которой лежал Слава. Алексей Владиславович и Паша медленно прошли следом за ним, внимательно смотря на Славу. Две ноги парня были в гипсе, левая рука тоже вся была в гипсе, а правая рука была в гипсе до кисти, голова молодого человека была перевязана. Слава всё ещё был немного бледным, но зато теперь на его лице не было страданий. Паша подошёл к Славе со стороны отца и нерешительно дотронулся до руки младшего брата, взяв его ладонь в свою ладонь. Бизнесмен подошёл к Славе с другой стороны, пристально вглядываясь в лицо сына. Слава сначала посмотрел на приёмного отца, а потом перевёл взгляд на старшего брата и родного отца.
— Как ты? — неуверенно спросил Паша.
— Уже гораздо лучше, — успокоил старшего брата Слава. — Благодаря всем вам! — молодой человек вновь окинул взглядом всех находящихся в палате и остановил свой взгляд на Паше. — Я должен вас поблагодарить! Если бы не вы, то я бы, скорее всего, уже был бы мёртв. Вы все сегодня мне спасли жизнь. Спасибо!
— Мы не могли поступить иначе, — пожал плечами Паша. — Для чего же ещё нужна семья?
— Ну, а я вообще выполнял свою работу, так что меня можешь и не благодарить, хоть мне и приятно, — выдал Александр Дмитриевич.
— Вечно ты всё испортишь! — засмеялся Паша.
— Всё равно спасибо! — слабо улыбнулся родному отцу Слава. — Без тебя я бы не выжил.
— Не за что! — тоже улыбнулся мужчина.
Алексей Владиславович молча наблюдал за ними, переводя взгляд то на сына, то на его родного отца, то на Пашу. Они были так похожи. В особенности сейчас, когда находились рядом друг с другом. Их сходства были прекрасно видны, и глупо было бы не верить, что они не родственники.
— Как я раньше этого не замечал! — подал голос бизнесмен, и все тут же на него посмотрели. — Вы так похожи! Вы троя! У вас те же черты лица, та же улыбка…. Как я раньше мог этого не видеть?
— Ты просто не видел нас вместе! — на лице Паши появилась улыбка.
— Теперь вижу, — Алексей Владиславович не выдержал и тоже улыбнулся.
— Ладно. Славе надо отдыхать, — сообщил врач. — Поговорили немного и хватит. Потом ещё поговорите с ним. Пойдём, Паша, — отец кивнул сыну на дверь.
— Давай отдыхай, Слав, — слегка сжал ладонь младшего брата Паша. — Завтра увидимся!
— Ага! Пока, — проговорил Слава и проводил взглядом ушедшего брата. Парень перевёл взгляд на приёмного отца, который всё ещё стоял рядом с ним.
Александр Дмитриевич остановился возле дверей и посмотрел на бизнесмена, ожидая, когда выйдет он.
— Можно я немного побуду с ним? — попросил мужчина.
— Только немного, — разрешил врач. — Он всё равно сегодня целый день будет спать и ему надо отдыхать. Разговорами ты только будешь беспокоить его.
— Хорошо. Спасибо!
Александр Дмитриевич покинул палату, оставив Славу с приёмным отцом наедине. Бизнесмен пододвинул стул поближе к кровати сына и уселся на него, внимательно смотря в лицо парню. Слава посмотрел на приёмного отца и медленно закрыл глаза, засыпая. Алексей Владиславович ласково провёл рукой по щеке сына. Со Славой всё было хорошо и это очень радовало бизнесмена. Больше ничего не угрожало жизни парня. Он был в порядке и был спасён. Конечно, его ожидала тяжёлая реабилитация после таких травм, но зато он был жив, и всё остальное было не так важно сейчас.
Глава 5 «Взгляд в прошлое»
Солнце ярко светило, освещая комнату своими лучами. Лучи медленно ползли по помещению и вот наконец-то дошли до кровати, на которой мирно спал парень. Слава медленно открыл глаза и сладко потянулся в кровати. Истинным блаженством было проснуться в мягкой, удобной и тёплой кровати у себя дома и в то время, когда ты хочешь. Молодой человек не торопясь начал подниматься с кровати. Парень выспался, и у него было просто замечательное настроение. За окном стояла прекрасная весна, было тепло, уже было много зелёных листьев и травы, цвели цветы, порхали птицы в небе…. Что может быть лучше?
Слава подошёл к окну и распахнул его, впуская в комнату порыв тёплого весеннего ветерочка. Молодой человек глубоко вздохнул, пытаясь набрать в лёгкие как можно больше тёплого воздуха. В воздухе витал приятный аромат цветущих цветов. Слава постоял пару минут возле окна, любуясь зелёными деревьями и летающими в небе птицами и с наслаждением вдыхая ароматы весны. Вдоволь надышавшись свежим воздухом и налюбовавшись видом из окна, молодой человек покинул комнату. Парню надо было принять душ и избавиться от остатков сна.
Ванная комната к счастью была свободна. Закрыв дверь на защёлку, Слава начал не спеша раздеваться. Полностью сняв с себя одежду, он подошёл к зеркалу. Взглянув на себя в зеркало, молодой человек улыбнулся, оставшись довольным своим отражением, и встал под душ. Слава включил горячую воду и по его телу побежали капли горячей воды. Парень наслаждался каждой каплей, стоя под душем и слегка прикрыв глаза.
Уже прошёл год с того момента, когда Слава чуть не умер в том заброшенном заводе и когда его спасли два его отца и Паша. За это время многое изменилось. Да, у Славы была тяжёлая реабилитация после всех тех полученных травм, но самое главное, что он остался жив. Его продержали в больнице около трёх месяцев. Это было самым мучительным для молодого человека, но зато с ним всегда рядом была его семья. Его часто навещали, а также с ним кто-то регулярно был. Это был то приёмный отец, то Паша, то мама. Родной отец работал в самой больнице и был его врачом, так что он тоже мог часто к нему заходить. Все поддерживали парня и во всём помогали ему, так что этого молодой человек был не лишён. Каждую его прихоть и просьбу всегда выполняли и, если ему что-то было нужно, это делали. Из-за этого парню страдать не приходилось.
В больнице у Славы была хорошая и удобная платная палата, в которой были все удобства. Там был и хороший телевизор, который висел прямо перед его кроватью, и холодильник, и микроволновка, и удобные зарядки для телефонов, но самым удобным для Славы была его кровать. Ведь парень временно был вообще лишён подвижности, а многофункциональная медицинская электрическая кровать с регулировкой высоты ему очень хорошо помогала и облегчала его страдания. Так было и удобнее кормить молодого человека, и ему самому было удобнее так сидеть днём и чем-нибудь заниматься.
Правда ничем таким он не мог заниматься, пока у него не зажила шея,
