осторожно, будто проверяя, не испугаюсь ли я, не отстранюсь ли снова. Я не отстранилась.
Я наблюдала за собой. Внутри не было ни паники, ни отторжения — только неловкость и тихое, почти нежное удивление. Как легко он прикасается, будто у нас за плечами не череда конфликтов, а что-то настоящее и теплое. Как будто он — часть моей жизни, а не угроза моему спокойствию.
Он приблизился. Я даже не заметила, в какой момент его рука скользнула к моей щеке. Его губы коснулись моих в мягком, почти почтительном поцелуе — коротком, как приветствие, но удивительно интимном.
Я замерла.
Не ответила, но и не оттолкнула. Всё было слишком… рано. Слишком много эмоций, которые не отпустили еще со вчера.
Как только его губы оторвались от моих, я выдохнула и резко поднялась с кровати.
— Мне... надо в ванную, — прошептала я, не глядя на него, и почти убежала.
Пальцы дрожали, когда я закрыла за собой дверь.
Я посмотрела в зеркало. На щёках — румянец. На губах — вкус метки. В душе — хаос.
Я не злилась.
И это пугало больше всего.
Вода стекала по коже, смывая напряжение прошедшего дня. Я стояла под душем, позволив теплу окутать меня с головы до пят, будто защищающему кокону. Мелкие капли скользили по плечам, по спине, исчезая где-то у основания шеи. Волосы прилипли к вискам. Я закрыла глаза, запрокинув голову назад, и сделала глубокий вдох. Просто... дышать.
Вчера был слишком тяжёлый день. Слишком многое я узнала. И хоть я держалась на суде, сейчас чувствовала себя хрупкой. Как фарфор, по которому прошлась трещина.
Я провела руками по лицу, смахивая воду с ресниц. Опустила руки — и вдруг замерла.
Почувствовала, как кто-то рядом. Вода всё ещё отбивала свой ритм по плитке, но теперь в ней был другой ритм — как будто кто-то другой встал под поток. Я обернулась.
Сердце сбилось с ритма.
Передо мной — Заритар. Его волосы тёмные и мокрые, лицо напряжённое, взгляд сосредоточенный. Рядом с ним — Зейлор, спокойный, как всегда, но в его глазах отражалось что-то большее, чем просто присутствие.
Оба были здесь. Со мной. В душе.
Я инстинктивно прикрылась руками, отступая на шаг назад, в угол. Вода продолжала стекать по телу, но теперь она казалась почти обжигающей.
— Что вы... — я запнулась. — Почему вы... вдвоём?
Заритар сделал полшага, но не приблизился. Его голос прозвучал мягко, глубоко:
— Не бойся. Мы хотим, чтобы ты поняла, что тебе не стоит переживать о том, что нас двое.
— Ты очень красивая, Аделина, — сказал Зейлор. Его голос — словно шелк. Он смотрел на меня не как на чужую, а как на что-то очень родное.
Я стояла, не зная, что делать. В груди щемило от смущения и непонимания, но внутри одновременно вспыхивало тепло — странное, слишком сильное, чтобы игнорировать. Меня не пугали они — пугало то, что я чувствовала в ответ.
— Почему вы... вместе? — повторила я, тише. — Я не понимаю, как это должно работать.
Зейлор подошёл ближе. Осторожно, будто опасался задеть меня слишком резко. Его ладонь легла мне на плечо, тёплая, сильная. Он провёл пальцами по руке, пониже — и наклонился, коснувшись губами моего виска.
— Это не "должно работать", — прошептал он. — Мы просто будем вместе, малышка. Потому что ты нужна нам обоим. И мы... не хотим делать из этого войну. Я бы начистил наглую морду этому гаду, но ведь ты приняла его добровольно, да?
Заритар подошёл с другой стороны. Его ладонь накрыла мою, которой я всё ещё прикрывала грудь. Осторожно, сдержанно. Он не отнимал руку гладил мою.
— Если ты не хочешь, мы уйдём, — сказал он. — Но если позволишь — мы просто будем рядом. Примем вместе душ.
Я стояла между ними, окружённая паром, теплом воды и мужскими телами. Это было слишком — и в то же время удивительно... правильно?
Я чувствовала, как капли воды стекают между лопатками, как Зейлор слегка касается губами моей шеи. Как Заритар проводит пальцами по моему запястью, не требуя, не торопя. Их магия, наша магия — тьма и свет — смешивалась вокруг меня, и я ощущала это на кончиках пальцев, на внутренней стороне бедер, в каждой клетке моего тела.
— Вы оба... — прошептала я. — Это...
Слова не находились. Только дыхание. Только сердце, бьющееся в груди.
— Да, — сказал Зейлор. — Мы оба. Но ты — главная. Ты решаешь.
Я повернулась лицом к нему, и он сразу понял. Его губы мягко нашли мои. Поцелуй был не жарким — нет. Он был осторожным, как первый шаг. Как признание.
А потом — я чуть повернулась к Заритару. Он ждал. Не двигался. Просто смотрел на меня, будто спрашивал без слов.
И я наклонилась сама.
Я поцеловала Заритара.
Это было почти неловко — медленно, сдержанно, будто я боялась спугнуть момент. Но он не стал торопить. Его губы двигались осторожно, будто изучали меня, давали мне время привыкнуть. Один из его пальцев скользнул по моей щеке, уводя мокрые пряди волос назад. Его ладонь обжигала, и я инстинктивно прижалась к ней щекой.
Когда я отстранилась, вдох вышел неровный. Я опустила глаза, а потом почувствовала, как Зейлор осторожно касается моей ключицы — кончиками пальцев, еле касаясь. Его прикосновения были словно заклинания: мягкие, но оставляющие след.
Я подняла взгляд. Они оба были рядом. Близко. И смотрели на меня так, будто я была чем-то драгоценным. Единственной.
Моё тело больше не хотело прятаться. Не было страха — только предвкушение и лёгкая дрожь, рождённая не холодом, а ими.
Заритар чуть наклонился, снова коснувшись губами моих — на этот раз чуть смелее. Я почувствовала, как его рука скользнула по моей талии, обняла, притянула ближе, но не сильно. Лишь намёк. Сдержанная сила, которую он мог бы применить, но не применил.
А с другой стороны — Зейлор. Его губы теперь касались моей шеи, чуть ниже уха. Его дыхание — горячее, медленное — будто читал заклинание прямо на моей коже.
— Такая нежная, — прошептал он. — Ты даже не представляешь, как мы хотим тебя.
Я выдохнула — едва ли не с голосом. Руки поднялись сами. Одна легла на грудь Заритара, вторая — на плечо Зейлора. Оба были горячими, мокрыми, живыми. Присутствие каждого ощущалось отдельно и вместе. Их энергия, их внимание — всё было направлено на меня. И только на меня.
Они начали двигаться медленно, слаженно, будто чувствовали друг друга. Заритар целовал мои губы — теперь глубже, впиваясь
