было молчать — Го Хэн резко поднялся, подошел вплотную. Он снова осмотрел Чжу Баи сверху, а затем спокойно произнес:
— Ты омерзителен.
Теперь Чжу Баи молчал. Он понял правила. Слово — агрессия. Больше слов — дойдет до убийства.
— Как тебе в голову могло прийти… Ужасно.
Снова не дождавшись ответа, Го Хэн развернулся, подобрал все три окурка и вышел, оставив Чжу Баи одного. Комната была просторная, с низкими потолками и деревянным полом. Второй этаж. Окно осталось открытым. Чжу Баи был сначала напуган так, что боялся бежать. Боялся хоть как-то вызвать недовольство. Но в тишине он успокоился и, когда стало темнеть, занялся веревками. Словно в темноте Го Хэн будет уже не так зол, и ничего не увидит.
Но до того, как Чжу Баи смог разобраться с веревками, Го Хэн вернулся сильно пьяным и с полной открытой бутылкой пива. Указав на нее и, словно издеваясь, он проговорил:
— И попить и ужин. Я не думал, что это надолго, ничего с собой не брал, кроме бухла. Я думал… а по х*ю, что я там думал…
Он поднес бутылку к лицу Чжу Баи, но тот отвернулся. Было много причин не пить это. Начиная с того, что Чжу Баи в принципе не пил и не знал, как может повлиять на него такое количество пива, заканчивая просто осторожностью — неизвестно, что Го Хэн мог подсыпать в жидкость.
— Надо было раньше понять. Что-то в тебе сразу было такое… пидорское. Что сначала хотелось тебе рожу расквасить. Просто понять не мог, до чего докопаться. А потом подумал — да ты парень ничего такой, на самом деле… вот скажи, как мне теперь от этого отмазаться? Все видели, что я с тобой хорошо общался. Что я практически бегал за тобой…
— А от кого они узнали?! — не выдержал Чжу Баи. Все это время Го Хэн пытался напоить его, но только облил всего. Об ориентации изначально знали только Чжу Баи и Го Хэн, и узнать могли только от одного из них. Го Хэн взбесился еще сильнее, перехватил ворот Чжу Баи, и ударил того бутылкой, вылив окончательно все содержимое.
В разлитую на полу лужу капнула кровь. Чжу Баи ощущал только тупую боль и звон в ушах. Руки все еще были связаны, он не мог проверить, правда ли из него течет кровь. Болело в районе виска. Чжу Баи даже подумал, что Го Хэн хотел убить его, но с другой стороны, что-то подсказывало: хотел бы убить, было бы больше одного удара.
Дальнейшее было одной большой черной массой событий. Го Хэн пил, иногда говорил с ним как друг, иногда напротив, как враг. Его разговоры начинались иногда с «Все ж было хорошо. От меня только молчать требовалось», то переходили в: «Никто не будет искать тебя, а если и найдут — что сделают?» Чжу Баи казалось, что тот говорил сам с собой. Обычно под вечер градус выпитого и агрессии возрастал, и Го Хэн бил его.
Как-то ночью вместо того, чтобы оставлять Чжу Баи спать связанным на полу, унес к себе в кровать. Чжу Баи тогда стало страшнее, чем за все дни тут. Го Хэн просто лежал рядом и бесконечно вспоминал их общее прошлое. Словно Чжу Баи не был связан и похищен. На просьбу отпустить даже не агрессировал, а просто посмеялся и ответил: «Ты же сбежишь».
Чжу Баи казалось, что у него снова что-то сломано, если не сказать весь он. Утром Го Хэн, молчаливый с похмелья, мог лечить его трясущимися руками, но это больше походило на игру в доктора, чем реальное лечение. Чжу Баи не смог бы сказать, сколько дней прошло — для него все слилось в бесконечный кошмар. Он уже не надеялся на то, что его ищут или будут искать, словно заперся в самой глубине себя и ждал хоть какого-то шанса на побег. Однажды Го Хэн вернулся не один. Чжу Баи, который на тот момент лежал по-прежнему связанный, в углу пустой комнаты, услышал женский голос и не сразу узнал его, настолько внутри него все замерло.
— Мама, — позвал он глухо, потом громче: — Мама!
Мама не знала об этом доме. Го Хэн как-то возил сюда Чжу Баи и других друзей, но где он находится со стороны Чжу Баи никто не знал. Значит, Го Хэн ездил за ней?..
Счастье сменилось ужасом. Зачем Го Хэн привез сюда его маму? Так же связать и избивать? Но за что, ведь ссора была только между ним и Чжу Баи?
Дверь в комнату открылась, мама словно оступилась на пороге и внутрь упала лицом вниз.
— Смотри, кого я нашел ошивающейся в поселке. Решил, что вы захотите повидаться. — Го Хэн был уже пьян, но выглядел веселым. У Чжу Баи внутри все похолодело — он уже выучил, что в таком веселом подпитии Го Хэн бьет больнее. А теперь дело было не только в нем…
— Я позвонила в полицию! — предупредила мама. Она шарила по карманам, но чего-то не могла найти. Вскоре Чжу Баи понял, что она искал и где это было — в руках Го Хэна оказался пистолет. Глаза у него были горящие, он словно чему-то очень сильно радовался.
— Когда это? С разбитого телефона? Или успела раньше предупредить, что Чжу Баи здесь? О, и поэтому приехала сюда одна? Не потому ли, что они отказываются его искать? Баи, слышишь, тебя не ищут! А знаешь почему?
— Мам, что с тобой? Что-то болит? Он тебя ударил? — спрашивал Чжу Баи. Го Хэн за все время стал для него фоном, он слышал его слова, но не воспринимал смысл. Весь мир накрыло чем-то черным. Он не сможет спасти ее… не сможет помочь ей. Чжу Баи даже не замечал, как веревки до крови перетерли запястья, но только сильнее впивались в кожу — освободиться он не мог. Когда Го Хэн двинулся в комнату, глядя на его маму, Чжу Баи резко сел, выкрикнул:
— Чего ты хочешь!? Она никому не расскажет! Ты сам сказал — полиции плевать!.. Да ей самой плевать! Я не знаю, зачем она тут!
***
— Что случилось с моими родителями в твоем мире? — осторожно спросил Го Хэн.
— Не думаю, что с ними что-то случилось. Но вы не ладили, — ответил Чжу Баи, нервно заправляя волосы за ухо. — Думаешь, ты просто
