Мы ехали в молчании. Я, облокотившись на него, всё время прибывала в полудрёме, все тело болело. Эх, жалко, не прихватила с собой таблетки из сумки. Но кто же знал, что все выйдет вот так? Не знаю сколько прошло времени, мне казалось, целая вечность.
‒ Эй ты как? ‒ потряс меня Робин за плечо.
‒ Мы приехали, я сейчас слезу сам, а потом, помогу тебе, ты только держись крепче, чтобы не упасть.
Все было как в тумане, я двигалась и, кажется, даже что-то отвечала, вокруг было темно. Ночь. Я не знала, где я, да и мало это меня сейчас волновало, мне было больно, больно не столько физически, сколько душевно.
Помню, что стало значительно теплее вокруг и, кто-то дал мне попить, а дальше, я провалилась в сон.
***
Я открыла глаза и огляделась по сторонам: я лежу на кровати, в небольшой, видно, что не богатой, но уютной комнатке, совмещенной с кухней. Странно: я ничего не помню.
‒ Проснулась милая? ‒ раздался рядом со мной голос женщины, ‒ на, выпей, промочи горло.
Я отпила горячего напитка, это оказался какой-то отвар из трав.
‒ Спасибо. Где я?
‒ Не бойся дитя, ты в безопасности, у меня дома. Меня зовут Камилла, а вон там, за столом, моя дочь ‒ Соня.
Я посмотрела на девочку лет десяти, которая пыталась что-то вязать, но у нее пока, видимо, плохо выходило и, она с интересом поглядывала в мою сторону.
Дверь в дом отворилась и в комнату вошёл Робин, посмотрел на меня и улыбнулся.
‒ Ну наконец-то, проснулась, я-то уж подумал, что ты так всю жизнь собралась проспать.
‒ А сколько я спала?
‒ Сегодня ‒ второй день.
‒ Ого, я никогда так долго не спала, я ничего не помню.
‒ Еще бы, крепко тебе досталось. Как ты себя чувствуешь?
‒ Пока непонятно, но вроде хорошо, по крайней мере, наверное, лучше, чем выгляжу.
‒ Да, видок у тебя, тот еще.
‒ Спасибо тебе на добром слове, умеешь подбодрить.
‒ Да ладно тебе, а же я же знаю, что ты красотка, это просто синяк он пройдет. Тебе это даже на руку, если тебя ищут, то вряд ли разглядят в избитом пареньке.
‒ Ты прав, я уже об этом думала, хоть что-то хорошее в этом есть.
‒ Обед будет готов примерно, через час, ‒ сказала Камилла. ‒ Робин, ты сходи, наколи нам дров на вечер, а мы пока, с Кристиной, встанем и приведем себя в порядок.
‒ Как скажешь, тётя.
Обратился ко мне:
— Я скоро вернусь.
Камилла помогла мне встать и принесла мою одежду.
‒ Вот держи, я все постирала. Хотя, не пристало девушке ходить в мужской одежде, но это уже твои дела и Робина, он доверяет тебе, раз привел сюда, а значит и я тебе доверяю.
‒ Спасибо вам. Я вижу, он вам дорог?
‒ Да, он сын моей младшей сестры, она погибла.
‒ Мне жаль.
‒ Это было уже очень давно, Робин её и не помнит вовсе, а все этот мерзавец, хозяин виноват.
‒ Вот, смотри: здесь ты можешь умыться, а вот гребень.
Как ни странно, чувствовала я себя не то, чтобы хорошо, но вполне сносно, конечно, выспалась, наверное, на пару дней вперед. Тело было в порядке, совсем чуть-чуть побаливало ушибленное плечо. Больше пострадало лицо, не болело, а скорее, просто чувствовалась припухлость, но она скоро сойдет. Ну и синяки, если до них не дотрагиваться, то их даже и не чувствуешь.
‒ Садись за стол, Робин скоро придет.
Я увидела, что одна рука у женщины перевязана.
‒ Что с вашей рукой? Спросила я, может вам помочь?
‒ Нет, спасибо садись, уже все готово, а рука моя почти зажила. Камилла поставила передо мной овощную похлебку, она была совсем без мяса, видно было, что положили туда все, что было и, она оторвала половину лепешки. ‒ ‒ Прости девочка, больше ничего нет, чем богаты.
‒ Нет, что вы? Спасибо вам большое, я думаю все очень вкусно.
Камилла села напротив и указала на руку:
‒ Я работала в замке на кухне, но недавно не удержала вертел и упала вместе с ним. Вывернула руку, хорошо, что хоть в огонь не угодила.
‒ Вам дали выходные, чтобы подлечиться?
‒ Нет, что ты, ‒ печально улыбнулась она, меня выгнали из замка взашей и, даже не выплатили жалованье. А все, потому что испортила еду, а скоро еще, и этот дом скоро должны были забрать.
‒ Но, за что? Почему? ‒ возмутилась я.
Это старая история, всё из-за старого Скота Беквиджа, он невзлюбил меня с самого начала, а точнее, я ему отказала, когда он начал ко мне приставать, я сказала тогда, что пожалуюсь мужу, но он, лишь рассмеялся мне в лицо: кто мы, а кто он.
‒ Сктот Беквидж, где-то я уже слышала это имя.
‒ Это родственничек лорда замка Кирка Беквиджа, он работает у него казначеем и управляющим, чужим Кирк не доверят, а зря: этот его родственничек обирает его, как липку. Сейчас они на свадьбе, Кирк удачно пристроил свою дочку клану Макдауэл. Бедная девочка, столько натерпелась. Он бил ее мать за то, что не родила ему сына и наследника, дочери тоже иногда перепадало. Она славная девочка и Робин часто ее прятал у меня.
‒ Да, Робин очень добр и, видимо, ему не впервой спасать девиц, попавших в беду. Он храбрый парень.
‒ Не то слово, но там другое, Джейн ‒ его сводная сестра.
‒ Как это?
‒ Он ‒ внебрачный сын лорда, моя сестра работала служанкой в его доме, вот и понесла. Он жестокий человек и, когда Робин был мальчишкой, все время его пытался сломать. Но,
