Егоров задумался, пытаясь вспомнить о нашумевшем скандале. Бесполезно. В те времена у него имелись куда более важные дела, чем просмотр очередных выпусков новостей.
– И что, ему ничего за это не было? Не привлекли за оскорбление чувств верующих? – в шутку осведомился он, прекрасно понимая, что достать такую могущественную фигуру, как глава магического клана, не всяким государственным структурам по плечу.
– Куда там, – махнул рукой Птахов. – Активисты провели пару пикетов у столичного представительства рода Орловых, позже безуспешно попытались организовать крестный ход на земли клана – да и все. Власти быстро замяли инцидент и настоятельно намекнули обиженным сторонам не поднимать бучу. И что они не гарантируют гражданам безопасность, если последние вдруг вздумают самовольно проникать на территорию колдунов. Пресс-секретарь Администрации Президента что-то промямлил о мире и дружбе между всеми членами общества, так дело и затихло.
– Сильно. А святые отцы, выходит, не забыли тот случай и до сих пор держатся с магами на расстоянии.
– В точку. Хотя, думаю, тем все равно. Колдуны ведь. С них как с гуся вода. Где залезешь, там и слезешь. Что им недовольство попов? Любой конфессии.
Майор покачал головой. И непонятно, то ли в осуждении, то ли в восхищении от безрассудности магов.
Снова заработала рация. Капитан Иволгин делал пятиминутный доклад об обстановке на периметре. Все как и прежде – тишина и покой. Террористы никак не проявляли себя, забаррикадировавшись в ночном клубе под прикрытием заложников.
Щелкнула зажигалка, Гена закурил, с удовольствием выдохнул ароматную струю тонкой сигариллы с вишневым вкусом. Несмотря на приятный запах, Борис поморщился, собровец не любил табак в любых его проявлениях. Тем не менее замечаний не последовало. Они же не в запертой комнате, а на улице, в конце концов.
– Как думаешь, начнут штурмовать? – раз участие его подчиненных определенно не планировалось, майор говорил о возможном штурме вполне спокойно.
– Если там и вправду деточки толстосумов и обитателей высоких кабинетов, то вряд ли, – чуть подумав, ответил лейтенант. – Скорее всего, попытаются договориться. Рисковать не захотят. Дадут все что угодно, лишь бы их чад выпустили живыми. Побоятся использовать силовой вариант. Лишь в очень крайнем случае. Когда террористы начнут выбрасывать в окна отрезанные головы заложников. Точно не раньше.
– Красочный пример, – буркнул Егоров, ему не понравился равнодушный тон опера.
Опытный полицейский без проблем заметил раздражение собеседника.
– А что? Жалеешь их, что ли? Да ладно тебе. Нашел о ком плакать. Кучка обдолбанных дегенератов, не сделавших ничего хорошего в своей непродолжительной и никчёмной жизни, – голос молодого сотрудника уголовного розыска налился презрением, щедро приправленным злостью на представителей «золотой» молодежи.
Слишком много по работе Птахову встречались непутевые детки богатых родителей, не знавших, куда девать деньги, не умевших ничего и не желающих заниматься хоть чем-то полезным.
– Все равно. Живые люди как-никак, не убийцы какие-нибудь. Окажись в заложниках уголовники-рецидивисты, я бы первым предложил обстрелять клуб «шмелями» и не рисковать жизнью спецназа. А так… не по-людски это…
Лейтенант промолчал, пожал плечами, не желая развивать дискуссию. Вместо этого поинтересовался:
– В армии вам случайно не рассказывали о принадлежности эмблем клана? Заметил у них на лацканах небольшие значки? Кому принадлежит белая звездочка? Я бы покопался в сети, да телефон уже почти сдох, берегу на крайний случай.
Командир СОБРа задумчиво посмотрел на Геннадия, все так же неторопливо продолжающего курить, изредка небрежным жестом стряхивая пепел на ровный асфальт, перевел взгляд на широкоплечие спины высоких мужчин, затянутые в дорогие костюмы, и негромким голосом поправил приятеля:
– Это не звездочка, это снежинка.
18
– Значит, вы говорили всерьез, – задумчиво протянул я, изучая двухэтажное строение ночного клуба, осажденное силами федеральных спецслужб и столичной полиции.
