Слова бабушки не только не ответили на главный вопрос, но и внесли ещё большую сумятицу в мои мысли.
Возможно, я смогу разобраться в том, что происходит сейчас, если побольше узнаю о событиях того далёкого прошлого? Но как мне искать эту информацию? Как?!
Я сажусь на лавку в больничном парке и достаю телефон. Нерешительно жму на кнопку вызова.
Знаю, что некрасиво просить его опять, но сама я не справлюсь, а поэтому вслушиваюсь в гудки.
– Да?
– Привет, это Ася, твоя одногруппница. – говорю быстро, чтобы не передумать. – Максим, мне снова нужна твоя помощь.
– Так виделись, – отвечает Макс. – Я помню, что тебе обещал, Ася. Как раз жду нужное время, чтобы позвонить дяде. Я его потороплю, ладно?
– Сейчас не об этом, Максим… – я вздыхаю, кусая губы, не зная, как точно сформулировать свой запрос, не говоря всей правды.
– А о чём?
– Мне нужно узнать о событиях практически двадцатилетней давности.
– Хорошо, это какое-то конкретное событие?
– Да, преступление, точнее, цепь преступлений. Мне точно известно, что, как минимум, об одном из них упоминалось в газетах тех лет.
– Тогда это будет просто. Подшивки архивов почти всех существующих изданий имеются в центральной библиотеке. Если хочешь, я могу отобрать интересующие тебя материалы, только скажи более конкретные даты. Или мы могли бы прошерстить газеты вместе…
Я стараюсь не обращать внимание на отзвук надежды, который слышится в его голосе, и торопливо говорю:
– Да, давай встретимся через час в большом читальном зале, успеешь?
– Хорошо, Ася. Как раз будет время уточнить у дяди про лекарство.
– Спасибо, Максим.
– До встречи!
Я иду на парковку и прошу водителя остановиться у ближайшей аптеки. Я совершенно не рассчитывала, что так сильно задержусь, поэтому переживаю, что со мной может произойти весьма неприятный конфуз, но сразу чувствую себя гораздо увереннее, когда в моём кожаном рюкзачке надёжно спрятана упаковка тампонов.
– Мне нужно подготовить материалы для занятия. – говорю водителю, устраиваясь снова на заднем сидении. – Отвезите меня, пожалуйста, к зданию центральной библиотеки.
– Да, конечно. – Он выстраивает маршрут в навигаторе. – Я не смогу стоять дольше пятнадцати минут, Ася Сергеевна. Припаркуюсь на стоянке примерно в семистах метрах от вашего местоположения. Позвоните, когда потребуется подать автомобиль.
– Так и сделаю, спасибо.
Я не могу сдержать вздох облегчения. Прятаться от бдительных глаз охраны Тихонова мне не по душе. Постоянный страх быть пойманной с поличным на месте преступления, которого в природе не существует, каждый раз подстёгивает меня трусливо сбегать из университета, шарахаться от однокурсников, сторониться Максима.
Я убеждена, что Богдан сдержит своё слово – если ему что-то придётся не по нраву, я осяду в его замке без права на помилование на всю оставшуюся жизнь. Но сейчас я готова рискнуть. Возможно, это мой единственный шанс заглянуть в тайны прошлого и отыскать ответы на мучающие меня вопросы.
Я обеспокоенно поглядываю на телефон, ожидая однокурсника. И немного расслабляюсь, когда он приходит без опозданий. Только вот… мне совсем не нравится букет крупных ромашек в его руках.
– Привет, это тебе, – подтверждает он мою догадку тихим шёпотом.
– Виделись, – напоминаю ему сварливо. – Я не могу принять.
– Ась, это всего-то цветы. Они ни к чему не обязывают. И даже вовсе не обязательно должны что-то конкретное подразумевать. И вообще, не думай, что я стараюсь произвести на тебя впечатление. Я просто пожалел старушку в переходе, вот и купил, так не выбрасывать же? Вот и решил тебе подарить. Просто так.
Он смотрит на меня прямым и честным взглядом. Может, это действительно случайность, а я надумываю то, чего нет на самом деле?
– У меня не очень много времени, – ухожу от темы. – Нам нужны газеты за июль, август и сентябрь 2002 года, я уверена, что нужные статьи публиковались примерно в этих месяцах.
Максим оставляет букет на краю стола и уходит, а я не сдерживаюсь от любопытства и провожу кончиком пальца по прохладным белым лепесткам.
Мне бы хотелось, чтобы Богдан вот так просто принёс мне букет цветов. Просто потому, что проходил мимо какой-нибудь старушки и пожалел её, а потом подумал обо мне. Но я не позволяю себе погрязнуть в этих мыслях: скорее, Богдан Давыдович вспомнит об Элеоноре, едва завидев секс-шоп! Раздражение снова наполняет каждую клеточку моего тела, и я делаю несколько частых, глубоких вдохов, прочищая разум.
– Вот нужные газеты, – Максим бухает на стол две огромных кипы пожелтевшей от старости бумаги. – Что ищем?
– Резню в частном доме и пожар, ДТП со смертельным исходом, – быстро проговариваю я.
Боюсь неминуемого шквала вопросов, но парень пожимает плечами и молча устраивается рядом, углубляясь в изучение страниц.
Мне кажется, что пройдёт целый год, прежде чем мы просмотрим каждую статью каждой страницы каждой газеты. Я медлительная, словно жалкая улитка, но у Максима всё получается ладно.
