прилегли отдохнуть. Следующий переход будет более длительным, при чём надо будет выдерживать хороший темп, чтобы до темноты добраться до развалин крепости Мраково.
Минут через десять, как я пообедал, появился «Хан». Вцепившись зубами в мою штанину, стал тянуть меня к небольшому участку леса, что находился от нас в трёх километрах. Если бы была опасность, то питомец вёл бы себя совсем по-другому. И когда он только начнёт использовать телепатию и говорить со мной, чтобы я понимал его с первого раза. «Хан» явно меня звал, взяв лук в руки и наложив стрелу я последовал за ним. У кромки леса меня ожидал сюрприз, подошли Бриз с её напарником. Ну что же, пора их знакомить с нашим отрядом егерей. Вообще-то я говорил Фатею Сазонову, что будут два проводника из дроу, скорей всего он поделился со своими товарищами по отряду. Я такой вывод сделал из того, что наши егеря не проявили особого удивления при виде подошедших проводников. Поздоровались и сразу познакомились по именам. Если у Бриз цвет кожи сравним с молочным шоколадом, то Лин реально чернокожий. Не сказать, что в империи никто не видел чернокожих людей. Мне мой друг Робер рассказывал, что в провинции Франция полно выходцев из Африки. В большинстве случаев они неодарённые, работают простыми людьми в сельском хозяйстве или на фабриках. Но встречаются чернокожие с даром. Как правило это мулаты[46] и бастарды. Кто-то из дворян пошалил с чернокожей женщиной в результате рождается одарённый мулат. Так мне объяснял Робер. Дроу отличаются от людей только ушами, да и то не всегда. Сейчас на Бриз и Лин накинуты капюшоны, так что их легко принять за чернокожих выходцев из Франции. Наше знакомство состоялось, а через полчаса мы выдвинулись дальше. По пути переправились через две небольшие речки, русла рек оказались неглубокими, так что даже брод или мост искать не стали. В километре от Мраково встретили стадо сумеречных зубров, но они нас не заметили, потому мы прошли спокойно, но с предосторожностями. Солнце уже садилось, касаясь верхушек холмов и лесных участков, когда мы вошли в развалины крепости Мраково. Фатей бывал здесь. Более того, здесь часто останавливались и другие егеря. Одно из самых высоких зданий, которое сохранилось лучше остальных, было облюбовано под временный лагерь. Там мы и остановились. Крепостная стена процентов на шестьдесят разрушена, в целости две башни, в которых тоже можно останавливаться. По приказу старшего егеря десяток бойцов приступили к осмотру помещений, чтобы провести зачистку от мелких тварей.
— А что крупных монстров здесь не может быть? Вдруг кто-то из них решил себе здесь логово устроить, разве нет? — спросил я.
— Здесь достаточно часто останавливаются отряды егерей, так что нет, опасные монстры логово в таких местах не устраивают, — ответил Фатей, а напарник Бриз согласно покивал головой.
— Какие планы на сегодня? — спросила Бриз.
— Пока совсем не стемнело, приманим зубров, у них четвёртый класс опасности, а органы как раз те, что нам нужны по списку, — предложил Фатей.
— Место хорошее у двух башен, там сделаем огневые точки, хотя места оборудованы давно, набьём с десяток зубров, а к утру здесь будут хищники, гиены или ещё какая тварь, они запах крови далеко чувствуют, — добавил Савелий Трофимов.
— Все помнят куда следует бить зубра? — спросил Фатей.
Все присутствующие ответили утвердительно, кроме меня. Я ранее таких монстров не встречал.
— Для Егора напоминаю, бить в голову, чтобы поразить мозг, но не в лоб, после поражения мозга органы сохраняться не менее двенадцати часов, — напомнил Сазонов.
Я тоже кивнул головой, что мол понятно мне всё, будем целиться в голову, но сбоку. Лично мне сумеречные зубры не казались сильно опасными, непонятно почему им присвоен четвёртый класс.
— Остался вопрос, как решить с приманкой, чтобы они приблизились к башням на расстояние удачного выстрела, — высказался самый молодой егерь Трофим Ежов.
— Монстр опасный, я с такими сталкивался, хотя внешне зубр не вызывает особого беспокойство, передвигается быстро, но медленней чем лось, — вступил в разговор Лин, напарник Бриз.
А ведь мне нужны риски, экстремальные ситуации, чтобы мой второй дар силы духа подрастал, в записках Бриз об этом вполне понятно сказано.
— Предлагаю пойти мне, к примеру, — предложил я.
— Нет, ты лекарь, а лекаря нужно беречь, — возразил Фатей.
Всё верно, старший егерь не видел меня в деле, и точно не знает некоторых моих бонусов, которые я решил озвучить.
— Во-первых, я имею способность ускоряться, а значит передвигаюсь быстрее всех здесь присутствующих. Во-вторых, у меня есть питомец, который может меня перемещать прыжками. Он на Кавказе уже проделывал такое, а тогда он был совсем котёнком, — сообщил я.
«Хан» горделиво поднял хвост и прогулялся вокруг меня, одобрительно фыркая и рыкая.
— Я тоже считаю, что Егор справится лучше всех, — поддержала меня Бриз.
Дроу знала, что мне необходим экстрим, ведь именно она составляла записки, переписывая их с древней книги о силе духа.
Я вышел из башни, в которой находился в данный момент, там же остались Фатей, Бриз и Лин, остальные егеря рассредоточились на уцелевших участках стены и во второй башне. В мою задачу входит заманить зубров в центр сектора обстрела. Я двинулся в сторону стада монстров, глянул на «Хана», зверёк гордо вышагивал рядом со мной, активно перебирая лапками, при этом его хвост продолжал торчать свечкой. Таким образом он показывал, свою независимость и готовность к нашим действиям. Над кромкой леса по-прежнему торчало треть солнечного диска, ещё час в моём распоряжении имеется наверняка. Я вновь посмотрел на своего питомца, решив подбодрить его, а скорее себя заговорил с ним.
— Ну что братец, рискнём своими шкурками? Но уж точно не дадим этим зверюгам растоптать нас, мы с тобой ловкачи, — произнёс я вслух, хотя давно понимал, что «Хан» может слышать мои мысли.
— «Доверься мне, хозяин, если что я легко перенесу нас на полкилометра, главное успевай подхватить меня на руки», — прозвучало в моей голове.
Ёжики кудрявые! «Хан» что, разговаривает со мной? Я даже остановился от неожиданности.
— «Хан», ты сейчас говорил со мной или через телепатию передал мне свои мысли? — решил я уточнить у питомца, но сделал это вслух.
— «Конечно же через мысли, ваш язык очень сложный для моего горла, а мысли я тебе могу передавать, хотя пока не у всех
