и выпрямилась. – Нет, не я нанесла ему эти травмы. Но я знаю, откуда они взялись. Это было еще в начале ноября, тогда был сильный гололед. Он ехал на велосипеде домой с работы, и на обочину прямо перед ним вылетела машина. Он затормозил, но велосипед заскользил, и Дэнни упал через руль прямо на капот машины. Он сломал ребро и получил этот ужасный синяк справа, который не проходил несколько недель. Кто вам сказал, что это домашнее насилие?
Теперь она казалась более спокойной, и ее щеки уже не так пылали.
Хелена протянула руку и взяла фотографии, затем спросила:
– Вы не заявляли в полицию об этом происшествии?
– Ну… – Джемма задумалась. – Нет, мы не обращались. Все произошло так быстро. Пока он поднимался, машина уехала, и он не смог разглядеть ни ее номер, ни даже марку и модель. Время было позднее, на улице было темно. Людей вокруг не было. Он сначала хотел сообщить в полицию, но потом передумал. Сказал, что не видит в этом смысла.
– Понятно, – Хелена приподняла бровь.
– Послушайте, что происходит? Кто вам сказал?.. Постойте!
Джемма медленно покачала головой, ошеломленная осенившей ее мыслью. Она повернулась к Девону:
– А откуда вы узнали, что я ездила в Лондон встречаться с Куинном? И вы говорите, что не следили за мной? Получается, что вы только из его уст могли узнать об этом. Вот дьявол! Это ведь он, не так ли? Он сказал вам, что я подвергаю Дэнни домашнему насилию? Но ему-то зачем все это?!
Внезапно она вскочила с места, ее лицо снова раскраснелось. Девон тоже попытался встать, но Хелена удержала его за руку.
– Подожди, – прошептала она.
Джемма начала ходить взад и вперед по маленькой комнате, бормоча себе что-то под нос.
– Что случилось, Джемма? Вы о чем-то хотите нам рассказать? – спросила Хелена. Ее тон был низким и ровным, но Девон точно знал, о чем она думала: «Давай, Джемма, пришло время, расскажи нам, признайся».
Джемма перестала расхаживать по комнате. Она посмотрела на Хелену, затем на Девона и вдруг рассмеялась.
– Я умываю руки! – сказала она. – Мне нечем поделиться с вами. Вы все равно не верите ни одному моему слову. Какой смысл о чем-то вам рассказывать? У вас есть еще что-нибудь ко мне? Еще парочка нелепых обвинений в мой адрес без малейшего доказательства? Если нет и если я не арестована, то, с вашего позволения, я отправлюсь домой.
К огорчению Девона, Ева посмотрела на него очень неодобрительно, когда он сопроводил расстроенную Джемму назад в приемную. После этого он и Хелена отправились в закусочную выпить по чашке чая и перевести дух. Когда Девон рассказал Хелене о сообщении, которое накануне получила Джемма, та поджала губы:
– Видимо, кто-то еще думает так же, как и я. Что она сделала это и пора ей признаться. А может быть, она сама его себе отправила. Она делает все, чтобы отвлечь наше внимание. И с этим парнем, запечатленным камерами видеонаблюдения, о котором она рассказывала, пытаясь убедить Фрэнки, что это ее муж. Это не сработало, так теперь она корчит из себя жертву, будто кто-то за ней охотится. Она была права, когда сказала, что мы не верим ни единому ее слову. Конечно, я ни за что не поверю в эту аварию на велосипеде, о которой никто никуда не сообщил. Очень удобная версия.
Девон проглотил кусок шоколадного брауни и возразил:
– Но о домашнем насилии тоже не сообщалось. И мы не можем это доказать. У нас нет доказательств ни на одну из версий, босс.
Хелена вытянула руки над головой, выгнув спину, и застонала:
– Чертова спина снова мучает меня! И совершенно нет времени дойти до врача.
Затем она протянула руку и отломила большой кусок от брауни Девона.
– Ничего себе! – воскликнул он с притворным негодованием. – Ты же сказала, что не хочешь есть! И что ты не ешь шоколад! Давай-ка купи себе свой брауни, Мюриэль!
Она нахмурилась:
– Я надеялась, что ты забыл о моем восхитительном втором имени.
Он показал ей язык, и она усмехнулась:
– Что касается того, что я не ем шоколад, то сегодня ем. Так что давай делись! А что касается невозможности ничего доказать… – ее лицо стало серьезным, – ну, может, нам и не придется.
Глава 29
БИ-И-ИП.
Я подпрыгнула от резкого звука, пробудившего меня от беспокойного сна. Светящиеся цифры на будильнике у моей кровати показывали 4:25 утра, и я захныкала. Мне удалось уснуть только после двух часов ночи. Я нащупала за часами свой телефон. Кому понадобилось писать мне сообщения в такое время? Мой будильник – белый, круглый, старомодный, с большими желтыми цифрами на дисплее – всегда был поводом для подтрунивания Дэнни надо мной.
– Кто сейчас пользуется будильниками? Пользуйся телефоном, как все нормальные люди, – говорил он, но я всегда игнорировала его насмешки.
Мне нравились мои часы, мне нравилось сразу видеть, сколько сейчас времени, как только я открываю глаза, а не искать свой телефон, как сейчас. Наконец я взяла телефон и прищурилась, глядя на экран. Все замерло во мне, адреналин ударил в голову, заставляя резко вскочить в постели.
– Нет! Только не это, пожалуйста!
Я смотрела на экран. Это было еще одно текстовое сообщение со скрытого номера:
«Расскажи им, что ты наделала. Или ты станешь следующей».
Внезапно приоткрылась дверь, и у меня перехватило дыхание.
– Джемма? Что случилось? Я выходила в туалет и услышала, как ты кричишь, – сказала Ева, входя ко мне в комнату.
Я выдохнула:
– Извини. Просто мне пришло еще одно сообщение.
Ева пересекла комнату и села на кровать рядом со мной, взяла в руки мой телефон.
– Черт, Джем! Это уже переходит всякие границы. Тебе нужно снова пойти в полицию и заставить их отнестись к этому серьезно. Они даже не позаботились о том, чтобы поставить кого-нибудь дежурить возле твоего дома! Если с тобой что-нибудь случится…
Я вздрогнула, и она схватила меня за руку.
– О, прости! Вместо того чтобы помочь тебе, я еще и страху нагоняю. Я просто переживаю, Джем. Пойдем сварим какао, успокоимся немного. Все равно не уснем сейчас. Где твой халат?
– Висит на двери, – мои зубы стучали, хотя в комнате было тепло.
Внезапно у меня возникло желание спрятаться – залезть под кровать или в шкаф, чтобы переждать там, пока все это не закончится. Этот кошмар казался бесконечным, черная полоса в жизни, пожирающая все мои самые светлые и счастливые моменты.
«Я
