Я отрицательно качнул головой и попытался осторожно приподняться и перевести свое тело в сидячее положение — сделать это удалось только с третьей попытки. Все это время тезка-близнец-коллега-и-кто-там-он-мне-еще молча наблюдал за моими потугами, не делая попыток помочь, но и не препятствуя. По крайней мере, усевшись на диван и слегка переведя дух, я не увидел в его руках направленного на меня пистолета. Смелый «братишка» — ну а вдруг я сейчас дурака бы валял и к броску готовился?
Он мои сомнения, похоже, понял правильно:
— Продолжаешь удивляться, почему с тебя сняли наручники, и я, зная, кто ты такой, не боюсь, что ты сейчас кинешься, свернешь мне шею и захватишь оружие? Ну, во-первых, ты сейчас, согласись, не в лучшей форме; во-вторых, нас с тобой учили одному и тому же, так что справиться со мной, боюсь, будет не просто, а в-третьих… В-третьих, из всей вашей группы меня больше всего интересовал именно ты, и сейчас я собираюсь ответить на кучу твоих вопросов — ведь не станешь же ты утверждать, что тебе совсем уж не интересно, что здесь, в этом мире, произошло? Я просто хочу поговорить и попытаться вместе кое в чем разобраться. Заметь — именно «вместе»! — Увидев, что я собираюсь что-то возразить, он сделал рукой предупреждающий знак и закончил: — Прекрасно понимаю твои сомнения и твое ко мне отношение, но, поверь, все это действительно так. Нет, я вовсе не собираюсь убеждать тебя в собственном альтруизме — в нашем разговоре у меня свои интересы, у тебя, думаю, свои… и моих интересов, пожалуй, больше! Но мне на самом деле жаль, что все получилось именно так — можешь не верить, но я не хотел такого конца. Просто надо мной тоже есть кое-кто со своим мнением и своим видением происходящего, и отстоять мою точку зрения было непросто… да в общем-то и не удалось. Я хочу сказать, что там, на дороге, вас должны были уничтожить, и только благодаря моим людям, выполнявшим несколько отличный от полученного «сверху» приказ, вы остались живы.
Услышав последнюю фразу, я поморщился — насчет «вы остались живы», это он зря. Майор, внимательно следивший за выражением моего лица, смущенно отвел взгляд, а я спросил:
— Кто?
Вместо ответа он встал и, молча вытащив из кармана бордовую книжечку удостоверения, протянул мне. Значит, все-таки капитан… Раскрыв знакомые «корочки», которыми Серега так и не смог воспользоваться на шоссе по дороге в Винницу, я не без удивления прочитал: «Вернакин Станислав Сергеевич, старший лейтенант». Вот, значит, как! Так ты, братишка, старлеем был, оказывается… Ну, земля тебе пухом, Вовчик, недолго мы знакомы были, но при нашей профессии, сам знаешь, — день за год идет. Так что прости уж, если чем обидеть успел…
Положив документ возле себя на диван, я посмотрел на собеседника: — Сергей жив?
— Капитан-то? — проявляя завидную информированность, переспросил майор. — Живой. Два осколочных ранения, небольшие ожоги и контузия, но живой. Пока без сознания. Ему прямо сейчас помощь оказывают.
— Виталия Иваныча, ну, водилу, в смысле, отпустите?
— Шутишь? — Майор совершенно искренне удивился. — Куда его теперь отпускать… У этого места — обвел он взглядом комнату — особая степень секретности. Тут даже постоянный персонал на пять групп по допуску поделен, а ты говоришь «отпустить». Это называется «объект категории „ноль“, слышал про такую?
Про категорию «ноль» я, признаться, не слышал. Все мои познания заканчивались категорией «два нуля», то бишь туалетом, но шутить на эту тему я пока не стал — момент, знаете ли, не соответствовал. Вместо этого спросил:
— Так нас что, не госбезопасность ловила?
— Не-а, — почти весело ответил я-номер-два, — Это не их дело. «Конторе» и своих забот хватает, а все, что касается объекта «Спираль», относится к нашей зоне ответственности. У нас своя служба безопасности, свой аналитический отдел и даже свой спецназ. Мы, так сказать, полностью автономны.
— Да кто вы такие-то? Прямо государство в государстве, блин!..
— А так и есть, — спокойно ответил майор. — По большому счету только от нас и зависит, будет ли жить это государство… — Он хотел добавить еще что-то, однако нас прервали.
Щелкнул замок, и в приоткрывшуюся дверь осторожно заглянул молоденький офицер в такой же светлой, как и у капитана, форме.
— Разрешите, товарищ майор?
— Ага, давай, — не по уставу ответил мой собеседник, поднимаясь из кресла и принимая у него поднос, заставленный одноразовыми пищевыми судочками. Офицер занес вслед за ним термос, две бутылки минеральной воды и, поставив все это добро на журнальный столик, застыл около двери:
— Разрешите идти?
Майор кивнул, и подчиненный мгновенно испарился, успев все же бросить на меня заинтересованный взгляд. Негромко щелкнул замок, и странная дверь без ручки закрылась. Мы снова остались одни.
— Прошу. — Майор с легкостью пододвинул ко мне тяжелый с виду стол и указал на разложенную на подносе еду. — Поешь, тебе силы восстанавливать надо, чтоб мне шею ломать и ноги отсюда делать! — Он улыбнулся и неожиданно добавил: — Это я, конечно, шучу. Ну а если серьезно, то дверь открывается только снаружи — это раз, за дверью охрана — это два и… — Он вытащил из кармана и положил на стол тонкие, не чета обычным, наручники, браслеты которых были соединены между собой длинной, сантиметров в двадцать пять, цепочкой, — я, как видишь, не стал их на тебя надевать — это три.
— Может, зря? — осведомился я, вскрывая первый из судков, как оказалось, с овощным супом. Ложка и вилка тоже присутствовали — одноразовые и совершенно ни для чего не пригодные — разве что-для еды. Жаль…
— Думаю, нет, — совершенно серьезно, я бы даже сказал, оченьсерьезно, ответил майор. — Мне насамомделе хочется, чтобы мы нормально пообщались. Кстати, будешь паинькой — покажу тебе его…_
— Кого? — машинально спросил я, отправляя в рот первую ложку супа.
Произнесенный буднично-спокойным тоном ответ обескуражил — настолько, что вторая ложка едва не оказалась на полу.
— «Спираль». Ну, собственно, сам объект. Ту штуковину, из-за которой вся эта каша заварилась.
Суп я все-таки не пролил…
ГЛАВА 21
Долбанув меня этим своим последним доводом, майор несколько секунд молча смотрел на мою порядком растерянную физиономию (а вы бы не растерялись?! Мне только что предложили добровольную экскурсию именно туда, куда я уж и не знал, как пробраться), затем с чрезвычайно довольным видом откинулся в кресле:
— Ну, так как? Будет разговор?
— Угу, — не слишком вежливо ответил я, уже справившись с первой оторопью и продолжая уничтожать принесенный продзапас- Пожалуй, ты меня убедил. Кто начнет?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
