Затем ледяная стужа сменилась клубами огня, минута до и минута впереди перестали иметь какое-либо значение — оставалось только сейчас, и не отдай он в это «сейчас» все, что накопил в сердце своем, никакого бы «потом» не было.
Монстры — самые разнообразные, огромные, с оскаленными клыками, с ядовитыми жалами, пышащие дымом — сменяли друг друга, ловушки следовали одна за одной.
В какой-то момент, отерев пот, смешанный с копотью и кровью, Роберт понял, что ничего нового он не увидел. Те низкорослые мохнатые твари встречались ему в Сухом лесу, когда он, предводительствуя армией, преследовал остатки птице-людей, сородичей погибшего в Иркэне Марваза. И всех других он видел в разных уголках мира в своих многочисленных путешествиях. И всех убивал, шкуры и черепа многих из них в качестве трофеев украшают каминный зал в его замке. Вот только предпоследнего красно-полосатого панцирного рогатого гиганта, которого Роберт убил по наитию в единственно наверное уязвимую точку, он не помнил, где видел…
Так, это не важно… Зачем все это? Ну видел и видел…
Он далеко не везде бывал, о многих тварях необычных лишь слышал или видел ритуальные фигурки, их изображающие… Но вот сейчас, в этом безумном параде чудовищ, ни одного незнакомца он и не встретил. Это может означать лишь одно…
Граф рассмеялся навстречу новым, стремительно несущимся на него огромными прыжками, клыкастым хищникам. Рассмеялся открыто и искренне.
Очередные монстры, не доскакав десятка шагов, растворились в воздухе.
И тут Роберт вспомнил, где он видел панцирного гиганта и сообразил почему вообще задумался об этом. Подобной твари в природе не существовало!
Давным-давно, когда он был еще мальчишкой, но уже считал себя познавшим жизнь мужчиной, его оставили одного в круглом зале — фрагмент мозаичного узора пола сразу встал перед глазами, а все остальное восстанавливалось в памяти весьма смутно. Вот тогда и двинулась ему навстречу эта красная с рыжими полосами поперек непрошибаемого на вид панциря туша с неимоверно большими ветвистыми рогами. Позже это чудище оказалось игрушечным — в движение его приводили четыре человека. Одного он тогда серьезно поранил… Механическая кукла… вроде искусственного первопредка орнеев. И встреча с несуществующей в природе черепахой произошла на испытаниях при приеме его в орден, имени не имеющий.
Графу показалось, что в дали, из темноты, на него взглянули усталые глаза Первого Блистательного Эксперта.
Орден не оставляет его, он поддерживает своего посланца и рассчитывает на него!
Словно сила всех адептов тайной организации влилась в его душу.
Роберт сорвал с себя ошметки, в которые превратилась его кожаная куртка, и, сжимая в руке меч, уверенным быстрым шагом двинулся вперед.
Испытания, конечно, не закончились. Но он преодолел все, иначе и быть не могло.
Сколько времени он продвигался вперед он не знал, но прекрасно представлял, что под открытым небом уже сотни раз бы пересек остров вдоль и поперек. Но он находился в магической подземелье, ведущем ко входу в иномир, здесь и расстояние и время само трансформировались, как им было угодно — или как того пожелает их неведомый повелитель.
По его меркам прошло дней двадцать. Почти без сна и еды — так, заморил червячка у неизвестно откуда взявшегося стола в роскошном зале, неуместном в этом подземелье. Кстати, граф чего-то подобного тоже ожидал. Посчитал, что и ничего не взять — попасться в хитроумную ловушку (кто поймет логику испытующего его?)
и подкрепил силы самым скромным из того, что было на столе.
Его радостно удивляло, что ничего из расставленных капканов для него не было совсем уж внове — деталями, конечно, разнились. Или все опасности неведомый противник готовил, заглянув в душу графа (что очень сомнительно, ибо он почувствовал бы), или граф на своем жизненном пути повидал столько, что ничего нового уже и не придумаешь. В таком случае действительно — орден, посылая его на различные, иной раз бессмысленные задания, готовил его именно к этой, священной, миссии.
И Пятый… то есть теперь уже Третий… Блистательный Эксперт не подведет надежды тайных братьев!
Роберт посчитал, что на сегодня прошел достаточно далеко и решил устроиться кимарнуть хоть несколько часов.
В подавляющей тишине он услышал женский голос зовущий его к себе. Слов было не разобрать.
Это наверняка была новая опасность.
Но и отдыхать при невыясненной угрозе нельзя. Граф вновь двинулся вперед…
Туннель вывел его на огороженную площадку под открытым небом — после мрака солнечный свет едва не ослепил его. Огороженная овальная площадка напоминала те, на каких проходили рыцарские поединки в родной Арситании, только не было зрителей, знамена и цветы не украшали барьер и не гремели трубы.
Впрочем, здесь граф ошибся. В тени навеса стоял… Блекгарт, положив левую руку на плечо какой-то девчушке в белом платьице. Это было настолько невозможно, что… Граф понимал, что это — призрак, не его сын во плоти и крови, но никак не мог взять в толк зачем и кому это могло понадобиться. Времени как следует поразмыслить об этом не было.
В центре арены стояла женщина, ее золотистые волосы, казалось, светились в солнечных лучах. Это была женщина, симпатичная, и даже красивая. Граф видел женщин гораздо более красивых.
«Не щедр на приманку создатель очередной ловушки, — усмехнулся Роберт, — мог что получше предложить!»
И тут же он понял, что перед ним не морок для его погибели, что он дошел!
На среднем пальце левой руки незнакомки был перстенек и орлиное зрение рыцаря ордена без имени мгновенно различило на нем крохотный глазик в многограннике.
Символ, который стоял пред мысленным взором все длительное путешествие к морю, символ, который он видел в магическом окне там, в подземелье чужинцев. Символ, означающий, что граф дошел. Или почти дошел.
Но обладательница перстня не должна даже догадываться о том, что он о чем-то догадывается. И Роберт совершенно спокойным голосом спросил:
— Кто ты?
— Я — Астазия, хозяйка Острова Снов, граф Роберт Астурский. Ты пришел убить меня?
— Нет.
— Ты пришел добиться моей любви?
— Нет.
Легко и приятно говорить правду.
— Ты пришел уничтожить мой остров?
— Нет. Я не кровожадное чудовище, как ты думаешь.
— Ты можешь быть посланником кровожадных чудовищ, — совершенно спокойно парировала она. — Зачем ты пришел? Тебе нужны сокровища, слава, любовь?
— Нет.
Она молча смотрела на него, словно не могла больше представить причин его появления здесь.
— Ты — самоубийца? — наконец спросила она.
— Нет. Я пришел просить тебя о помощи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
