нас с женой будет отдельная нормальная комната. И только подумал об этом, как вспомнил про артефакт.
— А у вас случайно нет полога тишины?
Дариан пристально на меня посмотрел, перевел взгляд на спящую на моих коленях жену, и по доброму ухмыльнулся. А затем полез в карман и достал артефакт.
— Держите! — бросил камень мне на лету. Я поймал и сжал его в кулаке. Как приятно, когда можешь двигать руками.
Осталось только дождаться, когда заработают ноги. Я приподнял покрывало и посмотрел на свои неподвижно лежащие ноги.
Но Генерал видимо решил сделать меня объектом своей беседы, потому что начал рассказывать о пользе особых упражнений для мышц. Я слушал вполуха, но упражнения запоминал. На всякий случай.
Вдруг неожиданно Дариан произнес:
— Я прямо над кроватью сделал специальное приспособление, чтобы вы могли подтягиваться на руках и пытаться задействовать ноги. Уверен, на регулярной основе это принесет хороший результат.
Я поблагодарил, конечно, за такое рвение. Но мне было непривычно. Что какой-то посторонний чужой человек так внимательно отнесся к моей проблеме и постарался позаботиться обо всем.
— Тпрууу! Приехали!
Я огляделся. Дом действительно был большой. Дариан вместе со своими людьми начал разгружать и заносить внутрь наши вещи, а я нежно коснулся ладонью бархатной щеки жены и поцеловал.
— Милая, просыпайся, приехали.
Адель сонно заморгала, посмотрела на меня и улыбнулась.
— Родненькие мои, дом замечательный! — с восторгом запричитала подошедшая к нам Берта. — В нем столько места! А какие комнаты! Загляденье!!!
Я помог жене спуститься и попросил подкатить мое кресло.
Когда мы оказались внутри, даже я замер от удивления.
На первом этаже располагался огромный зал, небольшой кабинет и большая хозяйская спальня. На втором — три средних комнаты.
— Я решил, что вам с женой будет удобней внизу, поэтому мы с людьми немного переделали комнаты, объединив две спальни в одну.
Я снова поблагодарил и в очередной раз удивился. Мне становилось не по себе, от того, что я слишком много становился должен Генералу. И хоть он делал это от чистого сердца, я привык отвечать добром на добро.
Надо будет составить прошение и отправить императору Адриану, с просьбой Генерала простить и восстановить в звании. Ну а пока, попрощавшись с генералом и его людьми, я подъехал к кровати и завалился на нее. От долгого сидения спина немного затекла и нужно было ее расслабить.
Жена тем временем вместе с Бертой пошла исследовать наши новые хоромы дальше. И только — только я задремал, как услышал восторженный крик жены.
— Ксавьер! Здесь есть самая настоящая купальня!
Я открыл глаза и попытался сосредоточиться на сказанном. Купальня? В деревне? Это была конечно роскошь в таком месте.
Убедившись, что более ничего такого примечательного найдено не было, я вновь закрыл глаза, пытаясь уснуть. Только вот разыгравшаяся фантазия о том, что мы с женой будем делать в купальне абсолютно не давала мне покоя...
72. Одной проблемой меньше...
Не знаю, что со мной происходит, но последние пару дней я стала рассеянной, все валится из моих рук. Я хотела навести порядок в новом доме, создать милый уют. Чтобы смотрелось по семейному и обжито. Но не смогла.
Хотела разобрать крупы, разложить их по баночкам, но, в итоге, все просыпала и сделала еще хуже. Пошла стирать шторы, не заметила, и постирала чистый камзол мужа.
Нянюшка молчала, видимо не желая давить на меня своими упреками, но я то видела, как она старается отобрать у меня всю работу и выполнить ее сама. Мне же совершенно не хотелось ее напрягать.
А все дело в том, что в мою голову лезли всякие глупые мысли, заставляя краснеть и отвлекая внимание. Я все это время представляла, как мы с Ксавьером остаемся наедине, он горячо и страстно ласкает меня, а затем входит в мое влажное лоно, и я наконец-то полноценно ощущаю его, его мощь.
Но несмотря на то, что мне этого очень хотелось, по правде говоря, я боялась этого дня. Или ночи. Мне никогда не приходилось сталкиваться с таким… большим. А тело Адель было совершенно невинно.
Кроме того, я успела заметить, как Ксавьер тоже переживает по этому поводу и сомневается, смогу ли я его принять. Боится причинить мне боль. А это значит, что я не надумала, и проблема имеет место быть.
В очередной раз покраснев, я поняла, что только что ненароком разбила склянку с какой-то ароматной жидкостью. И тут мне в голову пришла идея!
Я же не первая человеческая женщина, которая связала свою жизнь с драконом. Наверняка, у них что-то придумано на этот счет. Но как бы узнать?
Обсуждать такое с лекарем Кронсом мне было некомфортно. Он же мужчина.
А вот поговорить с женщиной я бы смогла. Я же могу позвонить, используя артефакт связи?
После долгих размышлений я остановила свой выбор на жене графа Алекса Штолли.
Во — первых, она была попаданка, такая же, как я. А значит мне легче будет найти с ней общий язык. А во-вторых, ее муж держал целую лабораторию магических артефактов, и она наверняка знала, как можно анонимно достать мне лекарство, зачарованный артефакт или что там еще может быть…
Собравшись с духом, я незаметно взяла из нашей спальни артефакт связи, и, уединившись в пустующей комнате на втором этаже, связалась с графом Алексом Штолли.
Услышав женский голос вместо голоса друга, граф очень удивился, но мне отступать было некуда. Уверенным тоном я попросила пригласить его жену, мол мне надо посплетничать, о своем, о девичьем.
Его светлость растерялся, но жену пригласил.
— Ваше сиятельство… — приветствовал меня молодой и красивый женский голос.
— Анна, прошу, давайте без титулов, я жена Ксавьера Бирека и мне очень нужна ваша помощь.
По тишине, возникшей по ту сторону, я поняла, что максимально смогла заинтриговать… Только как вот решиться произнести то, что мне нужно.
Тяжело вздохнув, я напомнила себе, что вообще-то мне раньше было далеко за тридцать, и я не была такой застенчивой трусихой. Видимо жизнь в этом молодом и невинном теле стала странным образом на меня влиять. И я настолько с ним сроднилась, что абсолютно перестала чувствовать и ощущать себя другой.
— Анна, у меня просьба… вернее проблема… личного плана…
Девушка понизила голос и тихо произнесла:
— Адель, не переживайте, я активировала полог тишины, нас никто не подслушает, можете говорить. Если хотите, я могу дать клятву.
