Аллейну: – Только не давайте старому Глоссопу уволочь все наличные в фургон! Не забудьте, тут и мой выигрыш.
– Разумеется. Спасибо за напоминание… Бикс, – повернулся сыщик к сержанту, – я, пожалуй, воспользуюсь одним из телефонов, чтобы связаться с моим собственным начальством. Можете увести мистера Блейки и рядового Поусетта, только посадите их по отдельности. Я очень жду возможности поговорить с ними обоими, вот только немного разберусь с делами.
Бикс кооптировал себе в помощь Сандерса, и они отвели Дункана Блейки и рядового Поусетта в разные кабинеты (офис начальницы на этот раз, разумеется, не рассматривался). По дороге Поусетта будто прорвало – он принялся многословно убеждать своих конвоиров, что только принимал ставки от своих знакомых, вот и все, а Дункан Блейки ему помогал. Блейки, предложив Поусетту «заткнуться, ради бога», не прибавил ни слова, стиснув челюсти и играя желваками, что делало его куда более интересным для следствия.
Брейлинг остался следить за отцом О’Салливаном и главной сестрой, а Аллейн отвел Сидни Брауна в сторону и сказал ему, понизив голос:
– Местная полиция нагрянет сразу после звонка Глоссопа, как только станет можно проехать по мосту.
– Еще бы, – потемнев лицом, буркнул Сидни.
– Сидни, вы можете существенно себе помочь, если объясните мотивы своих поступков. Есть люди, которые весьма заинтересованы в том, что конкретно требовали от вас Блейки и Поусетт. Если вы все расскажете, они будут ходатайствовать… – Аллейн не договорил.
– Если я расскажу вашим все, что знаю, они посмотрят сквозь пальцы на то, что я нес Блейки весточку? – фыркнул Сидни. – Спасибо за доброту, инспектор, но меня ж так просто не отпустят только потому, что я был на крючке у шантажистов. Да, я не знал, о чем это сообщение, но я не идиот. Идет война, и с тех пор, как джапы[11] пришли на нашу землю, любому ясно: лучше поменьше болтать… – Он покачал головой и поднял глаза на Аллейна. – Это все разговоры в пользу бедных, особенно если вы скажете полиции о моем деде.
Аллейн тяжело вздохнул: возразить было нечего.
– Вы им скажете?
В голосе Сидни звучали надежда и вызов, и Аллейн почувствовал себя как на острие ножа. Неуверенность длилась мгновение, не дольше, а потом сыщик ответил:
– Я обязан. Убийство не может остаться безнаказанным, как бы стар и немощен ни был мистер Браун и как бы искренне вы ни верили, что вас на это толкнули чужие руки. Эти нюансы будет учитывать суд, а не я, скромный детектив.
Сидни пожал плечами.
– Вы в курсе, что у нас нет смертной казни? У нас не вешают, дают пожизненное.
– Да, я это знаю.
– Значит, не быть мне инженером.
В морг вернулся Бикс, и Аллейн распорядился:
– Уведите Сидни и обеспечьте надежную охрану до приезда местной полиции. – После чего инспектор вернулся в морг и начал негромко мягким голосом: – Мисс Уорн, вы перенесли ужасное испытание. Возможно, доктору Хьюзу стоит проводить вас в ваш кабинет?
– Я в полном порядке, сэр, – замотала головой Сара. – Учитывая, что надо мной учинили, я имею право хотя бы узнать причину!
Аллейн покачал головой, но не стал настаивать и нехорошо посмотрел на двух злоумышленников, стоявших перед ним.
– Итак, уважаемая воскресшая Джульетта из Маунт-Сигер, вы вынудили присутствующего здесь доктора Хьюза стать для вас братом Лоренцо. Он доверил вам свой фронтовой секрет, а вы им воспользовались, инсценировав свою смерть с целью выиграть время, чтобы вместе с господином викарием скрыться с украденными деньгами. Надо полагать, вы давно дожидались подходящего момента и не устояли при появлении двух новых благоприятных обстоятельств – спущенного колеса фургона мистера Глоссопа и вчерашней грозы?
– Нет-нет, все было совсем не так, – запротестовал отец О’Салливан. – Мы ничего не планировали. Конечно, мы знали, что у мистера Глоссопа при себе вся зарплата: это же регулярные выплаты, – и нам действительно показалось, будто Провидение свело воедино грозу и пребывание здесь мистера Глоссопа, но в вашем изложении – будто мы выжидали удачного момента – нет и еще раз нет!
– И в самом деле, – поддакнула главная сестра. К удивлению детектива, и она, и викарий выглядели не на шутку оскорбленными, – церковь прозябает в горькой нужде и давно требует ремонта, у больницы огромные долги. Мы мечтали обеспечить церкви викария и моей больнице покой и благоденствие – ради всеобщего блага! А прошлой ночью, когда эти деньги оказались здесь вместе с мистером Глоссопом, собралась гроза, а у него лопнуло колесо…
– Вы заверили его, что запаски у вас нет, но это была неправда?
– Это был критический момент, ситуация, которой грех не воспользоваться!
– В делах людей прилив есть и отлив…[12] – процитировал Аллейн.
– Совершенно верно, – энергично кивнула начальница. – Надо пользоваться приливом, когда он благоприятствует!
– Это была рука Провидения, – убежденно повторил викарий. – Мы смогли бы уплатить долги и уехали вдвоем – да, утратив уважение наших конгрегаций, прихожан и пациентов, но цена была бы справедливой, ибо все их проблемы разрешились бы в один чудесный момент… – Задумчивые интонации отца О’Салливана наводили на мысль, что он и впрямь верит своим словам.
– И вам не приходило в голову, что все поймут, откуда деньги? – не удержалась Сара Уорн.
– Кредиторы больницы и будущие ремонтные подрядчики? – переспросил отец О’Салливан. – Они бы удовлетворились возвращенным долгом и верным куском хлеба. Никто не стал бы доискиваться.
Инспектор почти пал духом: казалось, ничто не способно поколебать уверенность злоумышленников в своей правоте.
– А зачем вам понадобилось писать сестре Камфот?
– Вы прочли письмо? – возмущенно спросила главная сестра.
– Прочел.
– Я лишь оставила ей распоряжения – в мое отсутствие она встала бы во главе больницы.
– Там имеется излишне резкий постскриптум.
Главная сестра отрицательно покачала головой.
– Отнюдь. Гертруда носилась с нелепой идеей, чтобы мы с ней зажили вместе! Некоторые извращения положительно нельзя терпеть.
Аллейн приподнял бровь.
– Вроде тех, чтобы позволять коллегам считать вас мертвой? Или чтобы воспользоваться информацией, которую молодой доктор доверил вам под строжайшим секретом, для осуществления вашего сумасбродного плана?
Начальница с досадой сделала движение, словно Аллейн был на редкость недогадлив.
– Да не собиралась я притворяться мертвой перед персоналом! Я отнесла конверты с зарплатой в морг – расселина под нишами была надежным тайником…
– За фальшивым фасадом? – невинно уточнил Аллейн.
Начальница отчего-то замялась.
– Мы иногда пользуемся потайной нишей, когда в морге скапливается слишком много тел. Персоналу необязательно об этом знать, это может вызвать ненужные толки.
– Вы проникли сюда через тоннель из вашего кабинета?
– Да. Это было проще простого, – без обиняков отрубила главная сестра.
– А вы как попали в морг, викарий? – спросил Аллейн. – В
