были таблички : не используйте воду внутри или рядом с комнатой. Даже одна капля может быть смертельно опасной. Гидросульфит натрия, в частности, бурно реагирует при намокании. Как именно это произошло, было неясно, но где-то в процессе попыток очистить старый загрузочный клапан на смесителе вода, должно быть, попала внутрь. Ремонтники, которых привлекли для очистки клапана, не были обучены обращению с химикатами, и, возможно, они не до конца осознали опасность. В высоких концентрациях влажная сера может быть более ядовитой, чем цианистый газ. Поэтому, когда появился запах, дежурные менеджеры велели сотрудникам оставить чан в покое и заняться другими проектами. Они открыли клапан на верхней части смесителя, чтобы дать возможность газу выйти. По их словам, все было в порядке. Затем они оставили миксер в покое на несколько часов.
Постепенно температура и давление на миксере начали расти. Химикаты тлели и пузырились, как содержимое какого-то адского котла, и источали тошнотворный, ядовитый запах. Некоторые рабочие считали, что пахнет мертвым животным. Пока Каликсто спал всю дождливую ночь в своей квартире в Ньюарке, давление манометре на резервуаре все время поднималось. В ста ярдах от завода находилась пожарная станция, но сотрудники не предупредили их. Фармацевтическая компания Napp предпочитала держать все в тайне и решать любые проблемы незаметно.
К тому времени, когда Каликсто пришел на смену в то утро, весь завод был эвакуирован. У ворот Каликсто встретился со своим другом Хосе Милланом, который тоже собирался заступить на смену. Хосе, как и Каликсто, был ветераном завода ; он проработал здесь восемь лет. Все стояли вокруг, дрожа под прохладным моросящим дождем и ворча; люди не успели взять пальто из шкафчиков, когда их эвакуировали, и поэтому замерзли. Кроме того, они были встревожены. Зловонный запах из миксера был настолько сильным, что вырывался из вентиляционных отверстий на крыше завода, и люди чувствовали его снаружи. Это был опасный запах. Когда Каликсто и Хосе собрались под дождем вместе с другими эвакуированными рабочими, начальник смены объявил, что кто-то поговорил с инженером-химиком из компании Napp, который посоветовал мужчинам вернуться на завод и попытаться вылить часть материала из смесителя. Была выбрана команда из семи человек. В нее не вошли ни Каликсто, ни Хосе, поэтому Хосе предложил им пойти в ближайший гастроном и выпить кофе. Но когда Каликсто наблюдал за тем, как менеджеры назначают эту импровизированную бригаду для уборки и удаления химикатов, он заметил, что одним из выбранных людей был пожилой человек, его знакомый, которому было около семидесяти лет.
Не уходи, - сказал ему Каликсто. Я пойду вместо тебя.
Позже компания заявила, что менеджеры не приказывали мужчинам вернуться на завод, но дюжина рабочих, которые были там в тот день, сказали, что так и было. Каликсто попросил Хосе взять лишний кофе и принести его обратно. Затем он и остальные шесть человек надели маски с угольными фильтрами и вернулись на завод.
Внутри завода Napp было жутко тихо. Запах был непреодолим. Но мужчины двинулись через него - к нему - в комнату для смешивания . Они не видели и не знали, что, когда вода проникает в чан, она вызывает разрушение гидросульфита натрия, в результате чего выделяется тепло. Под действием тепла образовывался пар, который вступал в реакцию с алюминиевой пудрой, образуя газообразный водород. Внутри огромного корпуса миксера началась цепная реакция, и давление нарастало час за часом. Как впоследствии заметил один химик , содержимое стального барабана было похоже на водородную бомбу.
Ни один из тех, кто вернулся на завод, не был химиком. Дойдя до смесительной, они открыли чан и начали переливать тлеющие химикаты в бочки поменьше. И вдруг раздался громкий шипящий звук - звук быстро уходящего газа. Затем наступила тишина. Шестеро мужчин, включая Каликсто, замерли на месте. Седьмой мужчина бросился бежать. Затем -
Бум.
Стальной миксер лопнул, как воздушный шар, и во все стороны полетели обломки металла и раскаленные химикаты . Взрыв был такой силы, что десятитонный бетонный блок, поддерживавший миксер, оторвало от земли и швырнуло на пятьдесят футов через весь завод, словно фрисби. Огненная буря охватила все помещение, свирепые языки пламени пронеслись по коридорам и ворвались прямо в противопожарные двери. Ревущая оранжевая колонна пробила крышу. Окна в витринах магазинов, расположенных вдоль и поперек Главной улицы, разлетелись вдребезги. Огненные обломки посыпались на дома Лоди. Хосе Миллан возвращался на завод с кофе для Каликсто, когда взрывная волна свалила его с ног. От разрушенной крыши завода в воздух повалил едкий химический дым. Хосе наблюдал за огнем, зная, что его друг находится внутри. Он не знал, что делать. Он чувствовал себя беспомощным.
Каликсто погиб мгновенно, его череп был раздроблен силой взрыва. Он обгорел настолько сильно, что впоследствии его труп можно было опознать только по зубным отпечаткам. Вместе с ним при взрыве погибли еще три человека. Еще один был покрыт ожогами на 90 процентов тела и через несколько дней умер в больнице. Сорок человек получили ранения. Один человек, находившийся внутри завода и видевший огненный шар, но оставшийся в живых, сказал, что это было похоже на то, как будто смотришь на солнце.
В течение нескольких дней завод дымился. Дома были повреждены. Из разрушенного предприятия сочился ядовито-зеленый сток. Он стекал по Главной улице и впадал в реку Сэддл. Загрязнение попало в реку Пассаик, от которого страдали водоплавающие птицы. Тысячи рыб перевернулись на живот и дрейфовали к берегу, выстилая берега реки, бледные и мертвые. Федеральное расследование в итоге обвинило Нэппа в многочисленных нарушениях техники безопасности и выписало скромный штраф в размере 127 000 долларов. Прокуроры рассматривали возможность предъявления обвинения в непредумышленном убийстве, но в итоге решили этого не делать. Один из давних сотрудников Purdue Frederick, Уинтроп Ланге, сказал в то время, что Napp не следовало переходить на контрактное производство химикатов для других компаний, поскольку у нее не было "ни оборудования, ни технических специалистов для изготовления смесей на заказ". Другой бывший сотрудник Napp, химик польского происхождения по имени Ричард Бонча, пришел к выводу, что компания проявила безрассудство, поручив опасную работу неопытным работникам. "Они никогда не задавали вопросов, чтобы определить, есть ли у человека способности к химической работе", - сказал он. Столкнувшись с бурей эмоций и ярости со стороны своих сотрудников и жителей Лоди, компания Napp объявила, что не будет восстанавливать завод, а это значит, что все, кому удалось выжить после взрыва, теперь потеряют работу. Представитель компании