Дмитрий Билецкий, боевой маг клана Строгановых и мой наставник, слегка склонил голову набок.
– Тебя что-то смущает? – осведомился он безмятежным тоном.
Я вспыхнул. Ничего себе вопросики. Смущает ли меня что-нибудь? Да, черт возьми! Еще как! Когда тебе предлагают зайти в здание, полное хорошо вооруженных террористов, и нейтрализовать их – это обычно не вызывает чрезмерного прилива энтузиазма. По крайней мере, лично у меня так уж точно. Это казалось полным безумием.
– Рано или поздно полевая практика наступает у всех учеников, – невозмутимо подчеркнул колдун. – У кого-то чуть раньше, у кого-то чуть позже. Целители применяют лечебные заклинания на больных, друиды пробуют вырастить растения. Хочешь отправиться в лес возиться с травками? Могу организовать тур прямо сейчас. Правда, потом ты уже не сможешь стать боевым магом, придется менять направление обучения. Думаю, тебе пойдет быть агрономом.
Вот гад. Я сердито насупился. Ловко умеет поддевать нужные струнки души. Мне очень понравилось использовать боевые заклятья. Отказываться от них категорически не хотелось.
Но блин! Две недели! Меня ведь обучали всего две недели! Это четырнадцать дней, если кто не в курсе. И за это время показали только три заклинания, а в остальное время гоняли по стадиону или полигону, заставляя заниматься физическими упражнениями, перемешанными указаниями точного контроля магической энергии.
– Меня там прикончат, – угрюмо бросил я. – И вы лишитесь ученика.
– Будешь стоять на месте – обязательно прикончат, – безмятежно согласился Дмитрий. – Но ты ведь не совершишь такой глупости?
Нет, он все-таки издевается. Как же повезло с наставником. Прямо не нарадуюсь.
– Драться ты пока не умеешь – это правда, – признал маг. – Зато благодаря активному использованию на тренировках боевой ипостаси у тебя превосходная физическая форма. Любой атлет позавидует. Ты правильно двигаешься, есть фамильяр, под завязку заполненный силой. Используй преимущество в скорости, силе и наличие магии. Уверен, у тебя все получится.
– Ободрили, – недовольно проворчал я, выдержал паузу и потребовал: – Скажите, зачем это нужно на самом деле? Для практических занятий могли найти место попроще. Встреча ночью в парке с грабителями, нападение на логово банды. А не бросать едва получившего способности ученика против целого выводка террористов, да к тому же с толпой заложников позади. Мне кажется, даже для вас это как-то слишком. Что, если люди погибнут от моих неумелых действий?
Признаться честно, последним вопросом я рассчитывал поколебать уверенность Билецкого и заставить того отказаться от сумасшедшей затеи. Но вместо этого он заявил:
– Ты должен гордиться, что тебе доверили спасти невиновных. К тому же одна из них близкая родственница князя Демидова. Считай, принцесса. Разве тебе неохота выручить из беды очаровательную принцессу?
Он что, прикалывается? Совсем крышу снесло за долгие годы на службе у колдунов? Надо ведь трезво оценивать ситуацию.
– За взрывчатку не беспокойся. Мои помощники проникнут на крышу и нейтрализуют установленные заряды.
– Заряды?! – выпалил я, обалдев от очередной «приятной» новости. – Там еще и бомбы есть?!
– Считай уже нет, – хладнокровно ответил Дмитрий. – Хватит болтать. Двигайся к указанной точке. И напоследок: если тебе мало стимула избавить мир от настоящих злодеев и спасти заложников, могу сообщить о Полине.
– А что с ней?
Серый пиджак модного и чрезвычайно дорого бренда полетел на пыльный капот темного внедорожника. Поверх черной рубашки удобно лег гибкий кевлар легкого бронежилета. Немного подвигал плечами, вроде не жмет и не стесняет движений.
– Она сейчас в Ливии, – бесстрастно сообщил маг. – Собирается атаковать племя бедуинов численностью в несколько сотен голов, силами всего двух десятков человек, – чуть помолчал и внушительно закончил: – Пойдет на острие атаки.
