ларец. Коварством раковой клетки она живет в каждом, не подвластная иммунитету здравого смысла до момента своего разрастания. Она заложена в генетический код, она неистребима. Она раз за разом даёт метастазы и тогда, когда кажется, что ты уже распрощался с нею навек — убивает. Наивность совокупляется с надеждой, той самой тварью, что нынче схватила его за глотку, не давая и выдохнуть спокойно.
Он долго стоял на краю разлома, прислушиваясь к родной стихии, ставшей здесь внизу изменчивой и непредсказуемой. Но выбора не осталось, и терять драгоценное время было подобно смерти. Лидия, где бы она ни оказалась, там совсем одна. И он точно знал, что она не воспользуется его указанием, и не позовёт Эста. Забудет, испугается, да что угодно может взбрести ей голову!
Удивительно, но он чувствовал её. На задворках сознания, тлели маячки заклятий, когда-то предусмотрительно настроенных на ауру девушки.
Один миг, и привычное ощущение невесомости, сменилось твёрдой поверхностью под ногами.
Получилось! Сработало!
Кристофер стоял по другую сторону разлома, и ясно видел путь назад, в пещеру. Мысленно ставя галочку, что сможет перенестись и туда, когда понадобится, а пока…
Феникс осмотрелся. Он уже ориентировался с какой стороны поднималось местное солнце, и с какой заходило. Осмотрелся, и по всему выходило, что тонкая путеводная нить созданных им же заклятий, уводила назад, туда откуда они начали путь, и западнее. Яркий след, чёткий. Только далеко, очень далеко. Пешком не дойти, а значит оставалось одно — перемещение вслепую.
Не то что бы совсем невозможно, но опасно. Есть риск провалиться вот в такой разлом, или в волчью яму с кольями. Отчего-то Аш был уверен, что местные аборигены не гнушались подобными ловушками для иномирных туристов. Им с Лидией невероятно повезло, что за минувшие дни они никого не встретили, и никаких препятствий не попалось на пути. Возможно, так оставалось бы и дальше, если бы Крис не совершил ошибку, решив поскорее разделаться с поручением Велиала.
Будь Князь трижды проклят! Впрочем, Аш и сам хорош. А Вел предупреждал его держать силу в узде. Только какой смысл теперь сокрушаться?
Отбросив пустые размышления, и привычно призвав стихию, Кристофер сделал шаг в неизвестность, концентрируясь на маячках. Пламя щекоткой прошлось по нервным окончаниям и врезалось раскалённым лезвием в солнечное сплетение. Он рухнул в пыль, траву и какой-то мусор, не успев сгруппироваться, но рюкзак за спиной смягчил падение. Повезло, что он лишь отчасти человек. Будь по иному, огненная стихия выжгла бы до основания, оставив от него только тлеющие кости. Слишком большой расход силы.
Подождав, пока темнота перестанет накатывать волнами на сознание, и шум в ушах поубавится, Крис сначала сел, а после медленно поднялся на ноги. Покачнувшись, он устоял на месте, и сумел осмотреться.
Его выбросило на окраину какого-то поселения. Заброшенная деревушка дворов на двадцать, выглядела как после бомбежки. Странная зеленоватая дымка стелилась по земле тончайшим покрывалом. Всё глохло и обесцвечивалось в ней, становясь каким-то призрачным, нереальным. Она никак не осязалась, и вопреки ожиданию не имела запаха. Странное явление, но кажется, совершенно безвредное.
Связующая нить укоротилась, до заветной цели оставалось совсем немного. Маячки сияли мигалками пожарной машины. Осознание, что Лидия где-то рядом, придало сил.
Путь его лежал через деревню. Призвав один из клинков ради собственного спокойствия, и чуть пригасив пламя, чтобы не привлекать внимания, феникс не раздумывая направился вперёд. Искать обходные пути не было времени и сил. От пары бесов, если те притаились в старых развалюхах, он как нибудь сумеет отбиться.
До его слуха долетали странные шорохи, писк, чем-то напоминающий крысиный, чавканье и смех. Тоненький, детский. Аш даже остановился, оглядываясь. Бред. Могло статься, что зелёное марево не такое уж и безвредное. Здесь, явно стоило опасаться не бесов, а чего-то серьёзнее, способного затуманить неподготовленный ослабленный разум. Возможно, это что-то вынудило жителей покинуть свои жилища. А может оно их и убило, не оставив даже костей.
Смех, как прыгучий мячик, следовал за ним по пятам. Когда феникс останавливался, невидимая сущность тоже замирала где-то позади. Этот кто-то вздыхал, тягостно так, с сожалением, а затем снова заливался смехом. Оторопь брала. И всё же незримый провожатый не приближался. Быть может, он чуял, что добыча ему не по зубам. Кристофер ощущал холодок, сковавший позвоночник, и как шевелятся волосы на затылке.
За последними домами его встретила развилка, одна из троп уводила с пригорка вниз, где виднелись ещё какие-то строения. Марево уже не такое плотное, почти развеялось и больше никто не смеялся, но отделаться от чувства, что кто-то наблюдает за ним, Аш никак не мог.
Спустившись с холма, он ступил на выложенную камнем тропинку, ведущую через сухие заросли к дому на отшибе. Меч пришлось развеять, чтобы остаться незамеченным, и идти вперёд, прислушиваясь к каждому шороху, и стараться не шуметь самому.
С виду особняк смотрелся не так уж и плачевно, если не брать в расчёт дыру в крыше, и отсутствие одной из стен на крайнем этаже. Что бы здесь не произошло — то было давно, и жилище успело зарасти цепким плетущимся растением до второго этажа, и оно уже перекинулось на разрушенную часть, проникая в сам дом. Окна забили досками снаружи, и чем-то плотно закрыли с той стороны. Никакой посторонней защиты вокруг Крис не заметил. Да и зачем она, когда всё кажется необитаемым, а посторонние отголоски силы лишь привлекли бы внимание недоброжелателей.
И Кристофера тут явно не ждали.
Он подкрался к угловой стене, справа от двери, которая когда-то служила главным входом, поставил на землю рюкзак и прижался спиной к холодному камню. Затаил дыхание, и весь обратился вслух. Услышать о чём говорили за толстыми стенами, он не мог, да и не было у него такой цели. Зато по приглушенной возне, шагам и голосам, легко определил, что в доме находятся четверо. Лидия и трое её похитителей. Один из них точно Валафар.
Разговоры, разговоры. Шаги. Звук открывшейся двери, скрежет рассохшегося дерева, скрип старых половиц. Вот дверь хлопнула, и один из них вышел из комнаты.
Кристофер не знал, как
