был звонок в Purdue, чтобы выяснить, в каких областях они могли бы сотрудничать. А Ричард Саклер в своих собственных показаниях , данных впоследствии под присягой, утверждал , что именно Райт первым обратился в компанию с предложением о работе - и что он сделал это еще до того, как покинул правительство. "Он разговаривал с кем-то в Purdue, когда собирался покинуть FDA", - вспоминает Ричард. Но в то время Ричард чувствовал, что это может быть не лучшим вариантом для компании. Он обсудил это с коллегой, и они "согласились, что нам не следует нанимать человека, который проверял наш продукт". Вместо этого Райт "ушел в другую компанию" на год, заключил Ричард. По всей видимости, этого было достаточно для того, чтобы снять любые опасения Ричарда Саклера по поводу возникновения конфликта интересов.
Глава 16.
H
-
BOMB
Каликсто Ривера проснулся перед рассветом. За окном было холодно и шел дождь - промозглое апрельское утро 1995 года. Каликсто жил в Ньюарке, штат Нью-Джерси, в одной квартире с женой и детьми. У супругов был трехмесячный сын, что не могло не утомлять, и когда Каликсто открыл глаза тем утром и понял, как неприятно на улице, он подумал о том, чтобы позвонить и уйти с работы. Он был измотан. Как и все остальные на химическом заводе Napp в Лоди, он работал в дополнительные смены, чтобы завершить несколько крупных проектов до того, как завод закроется на выходные на несколько недель для проведения ремонтных работ. Все еще раздумывая над идеей вернуться в постель, Каликсто позвонил женщине, с которой работал, как бы ища у нее молчаливого разрешения. Но она убеждала его не сдаваться. "Это всего лишь восьмичасовая смена, Папо", - сказала она, используя прозвище, которое он носил с детства. "Просто продержись следующие восемь часов, и у тебя будет две недели, чтобы остаться в постели". Так что Каликсто тихо попрощался с семьей и отправился под дождем на работу.
Лоди - рабочий район недалеко от Хакенсака, где среди тихих жилых кварталов разбросаны химические заводы. Химическая и фармацевтическая промышленность уже давно доминирует в штате Нью-Джерси: в 1995 году химический бизнес был крупнейшей отраслью штата , приносящей около 24 миллиардов долларов дохода ежегодно. В Нью-Джерси насчитывалось около пятнадцати тысяч химических заводов. Только в Лоди их было четырнадцать. Предприятие компании Napp занимало обширный двухэтажный комплекс на берегу реки Сэддл. Изначально здесь находился красильный завод начала века, и завод до сих пор окружали остовы заброшенных промышленных зданий. Компания Napp приобрела в Лоди в 1970 году, чтобы производить химикаты для своих фармацевтических препаратов. В последнее время мэр Лоди пытался закрыть завод, подыскивая коммерческого застройщика, чтобы начать судебный процесс против Napp. Местным жителям не нравилось, что на их заднем дворе находится стареющее химическое предприятие. Это заставляло их нервничать.
Каликсто Ривера работал на сайте в компании Napp в течение девяти лет. Его семья была родом из Пуэрто-Рико и переехала в Нью-Джерси. Он был трудолюбивым работником, сильным и красивым, тщательно одевающимся, с усами и темными бровями, которые подчеркивали его мимику, как знаки препинания. Он шел под холодным дождем к заводу. День предстоял интересный. За несколько лет до этого в компании произошла реструктуризация, и начал смешивать химикаты не только для Napp и ее материнской компании, Purdue Frederick, но и для других фирм, которым требовались партии химикатов на контрактной основе. Это означало, что вместо того, чтобы из недели в неделю перерабатывать одни и те же химикаты для одних и тех же продуктов Napp, Каликсто и его коллеги теперь каждый день работали с новыми и незнакомыми химикатами.
На этой неделе они были наняты компанией из Род-Айленда для смешивания серии особо летучих химикатов, которые будут использоваться для создания золотого покрытия на бытовой электронике. За несколько дней до этого на завод прибыли двадцать стальных бочек с предупреждениями на боку, указывающими на то, что содержимое опасно. В течение нескольких дней химикаты просто стояли в углу, потому что никто не хотел с ними работать.
Когда Каликсто подъехал к воротам завода Napp, , что-то явно было не так. Завод работал круглосуточно, в три восьмичасовые смены, и как раз наступило время утренней смены. Ночная смена занималась смешиванием химикатов, прибывших в бочках. Но, как узнал Каликсто, приехав на завод, что-то пошло не так.
Правда заключалась в том, что предприятие Napp было не самым безопасным местом работы. Завод был отмечен за многочисленные нарушения. Компания Napp платила своим сотрудникам меньше, чем другие химические компании в этом районе, и, как известно, нанимала людей, уволенных с других мест работы. В Лоди был открыт секрет: если вы были в отчаянии и готовы работать за меньшую плату, Napp с радостью брала вас на работу. Как сказал один из сотрудников, "если ваше тело было теплым, вас брали на работу". На заводе был один парень-алкоголик, который иногда приходил на работу и в пьяном виде работал с опасными химикатами. Персонал не был особо обучен, и их неопытность только усилилась, когда завод начал привлекать сторонних подрядчиков для получения дополнительного дохода для владельцев, что означало, что сотрудники постоянно имели дело с новыми химическими веществами. Обучение технике безопасности, похоже, не было одним из главных приоритетов компании. Еще одной проблемой было разнообразие персонала: сотрудники завода приехали из разных стран. Не все из них говорили по-английски, но не было и другого общего языка, например испанского. Как следствие, иногда возникало недопонимание в отношении количества и пропорций, что при смешивании химических веществ было опасно.
Для смешивания работники завода использовали двухлопастной блендер Patterson Kelley высотой десять футов, изготовленный из нержавеющей стали и имеющий форму гигантского сердца. Они начали смешивать химикаты Род-Айленда накануне, добавив в блендер восемь тысяч фунтов гидросульфита натрия и тысячу фунтов алюминиевой пудры - вещества настолько взрывоопасного, что его иногда используют в ракетном топливе. Надсмотрщик наблюдал на подиуме за тем, как серебристо-белый порошок оседает в смесителе. Затем сотрудники должны были добавить бензальдегид - бесцветную жидкость, которая должна была распылиться в миксер через форсунку. Но в клапане возникло какое-то засорение, поэтому пришлось устранять неполадки и прочищать его. К тому времени, когда вечером началась кладбищенская смена, из миксера начал исходить ужасный запах. Некоторые сотрудники были настолько неопытны, что, когда дело касалось химикатов, не могли отличить хороший запах от плохого. Но другие узнали характерный запах разлагающегося гидросульфита натрия.
Как правило, вода не должна попадать на химикаты. В комнате для смешивания
