откусываю кусочек.
— Ммм! Оно с кокосом?
— Конечно. — Мелоди берет меня под локоть и начинает рассказывать историю о пекарне, где она впервые попробовала эти печенья.
Я бросаю взгляд на Рида, и он выглядит раздраженным.
— Поднимемся через несколько минут? — предлагаю я, и он кивает.
Когда Мелоди заканчивает свой рассказ, Марк выхватывает у нее печенье и протягивает его Риду.
— Ты подумал насчет моей идеи? — спрашивает Марк у сына.
— Немного, — говорит Рид. — Но мы с Авой как раз собирались подняться на вершину…
— Очередь длинная. — Марк указывает на подъемник. Это правда. Многие местные жители собрались тут сегодня. — Так что удели мне несколько минут. Я хочу обсудить с тобой еще кое-что.
Рид раздраженно скрещивает руки на груди, чего я уже давно не видела. В этом году они с отцом действительно наладили отношения, поэтому он редко выглядит недовольным после разговора с ним.
— Я думал о том, как привлечь твоих братьев к работе в горах, — произносит Марк. — И я хочу подсластить пилюлю.
— Но мы уже обсуждали это, — возражает Рид. — Уэстону и Крю нелегко бросить все и вернуться в Колорадо.
— Конечно, конечно, — говорит Марк. — Но все равно прочти это. — Он протягивает Риду сложенный лист бумаги. — Это план распределения прибыли, который придумал мой адвокат. Он выгоден тебе, Рид, потому что ты активно участвуешь в жизни компании. Но по этому плану твои братья тоже получат акции за каждый год, который они прожили в Колорадо, работая на курорте.
Рид на долю секунды встречается со мной взглядом, потому что у него есть секрет. Он уже уговаривает Уэстона вернуться и возглавить направление по хели-ски. И это может произойти.
Но его брат настолько скрытен, что Рид не поверит, пока не увидит его за штурвалом на вертолетной площадке. Значит, он не посвятил отца в свои планы.
— Хорошо, — медленно произносит Рид. — Ты хочешь, чтобы я помахал у них перед носом финансовой морковкой? Отлично. — Он убирает бумагу в карман. — Но я правда не думаю, что проблема в деньгах.
Марк отводит взгляд.
— Я знаю, Рид. Но это мой единственный способ их мотивировать.
— Печенье есть всегда, — добавляет Мелоди, пытаясь разрядить обстановку. — Кто-то реагирует на миллионы долларов. Кто-то — на жареный кокос.
Я беру с подноса еще одно печенье.
— Мы все знаем, к какому типу я отношусь, — произношу я, улыбаясь.
Рид снисходительно улыбается мне.
— Ну же, монстр из печенья. Пора прокатиться на подъемнике.
Мелоди машет нам рукой, и мы с Ридом встаем в медленно движущуюся очередь. Когда наступает наш черёд, мы подходим к рамке, и нас только двое, но в последнюю секунду к нам присоединяется Такер.
— Эй, ребята, не возражаете, если я поеду с вами?
— Конечно! — говорю я и отодвигаюсь, чтобы освободить больше места.
Рид выглядит раздраженным, и это наводит меня на мысль, что с ним что-то происходит. Может быть, он устал или заболел. Он весь день был молчалив.
Мы оба усердно работали. Этим летом на курорте состоялось около миллиона свадеб, что держало меня в тонусе. А Рид не брал выходных уже две недели. Он либо тестирует новый кресельный подъемник, либо сидит с Блоком над чертежами и планами.
Параллельно мы делаем ремонт в доме, где вырос Рид.
— Забирай дом себе, — сказал Марк после того, как Рид вернулся в Колорадо. — Мы с Мелоди будем путешествовать, а он будет пустовать.
Немного поразмыслив, Рид решил, что не против вернуться в дом, где он вырос.
— В этом доме со мной многое произошло. Не все было хорошо, — признал он. — Но давай сделаем его нашим. Давай начнем все с чистого листа.
Итак, мы перекрашиваем стены, делаем ремонт в ванных комнатах и меняем планировку спальни на втором этаже.
Марк и Мелоди только что купили квартиру, выставленную на продажу, и теперь им будет где остановиться, когда они приедут в Колорадо.
Но это потребовало больших усилий от всех.
Рид берет меня за руку и большим пальцем поглаживает мою ладонь, пока кресло поднимается над новым горнолыжным склоном.
— Посмотрите, сколько вы расчистили, — говорит Блок, глядя на недавно проложенные тропы. — Сколько маршрутов будет открыто к зиме?
— Пять, — отвечает Рид. — Плюс несколько трасс для равнинного катания.
— Не терпится опробовать, — говорит Блок. — Как продвигается ремонт дома?
— Хорошо, но Ава всем заправляет, — говорит он, проводя пальцами по моим. — Ей приходится отвечать на все вопросы подрядчиков об электрических розетках и сантехнике.
— Я знаю о рисунках на плитке больше чем хотела когда-либо знать.
Блок дружелюбно улыбается мне. Он хороший человек, и Риду нравилось работать с ним над проектом.
— Рид, я присоединился к вам двоим, потому что хочу что-то вам показать. Я кое-что разузнал для вас, и сегодня утром мне кое-что удалось. — Он достает телефон, открывает фотографию и протягивает телефон мне.
Стараясь не уронить его, я осторожно передаю телефон Риду. Но вижу, что на фотографии изображена бронзовая скульптура, и могу сказать, что ее сделала его мать.
— Ого, — говорит Рид, увеличивая фотографию. — Чья она?
— Частного коллекционера, — отвечает Блок. — Моя галерея продала ее пятнадцать лет назад в рамках групповой выставки.
Рид на мгновение замолкает, любуясь скульптурой.
— И вы думаете, что она может быть выставлена на продажу?
— Я знаю, что может, — отвечает Блок. — Я связался с этим покупателем и сказал ему, что семья художницы хотела бы выкупить некоторые из ее работ. Он просил, чтобы я подготовил для него предложение.
Рид присвистывает. Затем возвращает мне телефон, и я аккуратно передаю его Блоку.
— Вы поможете мне сделать предложение в понедельник?
— Конечно, — говорит Блок. — И если с этой скульптурой возникнут сложности, я продолжу поиски. Мы найдем для вас что-нибудь хорошее.
— Спасибо, — тихо говорит Рид. — Я очень ценю это.
Пока мы летим над золотыми осинами и темно-зелеными соснами, я мысленно отмечаю, что нужно подумать о том, где мы могли бы разместить скульптуру в обновленном доме.
— Вы выходите? — спрашивает Блок, когда мы поднимаемся наверх. — Думаю, я спущусь обратно. — Кресло замедляет ход, приближаясь к посадочной площадке.
— Да, мы собираемся прогуляться, — быстро отвечает Рид. — Увидимся в понедельник?
— Конечно! Мы поговорим о кровельных материалах.
— О, детка, — говорит Рид, и Блок смеется, пока мы выходим из машины.
Рид уводит меня от подъемника, мимо группы людей, которые рассматривают новую карту маршрута.
— Куда мы направляемся? — спрашиваю я.
— Куда угодно. Подальше от всех этих людей. Черт, я думал, что никогда не смогу остаться с тобой наедине.
— Ты какой-то взвинченный, — говорю я как можно мягче.
Рид просто смеется, и его улыбка на удивление теплая. Я
