А Мишка как будто ничего не замечала – смотрела на нее такими восторженными глазами, с такой гордостью и одобрением, что… Что Маша снова почувствовала себя полным ничтожеством. Она решила перевести разговор на другую тему.
– И теперь все надо мной смеются. – Маша подруге рассказала про девятиклассников и Залогину. – Что же теперь делать?!
– Подожди, успокойся, давай подумаем, – пыталась привести ее в чувства Мишка. – Ну спели тебе вслед какие-то недоумки «Hey, mambo! Mambo italiano!» – и что? И фиг с ними.
– Не пой мне эту песню!
– Ладно, ладно. Надо просто потерпеть, и…
– Теперь и Шашин меня видеть не хочет, и позорищем я стала!
– Почему сразу позорищем? Подожди…
Они сидели на подоконнике в другом крыле школы, подальше от кабинета, где были уроки у их класса. Мишка пыталась утешить Машу и убедить, что ничего очень уж страшного не произошло. Но ничего у нее не вышло. Потому что…
– Это она! – снова раздалось рядом. – Эй, в чем суть мамбы? – И хохот.
– Идите отсюда! – тут же воинственно спрыгнула на пол Мишка и замахнулась на младшеклассников, приставших с дурацким вопросом.
Маша закрыла лицо руками:
– Я не выдержу это.
Прозвенел звонок.
– Ой, пора! – Мишка сдернула Машу с подоконника. – Пойдем на урок. Потом подумаем, как быть. А пока – главное не обращать на них внимания, – и почти волоком потащила подругу в класс.
А перед кабинетом в коридоре они столкнулись… с Якушевой. Та картинно дефилировала в класс из туалета. Не торопясь, несмотря на прозвеневший звонок. Мишка не успела ничего сообразить, как Маша уже вцепилась красотке в волосы:
– Как ты могла это сделать?!
В какой-то момент Якушевой удалось оторвать от себя Машины руки.
– Ты обещала оставить его в покое. А я вас видела в пятницу вдвоем!
– Ну и что! – Маша снова изловчилась и вцепилась в соперницу. – Ты подлая! Змея!
– Девки, вы что?! – опомнилась и кинулась их разнимать Мишка.
– Ты его все равно не получишь! – Маша ловко пнула Якушеву под коленку.
Та взвыла и согнулась, схватившись за ногу, а довольная Маша тут же воспользовалась этим и повалила красотку на пол.
– Он любит меня! Мы вчера целовались! – Якушева даже лежа умудрилась в ответ тоже пребольно лягнуть Машу.
Досталось и Мишке – ей от кого-то из соперниц прилетело в ухо.
– А я-то тут при чем?! – взвыла она.
– Якушева, Капустина, Мишина! – раздался над ними как гром среди ясного неба голос Эммы Геннадьевны. – Быстро прекратили!
Испуганные, все трое разом подскочили с пола.
– К директору!
Маша подралась в школе из-за парня! Из-за парня. Она его стала делить с кем-то, как… какую-то вещь. Пыталась доказать свое право собственности. Она ударила человека! Пусть Якушеву, которая сделала ей много всего плохого, но все же. Она подралась!
Вечеринка у Шашина больше ей не казалась верхом позора. Вот драка в школе и визит к директору – это был настоящий позор.
И самым обидным было, что Мишка даже ухом не повела. Прослушала все, что сказал директор, и вышла из кабинета спокойная и довольная жизнью. Только плечами пожала: с кем не бывает. Маша не выдержала:
– Со мной не бывает! Такого со мной не должно было случиться! Я ведь – пример для всех. Я умная, сдержанная, спокойная, я не какая-нибудь там истеричка! Я не такая!
– Подожди, подожди… – несмотря на то, что уроки шли вовсю и надо было спешить в класс, чтобы не получить новые неприятности, Мишка остановилась и задумалась: – А почему ты думаешь, что ты – какая-то особенная? Со всеми бывает, а с тобой нет? Что в этом такого? Все мы ошибаемся, все иногда совершаем не самые красивые поступки. Это – нормально. Это жизнь.
– Все – но не я! – возмутилась Маша. – Я не могу ничего такого сделать!
– Почему не можешь-то? Очень даже можешь. Ты же первая на Якушеву кинулась.
– Я никогда не ошибаюсь! Я всегда поступаю правильно. И хорошо! – упорствовала Маша. – Я – хорошая девочка. Я – хорошая девочка, хорошая!.. – И тут неожиданно для самой себя она разрыдалась, прямо в школьном коридоре.
– Машка, ты что? – испугалась Мишка. – Что бы ты ни сделала, для меня ты все равно остаешься хорошей. Прости, что я обозвала тебя предательницей. Просто ты поступила… некрасиво. Но сама ты хорошая. Я все равно не перестала тебя любить.
– Правда? – всхлипнула Маша.
– Конечно!
– И ничего страшного, что я накинулась на Якушеву?
– Конечно, ничего страшного нет. Я ведь понимаю, как ты на нее злишься. Ведь она поступила ужасно.
Маша задумалась. С одной стороны, в то, что в нее периодически кто-то вселяется, она и сама не очень-то верила… Но с другой – признать, что она кинулась на Якушеву, что в этом нет ничего страшного… Могла ли она?
