Лиловый кровоподтек на пол-лица. Серый прямоугольник скотча. Безысходность в желтых глазах… Илья стиснул зубы, чтобы не зарычать.
Если бы ночью он ей поверил, если бы не дал уйти и заставил рассказать всю правду, возможно, сейчас она не смотрела бы на него таким диким, осуждающим взглядом. Возможно, сейчас ее бы здесь вообще не было и все происходило совсем по другому сценарию.
Илья напрягся, проверяя, насколько крепко связаны руки.
– Напрасный труд, – долговязый понимающе усмехнулся, – я халтуры не допускаю. Ну что, милая? – склонился он над Симой. – Давай-ка, поздоровайся с собратом по несчастью.
Сима даже не поморщилась, когда Роман сорвал скотч. Она не сводила взгляда с Ильи.
Что же он натворил, такой сильный, такой умный? Почему позволил заманить себя в западню?
Он должен был сидеть в офисе и спасать свою драгоценную фирму. Что он делает здесь, связанный и беспомощный, как младенец?
– Зачем вы привезли сюда это ничтожество? – Сима презрительно сощурилась.
Северин дернулся как от пощечины.
Возможно, если ей удастся убедить этих двоих в том, что они с Ильей заклятые враги, они его отпустят. Какой смысл мучить ее врага? Наоборот, они должны быть с ним заодно.
Роман довольно хмыкнул и внимательно посмотрел ей в глаза.
– А ты, оказывается, мстительная женщина! – сказал он одобрительно. – Я вот только одного понять не могу: за что ты его так горячо ненавидишь, что готова стереть с лица земли?
Сима проигнорировала вопрос. Выходит, им известно о необъявленной войне между ней и Ильей. Тогда зачем он им?
С улицы донесся рев двигателя. Через пару минут в дом вошел Вадик.
– Все, машину господина Северина я отогнал, чтобы глаза не мозолила. – Он швырнул на каминную полку связку ключей.
– Познакомьтесь, – светским тоном сказал Роман, – это Вадим, сводный брат нашей непримиримой мстительницы. Да-да, не нужно удивляться, даже у такой прекрасной женщины брат может оказаться мерзавцем…
Вадик скептически усмехнулся.
– Ну, что же, – Роман хлопнул в ладоши, – пришло время раскрыть нашим гостям мой гениальный план.
Он подошел к камину, смахнул пыль с гранитной доски и облокотился на нее. Сейчас он был похож на молодого поэта, готовящегося декламировать свои вирши.
– Пожалуй, я начну с самого начала. Чтобы всем было понятно, – он наморщил высокий лоб. – Наверняка, ты, Симона, не знаешь, что мы с твоим братцем вместе учились в институте и даже состояли в дружеских отношениях. Только вот ему все приносили на блюдечке с голубой каемочкой, а мне в свободное от учебы время приходилось работать в нотариальной конторе. Прошу заметить, это притом что мой дорогой папаша являлся хозяином этой самой конторы и вполне мог обеспечить своему сыночку нормальное существование. Если бы захотел. Но папочка был человеком старой закалки. Он считал, что для того чтобы стать хорошим юристом, нужно вкалывать до седьмого пота… – Роман закашлялся и болезненно поморщился: – Простите, господа, неприятные воспоминания. Кстати, Симона, ты ведь с моим папочкой знакома. Это именно он сообщил тебе о наследстве. Припоминаешь?
Сима кивнула.
– А условия завещания ты помнишь? Я освежу твою память. Диего Маркос, твой отец, оставил все свое движимое и недвижимое имущество дочери, Симоне Вишневской, то бишь тебе. Это ты знаешь. Но в случае если по каким-либо причинам на момент оглашения завещания Симоны Вишневской не оказалось бы в живых, все состояние перешло бы к ее матери.
Разыскать тебя папанька поручил мне. Но самое интересное – я-то тебя уже знал! Симона Вишневская – такое имечко нелегко забыть. Я знал, что у Вадика есть сводная сестра с, мягко говоря, нестандартной внешностью, дурацким именем и кубинскими корнями. Я даже пару раз бывал в твоей квартирке. И я сразу смекнул, что завещание – это подарок судьбы. При грамотном подходе все состояние гражданина США Диего Маркоса достанется мамочке Вадика, которая души не чает в своем чаде. Обработать мамочку будет несложно. Было только одно «но» – это ты, – он неприязненно посмотрел на Симу. – Ты была жива. И тогда я разработал план. Вадик сначала ломался, а потом все равно согласился. Ведь речь шла об очень больших деньгах. В общем, мы решили тебя устранить…
В комнате повисла тишина. Илья бросил быстрый взгляд на вжавшуюся в кресло Симу.
– В чем дело? Тебе нехорошо? – заботливо спросил долговязый. – Может, водички?
Она отрицательно покачала головой.
– Ну тогда, с вашего позволения, я продолжу. Времени у нас было катастрофически мало. Но тут чудесным образом, – он хитро улыбнулся, – пропала копия завещания, прямо из сейфа. Папочка устроил грандиозный разнос, даже уволил секретаршу. Короче, пока искали завещание, пока посылали запрос в Штаты, пока ждали ответ, мы получили дополнительное время для решения нашей проблемы.
– Я только одного не могу понять, – перебил его Илья, – тебе-то от всего этого какая выгода?
– Представь себе, очень даже значительная! – с готовностью ответил долговязый. – Видишь ли, мой друг Вадим очень хотел получить денежки, но при этом не желал марать руки. За сорок процентов я взялся решить его проблему. Правда, Вадик?
Сима посмотрела на брата, нервно мерившего шагами комнату. В голове не укладывалось, что ради денег Вадик оказался способен на убийство. И не важно, что он не принимал в этом непосредственного участия. Фактически он был заказчиком, и неизвестно, что страшнее.
– Ну что ты уставилась на меня?! – Вадик резко остановился. – Да, вот такое я дерьмо! Ради денег не то что сестру, маму родную готов продать! – В его голосе слышались истеричные нотки.
Сима отвернулась – она больше не хотела видеть злое, бледное лицо брата.
– Сядь и успокойся! – рявкнул Роман.
Вадик замер, бегающим взглядом окинул присутствующих, хотел было что-то сказать, но передумал, безнадежно махнул рукой и плюхнулся на диван.
Илья исподтишка наблюдал, как парень достал из кармана «косухи» плоскую фляжку, дрожащей рукой свинтил крышку. Он успел сделать несколько жадных глотков до того, как долговязый выхватил фляжку.
– Хватит пить, урод! Дело еще не сделано!
Долговязый вернулся к камину, зацепился каблуком за отогнутый край жести и грубо выругался. Фляжка со звоном упала на гранитную полку.
Илья задумчиво рассматривал каминную решетку.
– Так на чем это я остановился? – спросил долговязый будничным тоном.
– На том, что за сорок процентов ты согласился меня убить, – тихий голос вывел Илью из задумчивости. Он оторвался от изучения решетки и посмотрел на Симу. Она выглядела спокойной, даже равнодушной.
– Похвальная выдержка, – одобрительно улыбнулся Роман. – Твой непутевый братец мог бы брать с тебя пример. Жаль, что не ты моя сообщница. Вместе мы бы далеко пошли.
