свое лицо в ледяную воду, в какой только что умывалась маленькая толпа. А может быть, не хочет на себе испытать аллерген. Хватит ли у Макиты-сан самообладания, чтобы выдержать пыльцу и не чихнуть? Сколько ей лет? Как много у нее хвостов и опыта? Недостаточно много!
Между потерей лица из трусости и потерей лица из нежелания чихать Макита выбрала второе. Умылась и выдала тихое «чхи», какое, может быть, и не услышал бы никто, если бы не всеобщее внимание.
— Вам не следует воспользоваться медицинскими масками? — изобразил я ложную обеспокоенность. — Все-таки тут дети.
Иметь при себе маску — частая практика в профессиях, связанных с социальными взаимодействиями. Вот и Кацуно-сан немедленно свою нацепила, достав из внутреннего кармашка пальто. Новую, до этого не использованную, конечно. Подмывало последовать ее примеру и спрятать лицо, дабы никакая местная лисица не смогла прочитать моих эмоций, но это небольшой камешек на чашу весов, измеряющих подозрительность моего облика.
Территория, собственно, святилища начиналась почти сразу за воротами. Большое, хотя и не такое, как храм Кай Зенкоджи, здание. И, конечно же, множество каменных лисьих статуй, самых разнообразных. От очень примитивных до невероятно детализированных. Но чаще застывших где-то посередине между «грубый набросок в форме лисицы» и «этого скульптора надо признать гением».
Наставница при этом прочитала короткую лекцию об кицунэ.
— Пожалуйста, взгляните на эти статуи помощниц Инари, — обратила гид внимание группы. — Лисы издревле служили богине. Присмотритесь, у многих лисиц в зубах вы увидите свиток или ключ. Свитки символизируют мудрость, а ключи — доступ к сокровищам, ведь Инари помогает людям в делах и приносит достаток.
И кто-то еще называл богиню риса и лис лицемерной. Вот оно, истинное воплощение двуличия. Но при этом сказано все хорошо поставленным голосом, не несущим определенной эмоциональной окраски. Не знай я истинного мнения наставницы и глубины ее познаний, счел бы, что она нашла этот текст в сети или взяла из учебных материалов для экскурсоводов.
— Лисы считаются умными и хитрыми, но не стоит также и забывать, что они добрые и верные посланники Инари. В сказках говорится о том, что кицунэ способны превращаться в людей, чтобы помогать или передавать важные сообщения.
Занятно было продолжать наблюдать за Макитой-сан, улыбнувшейся в такт словам «глупой старухи» с нескрываемым чувством собственного превосходства. Надо бы мне запомнить сей момент и самому не возгордиться тем, какой я великий лис-обманщик. Я не такой. Я обычный бухгалтер.
— Как думаете, дети, если бы вы встретили одну из лисиц Инари, о чем бы она вам поведала? — спросила жрица, перехватив инициативу у экскурсовода. Какой-то неловкий, даже детский вопрос. Как будто бы она не очень понимает современных школьников, которым, между прочим, уже по пятнадцать. Почти взрослые.
— Я бы спросила, где здесь туалет, — сказала Тика. — Ну серьезно. Тут очень красиво и одухотворенно, но мы два часа ехали в автобусе, а с парковки нас сразу повели сюда. Я, как президент школы, обязана позаботиться о своих одноклассниках. А Коноха-сан и вовсе старенькая, ей чаще нужно… пудрить носик, — вообще-то, тема посещения туалета у нас в обществе совсем не табуирована, но похоже, что тлетворное влияние запада и сюда добралось — начали иногда избегать самых естественных моментов.
— Санитарный блок расположен в задней части главного здания. Позвольте, я вас провожу, — храмовая кицунэ с достоинством приняла укол и не потеряла самообладания. Но когда никто на нее не смотрел, бросила в сторону сестренки раздраженный взгляд.
Следующие полчаса ушли на то, чтобы все посетили уборную. Я сам не удержался от общей истерии и побывал в мужском туалете, хотя мне не очень-то и требовалось. Когда все сделали свои дела, изредка чихающая в маску математичка выполнила привычную ей операцию — пересчитала школьников по головам. Я, на правах бухгалтера, подтвердил правильность ее расчетов. Все на месте.
— Давайте теперь поговорим о самом божестве Инари, — предложила Амацу-сенсей. — Это богиня, которая заботится о рисе, урожае, плодородии и процветании. Давным-давно, когда Япония была страной земледельцев, люди молились Инари, чтобы их поля давали хороший урожай. Рис — это основа нашей еды, из него делают всё: от онигири до сакэ! Но Инари помогает не только с рисом. Сегодня люди просят ее об успехе в учёбе, работе или бизнесе. А ещё Инари любит, чтобы мы уважали природу… ох, простите эту старуху, Макита-сан, у вас наверняка распланирована своя программа.
— Благодарю за увлекательную лекцию, — степенно произнесла жрица, хорошо скрывая возникшую у нее легкую неприязнь к излишне разговорчивой старушке. Наставница озвучила общеизвестные факты, но все же школьники слушали ее с любопытством. — Сейчас же приглашаю всех ко входу в хондэн, мы научим вас правильно молиться.
— Хондэн, то есть главный зал — это сердце храма, место, где обитает дух Инари и куда иногда снисходит Конохана Сакуя-химе, — вещала по пути в означенное место жрица.
Взгляды детей при этом скрестились на «Конохе-сан», как будто бы моя наставница и есть земное воплощение богини, горы Фудзи. Амацу-сенсей приняла эти взоры как само собой разумеющиеся, отдающие должное ее великолепию.
— Запомните, пройти к алтарю дозволяется только священникам, — продолжила вещать Макита-сан, — но молиться у дверей дозволено каждому и Инари-сама вас услышит, независимо от того, произносите вы свою просьбу вслух или мысленно.
По деревянным ступеням мы поднялись к большим лакированным дверям, ведущим в святая святых. Над входом висит толстая веревка с вплетенными в нее белыми бумажными полосками, обозначающая начало священного пространства.
Неожиданно двери распахнулись перед нами. Они открываются внутрь и потянула на себя створки еще одна кицунэ. Явно более старая и опытная, чем Макита-сан. Красивая стройная женщина с пронзительными темно-синими глазами, редкими не только для Японии, но и в целом для Азии. Девушка-айдол из Кореи несколько лет назад стала очень известной только за цвет своих глаз. Наверняка обманщица использовала цветные контактные линзы. Тут, насколько хватает моей внимательности, обмана нет — синяя радужка настоящая. Можно предположить примесь гайдзинской крови, но, скорее всего, дело не в этом. Очень миловидное лицо с правильными чертами, хотя до вершины рейтинга красоты, куда я бы поместил Мияби, Акиру и истинную внешность Амацу-но-Маэ, ей несколько шагов не хватает. Но это субъективно, конечно. Как бы я по бухгалтерской привычке ни старался все мысленно перевести в цифры, существуют материи, количественно неизмеримые.
— Вам повезло, гости храма, на вас обратила внимание Юки-но-Химе-сама, гудзи, стоящая