Весь вечер понедельника Маша пыталась понять, что с ней происходит. В кого она превращается. К чему все это приведет. Но ничего не выходило. Тут же начинало стучать в висках: «Я – плохая, вот Шашин и не хочет со мной поговорить, не хочет со мной дальше встречаться!»
Маша вспоминала школьную пытку – видеть, как Саша сидит с Якушевой, как они общаются на переменах, вместе обедают… И ей снова становилось невыносимо больно. Он – с Якушевой, а она – посмешище всей школы. Не сосчитать, сколько раз всего за один день Маша прослушала у себя за спиной ненавистное: «Hey, mambo! Mambo italiano! Hey, mambo! Mambo italianо!»
А после уроков Мишка, которая была очень-очень нужна Маше, ушла с загадочным видом вместе со Славиком в неизвестном направлении. Маша страшно обиделась на подругу. Слонялась по комнате без дела весь вечер. Любимые спицы валились у нее из рук, а фильмы казались скучными и пустыми. В конце концов Маша просто легла на кровать и лежала на ней без движения.
«Я изо всех сил пытаюсь быть хорошей для всех, а у меня ничего не получается. Так и не надо! Я вообще ничего не буду делать. Тогда всем будет хорошо».
Во вторник Маша на уроки не пошла.
Глава 16
Незапланированная встреча
Весь день Маша старалась выкинуть все из головы. Просто не думать о том, что она скажет в школе по поводу прогулов. Что она скажет родителям, когда позвонят из школы и сообщат, что она прогульщица. Что ей все-таки придется объявиться в школе и снова прослушать ненавистное: «Hey, mambo! Mambo italiano! Hey, mambo! Mambo italianо!» – за спиной. Не думать о том, как долго все будут над ней смеяться….
Самое главное – не думать о Шашине. О Саше Шашине. О том, что он больше не любит ее. Что она сама предала свою любовь. Что она все потеряла. И теперь рядом с ним сидит Якушева, а она, Маша, сидит дома и плачет. Но Маша старалась не плакать.
Вечером же снова ни о чем не думающее тело Маши Капустиной отправилось на занятие по фламенко.
– Маша, ты какая-то странная в последнее время… – задумчиво сказала руководитель ансамбля «Дуэндо», разглядывая Машу.
Маша просто пожала плечами: что ж, странная так странная – какая разница?
И снова тело Маши послушно делало упражнения разминки. И снова едва Наталья включила музыку танца, как сердце тут же подхватило ритм булериаса: ТАМ-пам-пам, ТАМ-пам-пам-пам, ТАМ-ТАМ-пам-ТАМ-пам, ТАМ-пам-пам, ТАМ-пам-пам-пам, ТАМ-ТАМ-пам-ТАМ-пам.
И снова Маша танцевала так, как будто вырывалась из каких-то пут. Через напряжение, через боль, с хрустом в запястьях, когда руки птицами взмывали над головой. Как будто если долго-долго танцевать, то можно повернуть время вспять. Можно все исправить. Снова стать хорошей – сказать Якушевой: мне все равно, мне плевать на твой ролик, я никогда и ни за что не откажусь от Саши, потому что я его люблю!
– ТАМ-пам-пам, ТАМ-пам-пам-пам, ТАМ-ТАМ-пам-ТАМ-пам, ТАМ-пам-пам, ТАМ-пам-пам-пам, ТАМ-ТАМ-пам-ТАМ-пам.
И чтобы не было этого письма о том, что все кончено. Было бы другое письмо: да, да, пойдем танцевать латиноамериканские танцы, да, конечно, я буду рада танцевать с тобой, да, точно, мы будем самой красивой парой!
– ТАМ-пам-пам, ТАМ-пам-пам-пам, ТАМ-ТАМ-пам-ТАМ-пам, ТАМ-пам-пам, ТАМ-пам-пам-пам, ТАМ-ТАМ-пам-ТАМ-пам.
Ведь я люблю тебя, я люблю тебя, я жить без тебя не могу!
– ТАМ-пам-пам, ТАМ-пам-пам-пам, ТАМ-ТАМ-пам-ТАМ-пам, ТАМ-пам-пам, ТАМ-пам-пам-пам, ТАМ-ТАМ-пам-ТАМ-пам.
– Внимание, девочки! – после занятия пару раз хлопнула в ладоши Наталья. – Все ко мне.
Танцовщицы послушно собрались в кружок у руководителя. И только Маша обессиленно уселась на пол в углу, прислонившись спиной к стене.
– Через десять дней конкурс в Петербурге, – и Наталья пустилась в объяснение деталей поездки.
Маша не слушала. Ей не хотелось никуда ехать. Ведь она оказалась плохой танцовщицей, она мешала другим! Из-за нее коллектив едва не лишился первого места на конкурсе в их городе. Если поначалу Маша страшно переживала из-за этого, то в последнее время не то чтобы смирилась – ей стало все равно. Пусть она не лучшая, ей все равно нравится танцевать фламенко. И она будет его танцевать. Ноги гудели, в голове не было никаких мыслей, было приятно просто сидеть на полу и чувствовать спиной стенку…
