уход из жизни с помощью врачей в случаях неизлечимых заболеваний признан законным. Но тут встает более серьезный вопрос: есть ли какие-либо научные основания полагать, что процесс бальзамирования сохранит в мозге достаточное количество нейронных связей, чтобы не потерять воспоминания? Компания Nectome получила финансирование почти на 1 миллион долларов от Национального института психического здоровья (NIMH), и по состоянию на март 2018 года у нее был составлен список ожидания для людей, заинтересованных в этой услуге. Однако к апрелю 2018 года та группа из MIT, которая прежде выступала в роли субподрядчика по гранту NIMH, вышла из проекта[464]. Я написала команде Nectome, чтобы узнать, продолжает ли компания работу, но ответа не получила.
А как насчет более осуществимого варианта – цифрового бессмертия?
Представьте себе, что близкий вам человек только что умер… но вы по-прежнему можете с ним переписываться. Каким образом? Подумайте о том, какое количество диалоговых сведений вы с ним сгенерировали путем обмена текстовыми сообщениями, электронными письмами, комментариями в соцсетях и так далее. Если все это суммировать, получится, наверное, порядка терабайта данных[465]. Теперь объедините эти данные с алгоритмом машинного обучения, который выстраивает модель того, что и как вы говорите в разных ситуациях. Потом возьмите этот алгоритм и перенесите его в чат-бот или цифровой агент, который мог бы подражать вам. Хотя эта идея может казаться сентиментальной, но на самом деле у нее есть варианты практического применения. Например, если мы хотим путешествовать по космосу, но не хотим заставлять свои уязвимые человеческие тела справляться с нулевой гравитацией и другими сложностями, жизнеспособной резервной опцией могло бы быть наличие нашей цифровой версии, которая будет загружаться только по прибытии к месту назначения. Хотя эта тематика пока остается в сфере академических исследовательских проектов (например, у Microsoft Research есть проект цифрового бессмертия, как и у MIT Media Lab), за нее уже взялись как минимум два стартапа: Replika и Eternime[466]. Эти стартапы не останавливаются на сохранении страниц умершего человека в Facebook, а нацелены на создание прижизненной карты его цифровой жизни и объединение ее с чат-ботом, чтобы близкие могли продолжать общение с цифровой версией покойного. Уверена, по мере того как технология чат-ботов и ИИ будет развиваться и становиться зрелой, все большее число людей будет стремиться к цифровому бессмертию.
Возможность когнитивных данных
Пусть это не самая аппетитная тема, но лично для меня самой волнующей развивающейся сферой являются когнитивные данные. Подумайте обо всех данных, которые вы будете генерировать в своих нейрохакинговых экспериментах: настроение, продуктивность рабочей памяти, внимание, сон, сердечный ритм, рацион, физическая нагрузка, скорость набора текста, количество входящих и исходящих электронных писем… этот список можно продолжать долго. Чем больше экспериментов вы проводите и чем лучше себя отслеживаете, тем больше накапливаете данных. Целью экспериментов, которые мы успели обсудить до сих пор, было помочь вам генерировать данные, позволяющие принимать оптимальные решения насчет того, какие вмешательства вам больше всего подходят. Но по мере улучшения методов отслеживания, появления новых и более качественных когнитивных тестов и роста эффективности интервенций, надеюсь, мы сможем создать нечто воистину революционное, а именно прогностические модели интеллектуальной продуктивности.
Что, если бы вы в любой конкретный день могли знать, какие аспекты вашей интеллектуальной продуктивности будут работать хорошо, а какие – плохо? И самое главное: что, если бы вы могли проводить базовые тесты и узнавать, какого типа интервенции подойдут вам с наибольшей вероятностью, а каких лучше избегать? Чтобы добиться этого, нам понадобится намного больше данных, причем персонализированных. Получив их, мы сможем оптимизировать свою повседневную жизнь так, как и не мечтали.
Нейротехнологии персональных данных
Здесь у нас имеется проблема типа «курица или яйцо». Чтобы у вас появилась мотивация генерировать собственные когнитивные данные путем нейрохакинговых экспериментов, вы должны быть убеждены, что благодаря им обретете лучшее понимание своей интеллектуальной продуктивности и более четкое представление о том, какие вмешательства будут действовать на вас эффективнее всего. Надеюсь, вам захочется обратиться к нейрохакинговым экспериментам после того, как вы закончите читать эту книгу, и чем больше вы их проведете, тем больше данных получите. Чем больше данных вы сгенерируете, тем лучше будете понимать себя. Чем лучше будете понимать себя, тем точнее будут ваши прогнозы относительно будущего.
Но представьте себе, что у вас есть аналитические инструменты и методы того рода, какие имеются в бизнесе – скажем, у брокеров, работающих с данными фондового рынка. Представьте себе табло, которое может точно показать, как у вас дела на интеллектуальном фронте в любую произвольно взятую миллисекунду, и даже прогнозировать ваш вероятный уровень умственной деятельности в будущем, основываясь на ваших предшествующих результатах. И еще представьте себе, как разбираете разные сценарии – например, что бы случилось, если бы вы применили вот эту интервенцию, а не вон ту. Чтобы этого добиться, вам понадобились бы такие инструменты, как машинное обучение. Проблема только в том, что машинное обучение и прочая статистика, как правило, для эффективной работы требуют исчерпывающего объема данных и большого опыта. И, разумеется, речь не просто о куче любых сведений: это должна быть высококачественная информация, сгенерированная чем-то таким, что способно точно и чувствительно измерять.
К счастью, у нас есть развивающийся способ сбора личных данных – это нательные устройства, или «умные девайсы». Как только мы сможем получить пассивный мобильный когнитивный трекинг, работающий непрерывно, эта задача будет на пути к решению. Вообразите переносное устройство, которое не только считывает количество шагов и мониторит сон, но и отслеживает ваши когнитивные функции. Может быть, оно делает это косвенным биологическим способом (например, движения глаз и размер зрачков являются надежным вторичным индикатором когнитивной деятельности) или прямым поведенческим (вы вносите свои планы в программу тайм-трекинга, и она периодически задает вам вопросы о концентрации и настроении). Или, может быть, это устройство следит за тем, как вы набираете текст и совершаете другие действия со смартфоном. Скорость и точность набора текста, типичные ошибки, которые вы допускаете или особая манера прикосновения к клавишам, возможно, когда-нибудь будут использоваться как показатели степени вашего внимания и состояния ума. То, что я сейчас описываю, – одно из возможных применений недавно разработанной компьютерной программы, которая используется для диагностики болезни Паркинсона на ранних этапах. А почему бы вместе с этим не прогнозировать, какой сегодня день будет у вашего мозга – прекрасный или ужасный?[467]
В конечном счете нам нужны только персональные рекомендации, пассивный когнитивный трекинг и своевременная обратная связь. Честно говоря,
