к вам и обратилась.
– Так, Оля: то, что я могу сделать сейчас без особых проблем – это стать вашей личной тенью. Дайте мне пару часов, я сгоняю соберу вещи, и буду сопровождать вас, пока не найду профи, которому буду доверять как себе. Цену вопроса обсудим позже; поверьте, я вас не разорю.
– Отлично, вы вызываете доверие, и желание с вами работать. Возвращайтесь скорее, я буду в офисе еще три часа.
Она протянула мне свою узкую ладонь для рукопожатия. Я аккуратно сжал ее руку задержав в своей чуть дольше, чем нужно было для сухого прощания. Ольга не отдернула руку, и спокойно ждала, пока я ее отпущу.
Как же все удачно складывается, как же все здорово: я получаю прямой доступ к телу и информации! И не знаю, что меня радовало больше. Нужно быстро метнуться домой, собрать вещи и возвращаться. Генералу сообщу потом. В кармане зажужжал телефон. На экране отобразился номер Реброва.
– Ром, привет, я думаю, тебе должно быть интересно: час назад в Артемовске на Украине взорвали машину Бортко, начбеза Русских Металлов. Вроде пока живой, но сильно покалеченный. Пока отвезли в Донецк. Не знаю, насколько тебе полезна эта информация.
– Сергей спасибо большое. Конечно полезна. На связи.
Хренасе что происходит; похоже, Ольгу и правда надо охранять, это не паранойя.
Глава 33. 16 марта. Александр Иванов
Яркое солнце, и легкая рябь синей прозрачной воды под ногами, я иду по этой водичке, едва касаясь пальцами поверхности, как балерун по сцене театра. Впереди виден пологий песчаный берег, за белоснежной полосой песка зелень тропического леса, в котором можно разобрать все оттенки зеленого цвета. Голую спину обдувает легкий ветер, плечи греет ласковое солнышко. На берегу сидит красивая взрослая женщина в белоснежной смирительной рубашке с завязанными за спиной руками, и смотрит добрыми глазами на то, как я здорово умею ходить по воде. Это мама. Я знаю, это точно моя мама: мне просто нужно немного прибавить шагу, и я добегу до берега и обниму свою родную мамочку и освобожу ее от этой страшной одежды. И смогу наконец-то с ней нормально поговорить. Прибавляю шаг в сторону берега и понимаю, что ноги начинают вязнуть в воде, чувствую груз начинающий давить на меня сверху. С каждым шагом ноги погружаются в воду все глубже, и вот уже я по колено в воде, и идти становится все сложнее. Тянусь к маме, и проваливаюсь в воду по пояс, понимаю, что идти уже невозможно, ныряю в воду и начинаю плыть на берег. Но он не приближается, мама встает и смотрит на меня укоризненным взглядом, ее глаза совершенно адекватны и лицо не искажено обычной гримасой. Я гребу изо всех сил, но не могу добраться к той, которую мечтал обнять всю жизнь, но я не сдаюсь и гребу изо всех сил. Губы мамы искривляются в гримасе, глаза становятся прозрачными и безумными, она оборачивает к лесу, как будто ее кто-то окликнул, разворачивается и идет, спотыкаясь, нетвердым шагом в зеленые джунгли, уже не оборачиваясь в мою сторону.
Я начинаю кричать и звать ее:
– Мама, мааама, мааамочкааааа стооооой, – но она исчезает в лесу, и я больше ее не вижу.
Жужжание телефона вырвало меня из моего привычного кошмара. Вдох-задержка–выдох-вдох-задержка–выдох.
Татьяна предлагает сегодня у меня переночевать в знак наших новых отношений.
Наш с ней вчерашний вечер прошел совсем не так, как планировался. Я рассчитывал разбить ее настороженность, простым ходом. Я просто купил ей кольцо и предложил пожениться. Ожидал эмоций и бурных восторгов, но почему-то она высказала только удивление, и сдержанный оптимизм. Ответила, что, конечно, она готова связать со мной жизнь, но для начала нужно просто пожить вместе и посмотреть, как это: наш совместный быт. Хотя бы ночевать вместе несколько дней в неделю. И не согласилась, но и не отказалась, колечко на пальчик одела. Внутренне я очень разозлился: что этой сучке еще надо? Она же сама хотела быть вместе, а куда уже сильнее, чем замуж? В ее-то возрасте и при ее-то бэкграунде. Такая же шлюха, как и все бабы. Только подороже и холенее. Но внешне я, конечно, остался в рамках наших отношений, пошутил что, сбегу к секретарше – будет знать, как отказывать перспективному жениху. Неловкость была сглажена, и мы нормально поужинали с приятным вечерним продолжением в ее квартире. К себе я ехать не хотел, чтобы потом не пытаться избавиться от ее присутствия. Ночевать с женщиной я мог, только прилагая над собой большое усилие воли. Как же раздражает эта пустая женская болтовня; Татьяна была при этом была практически единственной, которая была тенью рядом и почти не напрягала своим присутствием.
В телефоне замигала иконка «Даркстора». Пришло сообщение: «вещи из квартиры забрали два мужчины, открыли замок ключами, фото в прицепе, отвезли чемоданы на Новую Ригу, точный адрес ниже». Ну наконец-то, хоть какой-то след; нужно собираться и ехать. Я достану эту тварь, нужно выдернуть ее в безопасное место, и там уже я разберусь и с заводом, и с ней лично. Внутри опять начало подниматься желание сомкнуть руки на шее этой бляди и чувствовать, как из нее уходит жизнь. Но сначала дела, сначала договор о продаже, поэтому нужно улыбаться и заставить себе верить. Посмотрел на фотографии тех, кто был в ее квартире. Два обычных коротко стриженных мужика славянской наружности. Могут быть как бандитами, так и ментами. Так как она не сама забирала вещи, значит либо ее кто-то удерживает, либо она обратилась за защитой. Просто ее оттуда вытащить в любом случае не получится. Нужно подумать, как там устроить что-нибудь неожиданное, и в неразберихе ее оттуда выдернуть. Пожалуй, надо заехать в хозяйственный магазин, есть одна идейка.
До Новой Риги ехать почти полтора часа, пока доберусь уже стемнеет, это хорошо – чем темнее, тем меня меньше видно, будет проще исполнить задуманное. По дроге я заехал в Домострой и закупил все необходимое, на тележку полную бутылок ацетона, масляной олифы и тряпок с явным интересом смотрел охранник. Я натянул кепку поглубже и быстро выскочил из магазина. Перегрузил купленное в багажник и поехал дальше. Хорошо, что машина зарегистрирована на одного сильно пьющего пенсионера из подмосковного Фрязина, который никогда меня не видел; отследить по номерам меня не выйдет. Эта неприметная Нива использовалась мной только для охоты. Для охоты на падшие души. Опять волна желания захватила голову. Вдох-задержка–выдох-вдох-задержка–выдох. Дыхательные упражнения пока позволяли загнать внутрь моего
