стояла. Она была поражена словами того, кто причинил ей столько зла, и не понимала его настойчивости и намерений.
Белла сузила глаза, решив успокоить Ролдена с помощью целительной сети леди Дарлин, но мужчина вдруг поднял обе руки.
— Пожалуйста, мисс Белла, не применяйте ко мне свою магию. Да, я знаю все, что вы думаете обо мне. И не буду оправдываться. Потому что оправданий мне нет и не будет. Но я хочу предостеречь вас от той ошибки, которую когда-то совершила ваша бабка.
Белла поймала себя на том, что Джон Ролден все же смог вновь заинтриговать её.
— О какой ошибке вы говорите? — вздохнула она, немного расслабляясь, но не теряя бдительности.
— О той, которую если совершите и вы, то не сильно будете отличаться от Джослин Варгоа. Вас тоже запомнят, как бессовестно прекрасную леди. А возможно, вы тоже станете мстить.
Целительница вздрогнула и побледнела.
— Не понимаю, — холодно процедила она. — Выражайтесь яснее. Или уходите.
Аптекарь показательно вздохнул, покачал головой.
— К сожалению, мои объяснения не понравятся вам. Да и не поверите вы мне. Поэтому… вот.
Незаметным ловким движением Джон Ролден достал из кармана сюртука небольшой флакон из черного непрозрачного стекла, гладкий и будто отшлифованный, и протянул его Белле.
— Что это?
— То, что вернет вам кое-что очень важное.
— Вы изъясняетесь загадками, — недовольно процедила девушка. — А я, знаете ли, с недавних пор, не люблю их.
— Мне потребовалось слишком много времени, чтобы создать этот эликсир. Я долго подбирал ингредиенты, так как создавал его впервые. Когда я позвал вас в кондитерскую, то хотел сообщить, что работаю над его созданием, чтобы вы поверили в ту информацию, которую я собирался сообщить вам. Но вы так и не пришли.
— Почему же? Пришла. И стала свидетелем интересной беседы между вами и мистером Колином Мэритом, после которой решила не показываться.
— Вы слышали нас, но мы не видели вас? — с пониманием усмехнулся аптекарь.
— Верно.
— Разве вы не увидели, что я пришел один, а Мэрит там оказался случайно?
— Увидела. Но беседовать с вами у меня не возникло желания.
— Что ж, — мистер Ролден недовольно качнул головой, — я сам во всем виноват. И в том, что утратил ваше доверие.
— Правильно. Я не доверяю вам. Поэтому не приму флакон.
— Его содержимое — моя надежда на ваше прощение.
— Я и так прощаю вас, сэр. Вы давно уже наказаны. Не мной, правда. Но на всю жизнь. Вы навсегда останетесь пленником её величества и всегда будете исполнителем чужой воли.
— Мисс Белла…
Мужчина сжал флакон в ладони и сделал шаг вперед, и в этот момент дверь в комнату широко распахнулась. Грозная фигура Кеннета Дарлина мгновенно нависла над королевским аптекарем.
— Мистер Ролден? — в ярости проговорил мужчина. — Горничная моей невесты сообщила, что вы здесь помимо желания мисс Харрис.
— Кеннет, мистер Джон уже уходит. Ведь так, сэр?
Джон Ролден на мгновение замер, в глазах застыло разочарование, но весь вид мистера Дарлина говорил о том, что, если он немедленно не уйдет, его просто вышвырнут.
Аптекарь кивнул мисс Харрис и направился к выходу. Он хотел было поставить флакон из черного стекла на журнальный столик, мимо которого проходил, но на полпути его рука остановилась. Немного поколебавшись, Ролден сунул флакон в карман сюртука и, не оборачиваясь, вышел из апартаментов мисс Харрис.
— Что он хотел?
Кеннет Дарлин подошел к Бель, мягко привлек к себе напряженную девичью фигурку, заглянул в большие грустные глаза.
— Чтобы я простила его. И выпила какое-то редкое зелье.
— Каков наглец. Пожалуй, найду его и оторву голову.
— Пожалуй, не нужно, — мягко улыбнулась мисс Харрис, запрокидывая голову и заглядывая в суровое мужское лицо. — По-моему, Джон Ролден и так наказан и мучается. Давай просто уедем отсюда. Эти стены давно давят на меня.
* * *
Наконец, спустя несколько сложных недель, сестры Харрис и сэр Кеннет Дарлин покинули королевский дворец Кассии Ветинг.
Девушкам предоставили экипаж, комфортабельный и быстрый, с гербом Ветингов на дверцах, а мистеру Дарлину, чтобы соблюсти приличия, породистого жеребца из королевской конюшни.
— Никогда не думала, что буду так сильно радоваться, покидая королевскую резиденцию! — с явным облегчением выдохнула мисс Лилиан Харрис, задвигая бархатную шторку на окошке и откидываясь на мягкую спинку экипажа.
Девушка внимательно уставилась на спокойное лицо старшей сестры, выразительно осмотрев ту с ног до головы изучающим взглядом.
— Бель, как твое самочувствие?
— Прекрасно. Почему ты спрашиваешь?
— Потому что мне так совсем не кажется! — Лилиан подалась к сестре и поджала губы. — И я не могу понять — ты выглядишь, как бледная поганка, потому что тебя лишили магии сирены или просто ещё не выздоровела до конца?
— Лилиан, я выздоровела, — на лице Бель мелькнуло раздражение. — Но, видимо, пока, после всего, что случилось, я не до конца пришла в себя. Морально.
— Разве ты не можешь помочь себе? — вздохнула младшая мисс Харрис. — Например, отправить себе импульс бодрости?
— Могу. Но не тем способом, который ты упомянула. Только, если лишу себя воспоминаний о последних неделях своей жизни.
Услышав это заявление, Лилиан Харрис поморщилась. Белла же отодвинула бархатную шторку с замысловатым рисунком переплетающихся между собой королевских астрелий и выглянула в небольшое окно.
Высокая ладная фигура Кеннета Дарлина тут же приковала девичий взгляд. Молодой человек не заметил внимания невесты, он смотрел прямо перед собой, о чем-то размышляя, и Белла смогла полюбоваться женихом, не стесняясь.
— Твои глаза почему-то не сияют от счастья.
Лилиан подалась к сестре и тоже выглянула в окно.
— А ведь и сама ты должна светиться, потому что вскоре соединишься не абы с кем, а с истинным! Которого для тебя избрала Магия мира! Но выглядишь ты…
— Мало напоминающей магический светильник? — насмешливо улыбнулась Белла, взглянув на сестру, и покачала головой. — Лиля, тебе нужно поменьше читать любовные романы.
— А тебе — побольше! — возмутилась девушка. — Тогда бы ты знала, что…
— Не переживай из-за меня, — мягко перебила сестру целительница. — Я просто чувствую себя… Как бы тебе объяснить понятнее? — Белла на мгновение задумалась. — Словно меня… как будто выжали. До последней капли. Как тряпку. И ещё странное ощущение не покидает меня. Мне кажется, будто я потеряла что-то невероятно важное. Возможно дело в исчезнувшей магии сирены. Не знаю.
— Когда это чувство возникло у тебя? — уточнила Лилиан Харрис.
— Через несколько дней после того, как я очнулась, — задумчиво отозвалась Белла и резко задвинула шторку. Девушка откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза. — Сначала его не было, а потом оно появилось и все — не исчезает.
— Бель, что хотел от тебя
