услышаны, двойник перестал смеяться и снова заговорил:
— —К делу… Ты здесь, потому что не можешь разгадать новые наказы Заветного листочка? Не так ли?
— Я пытался, но у меня ничего не вышло, — развёл рукамиНаз.
— Но ты хочешь их разгадать?
— Конечно. Следуя первым четырём наказам папируса.
— Заветного листочка! — поправил Повелитель Грёз.
— Так вот, следуя им, я стал Высшим магом Ордена Алой Розы. Теперь моя жизнь — полная чаша. Я могущественный чародей, перед которым преклоняют головы высокомерные маги. А кем, ну кем я был раньше? Жалким колдунишкой, которых на Большой Земле десятки тысяч? И ты ещё спрашиваешь…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
