попросила у недомагистра жизни сделать из нее птицу, — произнесла она.
— А… зачем ты мне рассказываешь это? — спросил Сэм.
— Нас здесь целый квартал: кого-то изменили маги жизни, кого-то собственная алчность и глупость, а кому-то просто не повезло при рождении. Как только появляется кто-нибудь из гостей, мы бросаем жребий и начинаем ждать их. Расскажешь о своем мире? Я тебе браслетик подарю, — ответила она.
Сэм посмотрел на девушку, потом вздохнул и уселся рядом с ней и принялся рассказывать:
— Так уж и быть расскажу тебе о нашем мире. Просто так. Все началось около трехсот лет назад…
— Спасибо, — поблагодарила его девушка, и чуть наклонив голову продолжила: хороший ты парень. А браслетик я тогда следующему гостю подарю. А тебе дам совет. Когда поднимешься на гору у тебя будет два пути: отправиться во дворец тьмы и статуя прямо на развилке. Лучше выбрать статую, но ты и так все поймешь. А теперь тебе пора. Сэм моргнул, а девушка куда-то пропала. «Любят они здесь дешевые эффекты», — усмехнулся он и поднялся, чтобы идти дальше.
Когда он выходил на улицу, то его внимание привлекла бумажка, лежавшая на земле. Подобрав, Сэм развернул ее и прочитал: «Тьма укроет и утешит любого, кто нуждается в ней.» Непонятные знаки без труда превратились в понятный текст. Когда Сэм прочитал записку, то обернулся, чтобы увидеть десятки лиц с рогами, коровьими ушами, птичьими головами и прочими отклонениями. Все они спрятались здесь от людских пересудов и наслаждались спокойной жизнью. Сэм не почувствовал, что хочет здесь остаться. Но и желания силы, с которым он появился здесь? у него уже не было.
Вскоре он оказался на площади, на которой стояла статуя женщины высотой в десять футов. На спине женщины росла пара призрачных крыльев, которыми она укрыла детей, утирающих слезы. А за ней стояло несколько монстров, что вынюхивали пространство. Сэм подумал, что женщина укрывает детей именно от них. Перед ней стояло три коленопреклонных фигуры: гном, вампиресса и лысый человек с соломинкой во рту. Все статуи имели поразительную четкость и вн мание к мельчайшим деталям: можно было рассмотреть шрам на ухе гнома и волоски на его бороде. У подножия статуи Сэм разглядел табличку. Из-за пыли скопившейся на ней надпись едва читалась, и Сэм в поисках чего-нибудь огляделся, но всюду был лишь камень.
Оторвав кусок ткани от рубашки, Сэм протер надпись и прочитал: «Тьма укрывает нуждающихся своими крыльями, и защищает когтями». Только прочитав надпись, Сэм заметил маленькие антрацитово-черные когти на руках женщины.
— Это первые три рыцаря, что присягнули ей, — раздался сзади скрипучий голос старухи.
— Вас давно не было, — произнес Сэм и обернулся к ней.
— Сражалась с одним из глубинных монстров, что прорвался в один из миров, — криво усмехнулась старуха.
— А там что? — Сэм указал рукой на огромный дворец, что высился в конце дороги.
— Трон. Олицетворяет властность и честолюбие. Не хочешь стать королем своего мира? Объединить разрозненные народы и возглавить их? — ответила старуха.
Сэм задумчиво посмотрел на замок, возвышающийся над городом и неопределенно пожал плечами:
— Как-то и не задумывался над этим.
Старуха промолчала, и Сэм посмотрел на детей, которых закрывала Нокс. Это были мальчик и девочка, они доверчиво прижимались к телу женщины, а в их лицах читалась надежда.
— С другой стороны все так или иначе стремятся к власти. Но ведь кто-то должен и защищать остальных, как бы глупо это не звучало, — проговорил он.
— Хочешь стать рыцарем? — проскрипела старуха.
— Звучит глупо и слишком пафосно, — поморщился Сэм: просто займусь тем, что у меня лучше всего получается — истреблением чудовищ.
— Раз ты все решил, я не буду тебе мешать. Помни, птичка, сила какой-бы она не была — всего лишь сила. А к чему ты её приложишь, зависит от тебя, — произнесла старуха и растворилась.
— И что мне делать? — спросил Сэм, осматривая окрестности.
Через какое-то время он сконцентрировал свое внимание на статуе женщины. Она ласково смотрела на спрятавшихся около её ног детей и улыбалась им, словно и не было позади нее ощерившихся в оскале монстров.
Сэм попытался представить, почему она решила их спасти, но его фантазии хватило лишь на то, чтобы представить будущими королями. Иначе зачем существу такой силы спасать детей?
— Мальчик — сын горшечника, а девочка — дочь обычной швеи, — прошелестел бесплотный голос: и долго ты еще будешь бродить?
— Что? — спросил Сэм и быстро осмотрелся, но никого не увидел.
— Почти женщину должным образом и можешь возвращаться, или идти в замок, — вновь прошелестел голос.
Сэм посмотрел на статуи трех человек, поклонившихся женщине и скопировал их позу: присел на одно колено, прижал руки к груди и склонил голову. На миг ему показалось, что его волосы взъерошила мать, или ветерок поднявшийся, когда он склонил голову. Внезапно ветер усилился, и Сэм, не выдержав, открыл глаза, чтобы увидеть черную стену приближающуюся к нему. Его сердце зашлось в набате и, показалось, захотело выпрыгнуть из груди. Но Сэм постарался успокоиться и первые капли черного дождя встретил с полубезумной улыбкой.
***
— Ты, идиот? — проник в его уши голос кровавого жнеца.
Сэм хотел было возмутиться и возразить, но его прервал взволнованный голос Кройга:
— Нет, господин, просто охотник должен быть силен, и я хотел принести в жертву сначала его, а потом докладывать понемногу остальных. Ведь он может в любой момент про…
Голос мальчишки прервался, а на лицо Сэма брызнули тяжелые капли. Фыркнув, охотник подскочил и принял одну из боевых стоек. А когда открыл глаза, то увидел безжизненное тело Кройга на пентаграмме, жреца, стоящего рядом с ним, и кровавые иглы, что летели в лицо Сэма. Почему-то Сэм не испугался, а лишь инстинктивно попытался убрать их с траектории полета, и перед ним возникла темная энергия, похожая на крыло. Иглы вонзились во тьму и исчезли.
— Бен? — позвал ворона Сэм, но не получил ответа.
— О, выродок, решил сыграть по-взрослому? Может мальчишка был прав, и хватит только тебя? — спросил жрец.
— Меньше разговоров, тварь, — слова резанули по горлу, словно он очень долго не говорил.
Очень длинного прыжка хватило Сэму, чтобы добраться до жреца и ударить его рукой, но того уже не было на месте: жрец отпрыгнул от Сэма, помогая себе какими-то кроваво-красными щупальцами, что выросли из его тела.
— Рыцарь, мать вашу! Ха-ха, ты даже когтями пользоваться не умеешь. Твоя госпожа дура, раз послала тебя обратно,! — выкрикнул жрец и в Сэма, понеслись три щупальца.
Сэм только после слов противника заметил, клубящуюся тьму на руках, и сразу
