Эвелин. Последняя так и лучилась счастьем. Только что она впервые после операции вышла поплавать в море, а доктор Эд и Брюс помогали ей держаться на воде.
– У меня просто нет слов! Все было чудесно! Я как будто заново родилась! – вдохновенно рассказывала Эвелин. – Никогда не забуду это ощущение, когда я наконец почувствовала кожей воду, никогда! Я уж думала, что лучше этого со мной сегодня ничего не случится, но потом… – Тут она увидела Труф и осеклась. – Привет, дорогая! Заходи, садись! Я тут как раз рассказываю всем про свой заплыв.
– Вообще-то, я тоже хотела тебе кое-что рассказать. Кое-какие новости…
– Какое совпадение – я тоже! Просто удивительно, что сегодня за день, не правда ли? Что у тебя за новости?
– Ты первая!
– Что ж, сразу после заплыва мне позвонили. И это оказался не кто иной, как Тристан! Он продал две большие картины на своей последней выставке и теперь собирается приехать ко мне в гости! Прямо в эту пятницу! Подумать только! Это такой чудесный сюрприз, что я до сих пор не могу поверить… – Она оглядела всех сияющим взором. – Стоило мне подумать, что сегодняшний день уже не может быть лучше, и вот, пожалуйста! Я буду так счастлива его увидеть… А теперь ты, Труф, рассказывай свою новость.
Труф на мгновение заколебалась, не зная, с чего начать.
– Значит, он сказал, что приедет в пятницу… и больше ничего?
– А разве этого мало? – удивленно рассмеялась Эвелин. – Поистине, он не мог придумать ничего приятнее! Ну, не томи! Рассказывай!
– Ну, понимаешь, – начала Труф, – я думала, что Тристан уже рассказал тебе…
– О чем? Это же твоя новость!
– Дело в том, что он приедет не один. Только что мне позвонила мама и сказала, что приедет вместе с ним.
– Полин тоже приедет? – Лицо Эвелин вытянулось. – Я не понимаю…
Повисло неловкое молчание.
– Ну, вообще, – продолжила Труф, – она приедет навестить меня… но и тебя, конечно, тоже. Можно сказать, вся семья будет в сборе.
– Даже не знаю, как реагировать! – заключила Эвелин. Она очень быстро оправилась от потрясения. – Какой сегодня необычный день – сюрпризы следуют один за другим!
– По-моему, это надо отметить джин-тоником, – сказал доктор Эд, ни к кому конкретно не обращаясь. – Как думаете? – добавил он, похлопав Эвелин по плечу.
* * *
– Это ты придумала? – прямо спросила Эвелин, после того как Труф сопроводила ее в квартиру и помогла устроиться поудобнее в ее любимом кресле. Эвелин улыбалась, но в ее голосе явственно слышались стальные нотки. – Чтобы твоя мать тоже приехала?
– Отнюдь, – ответила Труф таким же обманчиво мягким тоном. На самом деле она в любой момент готова была пустить в ход все свои адвокатские приемы. – Для меня это такой же сюрприз, как и для тебя. – Она взяла бабушкин стакан и стала наливать в него газированную воду. – То есть я догадывалась, что когда-нибудь она приедет, но эта новость застала меня врасплох. Тебе не кажется странным, что Тристан ничего тебе не сказал, когда звонил сообщить о своем приезде?
Эвелин не ответила.
– И что ты обо всем этом думаешь?
– Не знаю, – отрезала Эвелин. – А ты бы на моем месте что подумала? Представь, что у тебя есть дочь. Все детство она вела себя как малолетняя преступница и постоянно позорила тебя перед сверстниками, что бы ты для нее ни делала. Потом она покинула свой родной уютный дом в Дублине, сбежала в Лондон и занималась там бог знает чем бог знает в какой компании. Потом она оборвала все связи с тобой лет на тридцать… и вот теперь, когда ее брат решил приехать проведать тебя, ей вдруг стукнуло в голову приехать тоже. Видимо, потому что этот самый брат заставил ее почувствовать себя виноватой, а приехать сама по себе она не может – кишка тонка. – И она принялась листать журнал, который держала в руках.
– Тебе не кажется, что это немного грубо? – Труф постаралась, чтобы ее голос звучал как можно более непринужденно.
– Я уже ничего не знаю. – Эвелин посмотрела ей в глаза. – И я не нуждаюсь в том, чтобы мне указывали, что и когда я должна думать.
– Даже в мыслях не было! Если тебе от этого легче, она приедет в основном ради меня.
– Почему это? – возмутилась Эвелин. – Кажется, у тебя здесь все в порядке?
– Так и есть.
– Возможно, Джош рассказал ей, что ты его отшила, и она теперь беспокоится? – Эвелин бросила на нее косой взгляд.
– Я предупредила Джоша, чтобы он не смел ничего рассказывать моей маме. И тебя я бы хотела попросить о том же. Маме и без того забот хватает – ни к чему ей беспокоиться еще и обо мне.
– На этот счет можешь не переживать. Я, в свою очередь, буду приятно удивлена, если твоя мама сможет достаточно долго соблюдать вежливость. По правде говоря, именно это меня и беспокоит.
– Что ты имеешь в виду?
– Что не только тебе приходится защищать семейную репутацию. Когда твоя мать была моложе, я изо всех сил старалась понять и принять ее. Но все мои попытки неизменно разбивались о ее яростное сопротивление. Полин всегда была немного… ненормальной. Я до сих пор в этом уверена. Мне всегда казалось, что у нее какие-то личностные или психические проблемы. Но, естественно, она наотрез отказывалась обращаться к специалистам. Я делала для нее все, что могла. И, если честно, я не хочу, чтобы она сейчас появилась и устроила какую-нибудь ужасную сцену на публике. – Эвелин захлопнула журнал. – Уж поверь мне, это она умеет. С тех пор как Ленни умер, оставив меня без гроша в кармане, я трудилась в поте лица, чтобы обеспечить себе хорошую жизнь. – Тут она промокнула глаза платком. – У меня есть друзья и, если хочешь, определенное положение в обществе. И я не хочу, чтобы твоя мать вторглась сюда и все испортила. Вот чего я на самом деле опасаюсь. Ну как, это достаточно убедительное объяснение? Ты как никто другой должна меня понять… учитывая, что ты прошла через эту компьютерную травлю…
Услышав это, Труф была поражена. Она без труда распознала, что Эвелин, желая выгородить себя, играет и манипулирует фактами. Но вот так открыто сравнивать травлю в Интернете и юношеское, явно неправильно понятое бунтарство ее матери? Однако Труф решила не разворачивать дискуссий. С тех пор как Эвелин узнала, что Полин тоже приедет, ее настроение сильно изменилось. В ее тоне звучало раздражение, а в глазах мелькала растерянность.
– Могу гарантировать, что мама не будет устраивать
