понимать грамматические конструкции, четвертые – строить фразовую речь. Воспользовавшись лингвистической терминологией, ученый обозначил выделенные им формы афазии: вербальная, номинативная, семантическая, синтаксическая.
Лингвистический подход Х. Хэда к систематизации афазий, а также успехи нейронаук обусловили возможность дальнейшего развития афазиологии в этом направлении. Возникло понимание афазии как собственно языкового нарушения, не сводимого к речевым агнозиям и апраксиям, а проявляющегося только на уровне языка. Это обусловило разработку нейролингвистической классификации афазий.
К числу современных нейролингвистических классификаций афазий относится классификация, разработанная автором настоящего учебника. Ее основанием явились представления об афазии как о речевом нарушении:
а) исключительно языкового уровня речевой функции;
б) возникающем в результате распада высоко упроченных речевых навыков, имеющих сугубо интегративную (составную) природу и поэтому распадающихся на разные составляющие. Соответственно такому представлению ниже перечислены формы афазии, входящие в данную классификацию. В скобках указаны аналоги этих форм по А. Р. Лурия.
• Фонологическая афазия (сенсорная).
• Лексическая афазия (акустико-мнестическая).
• Морфологическая (семантическая).
• Синтаксическая (динамическая).
Фонематическая (фонологическая) афазия соотносима с сенсорной афазией.
Центральным дефектом при этой форме афазии является нарушение владения фонематическим (фонологическим) кодом языка. Это выливается в распад навыков понимания слов. Поскольку навыки понимания слов приобретаются благодаря интеграции звукового образа слова и обозначаемого им обобщенного образа предмета, они распадаются именно на эти составляющие. Слово становится оторванным от предмета. Височная кора (слово) и зрительная (предмет) снова, как в раннем детстве, функционируют раздельно (рис. 79).
Рис. 79. Распад навыка понимания слов
У ряда больных возникает известный феномен «отчуждения смысла слова». Больной слышит слово и часто даже может повторить его, но не понимает, к чему оно относится.
Пример. Обследующий: «Покажите ухо!» Реакция больного: «Ухо, ухо, ухо… что же это такое?» Слово, не отнесенное к предмету, становится «пустым звуком» (по выражению Э. С. Бейн), оно легко заменяется другим, а его звуковой состав искажается, и возникает картина «словесного салата» (термин П. Вернике). Все остальные стороны речевой функции – фразовая, письменная речь – страдают системно.
Лексическая номинативная афазия соотносима с амнестической афазией.
Эта форма афазии обусловлена распадом навыков называния предметов на слово и представления о месте слова в классификационной парадигме: бытовые предметы, инструменты, явления природы и пр. (рис. 80).
Рис. 80. Распад навыка называния предметов
Основное проявление данной формы афазии состоит в забывании слов. Височная кора (слово) и определенная часть височно-затылочной коры, обеспечивающая представления о предметной классификации, снова, как в раннем детстве, функционируют раздельно. Возникают поиски наименований предметов с включением различных смысловых ассоциаций, перебор свойств предмета по таким признакам, как форма, цвет, размер, функциональное назначение и др., то есть налицо амнестический дефект. Дефицит словаря системно сказывается на состоянии остальных видов речи.
Морфологическая афазия соотносима с семантической афазией. При этой форме афазии распадаются навыки словообразования и словоизменения (морфологические) на слово и количественно-пространственно-временные образы взаимоотношений предметов. Височная кора (слово) изона ТРО, обеспечивающая представления о предметной классификации, снова, как в раннем детстве, функционируют раздельно.
Страдает не только способность пользования словоформами различной степени сложности, но и понимание речи, в которой они присутствуют (рис. 81). Особенно трудны в этом отношении логико-грамматические конструкции. Письмо и чтение отражают состояние устной речи.
Рис. 81. Распад навыка словоизменения
Синтаксическая афазия соотносима с динамической афазией. При этой форме афазии упроченные клише фраз распадаются на словоформы и механизм предикации. Последний состоит в трудностях вычленения действия как порождающего ядра фразы. Нарушается функция программирования фразовой речи, которая состоит в том, что смысловые связи слов во фразе идут от предиката (чаще глагола), он во внутренней речи появляется первым и притягивает к себе другие слова (рис. 82).
Рис. 82. Распад навыка построения фразовой речи
Височная доля (звуковые образы слов) и лобная доля, обеспечивающая программирование фразовой речи, как и в детстве, функционируют раздельно.
Вместо фразы больные продуцируют отдельные слова в номинативной форме, что приводит к феномену, называемому аграмматизмом типа телеграфного стиля: «Утро… Завтрак… Врач… Лекарства… Логопед».
Остальные виды речи отражают состояние собственной. Письмо под диктовку – без первичных нарушений, письмо от себя нарушено по тем же причинам, что и устная речь.
Контрольные вопросы
1. Какова специфика нарушений речи при афазии?
2. Каковы истоки развития учения об афазии?
3. Какие отечественные ученые принимали участие в создании учения об афазии?
4. В чем состоят особенности первой неврологической классификации афазий?
5. Какие формы афазии входят в нейропсихологическую классификацию афазий А. Р. Лурия?
6. Какова специфика нейролингвистического понимания природы афазии по Т. Г. Визель?
7. Какие формы афазий выделены в рамках нейролингвистической классификации афазий Т. Г. Визель?
Раздел III. Диагностика и коррекция
Часть 1. Специфика нейропсихологической диагностики
Глава 1. Истоки нейропсихологической диагностики
Специфика нейропсихологической диагностики состоит в том, что каждая обследуемая функция должна рассматриваться не только со стороны ее нормативности/ненормативности, но и со стороны состояния мозговых механизмов, предназначенных обеспечивать эту функцию. Долгое время такой задачи в рамках диагностики в состоянии когнитивных и поведенческих функций человека не ставилось. В многообразии проявлений изучалось непосредственно состояние высших форм деятельности у различных людей. Благодаря этому накоплен солидный и ценный психологический материал. На этих достижениях классической психологии и построена нейропсихологическая диагностика. Таким образом, у ее истоков лежали и продолжают лежать научно-практические идеи и их специальные психометрические разработки, представленные в виде шкал и батарей тестов.
Одним из первых метод диагностики состояния мышления у детей публикует французский врач и педагог Эдуард Сеген (1846; рис. 83).
Рис. 83. Эдуард Сеген (1812–1880)
Его целью была не только диагностика, но и нравственное воспитание, лечение умственно отсталых детей. Этот метод, ставший классическим, впервые переведен на русский язык в 1902 году. Простое и на удивление эффективное диагностическое средство, предложенное Э. Сегеном, а именно – доски с прорезями различной конфигурации и размера, получили беспрецедентную популярность. Они применяются на протяжении уже длительного времени не только в работе с умственно отсталыми детьми, но и с другими контингентами. Доски Сегена позволяют быстро и с большой долей достоверности выявить состояние довербального мышления. Эта диагностическая идея в виде досок настолько продуктивна, что создается множество ее модификаций. Они используются не только в диагностических, но и в коррекционных целях.
Пионером исследований в области изучения процессов запоминания был Г. Эббингауз (рис. 84).
Рис. 84. Герман Эббингауз (1850–1909)
Он разработал
