Бассейн я полюбила, и вообще, баня непременно станет моим обожаемым местом отдыха. Особенно в тесной компании мага… и его Тьмы… и под присмотром Дома. Одним словом, великолепная команда, кому рассказать, скажут я — извращенка, а у меня и выбора‑то нет.
В коридор мы вышли, держась за руки. Меня распирало от счастья и довольства ровно до того момента, когда возле лестницы нам встретилась Бетина, явно торопившаяся в баню. Увидев наши сплетенные руки, бывшая фаворитка словно на стену налетела. Одарила моего мужа улыбочкой «я готова съесть тебя, дружок»; мне же достался ее полный ненависти взгляд, но исподтишка, чтобы грант не увидел. Вот змея, умеет же настроение испоганить. А, ничего, ночью любимый постарается его поднять и не раз. Я снисходительно ухмыльнулась и отвернулась, услышав скрежет чужих зубов.
На площадке перед лестницей Сэбиан легко поднял меня на руки и буквально взлетел на второй этаж, заставив уже привычно, с восхищением, смотреть на него. Сам снисходительно, довольно усмехался, ощущая мои чувства, и еще крепче прижимал к себе. Мне почему‑то пришло в голову, что он подсаживается на мои эмоции и нуждается в моем присутствии рядом, так же, как я в его. И это радовало до чертиков.
— Если ты ничего не обещал Бетине, то отчего бы ей ненавидеть меня, — я все же решилась поделиться сомнениями.
Керо открыл ногой дверь в хозяйские покои, таким же манером закрыл за собой, прошел к кровати и уложил меня на постель.
— Стерва она, молодая, глупая и чересчур амбициозная. Контролировать себя не умеет и либо питается за счет унижения других, либо питаются ею…
Мой любимый дракан начал раздеваться, посмотрел на свои сапоги, потом — уныло на меня, раскинувшуюся в позе дохлой звезды.
— А в чем выражаются ее амбиции? Если ты все равно бы на ней не женился?
— Бетина — дракана не моего социального уровня. — Керо пожал внушительными плечами, стащил сапоги, рубаху и лег рядом. — Подобный мезальянс можно допустить, только потеряв рассудок. А вот учитывая степень моей силы, я бы мог еще долго в холостяках ходить, а она — считать себя хозяйкой Керодана.
— О — о-о, так у твоего дома есть имя? — восхитилась я.
— У нашего! — нахмурился муж. — Да, название переводится — первый камень Керо.
— Керодан… — попробовала на языке имя нового соседа в своей (!) голове. И тут же ощутила ответное радостное, родственное тепло.
Мой дом! Теперь точно мой!
— А ты с этой змеей подколодной после, хм — м, нашей первой свадьбы был? — ворчливо поинтересовалась я.
— Нет. Не смог, — признался слишком честный муж.
Значит хотел, но из‑за насморка, под названием «проклятие Сафиры» не смог. Пока я злилась, Сэбиан снял с меня платье, а получив очередную волну моей ревности, недолго думая, защекотал до икоты. Зато сразу атмосферу разрядил. И засыпать после на мягонькой перине в объятиях любимого было та — ак хорошо… Не передать словами!
Глава 26. Испытание
Впрочем, жизнь вообще череда испытаний, и выживает сильнейший…
Джеффри Линдсей. Деликатесы Декстера.
Следующие дни я ходила по замку изгоем, приказов которого никто не смел ослушаться. Первым делом, вняв «жалобам» Керодана, затем следуя его подсказкам, я занялась ремонтом, взяв в помощь двоих хвостатых чешуйчатых работников, чтобы помечали и устраняли трещины и проблемные места, которые давно беспокоили Дом. Еще одна пара ранатов — из числа сопровождавших нас в путешествии — тенью следовала за мной. Несомненно, телохранителей муж приставил, опасаясь за мою безопасность даже здесь.
Хозяин Керодана с благосклонной улыбкой дал добро на проведение любых ремонтно — строительных работ в замке. Особенно, когда узнал, кто на них настаивает. Наш разговор нечаянно услышали горничные, которые помогали мне с первого дня, — застенчивая Медала и уже не столь надменная Сойра. Слухи о моей дружбе с замком разлетелась по округе. Правда, ничего кроме праздного любопытства и новой порции злобы от Бетины не принесли.
Пытаясь заслужить расположение клана, я сварила пиво по рецепту монахинь обители Святой Матены. Чтобы к вечеру подать, организовала легкое, свеженькое, а чтобы получить эль покрепче, в огромный чан положила дрожжи. Случайно увидела, как Бетина что‑то в сусло подбросить хотела. В последний момент схватила мерзавку за руку, чтобы та не успела напакостить. Жаль, при этом присутствовала лишь я, да еще одна драканка, подружка змеюки.
Увы, что бы я ни делала для замка и его жителей, ничего не приносило желаемых плодов. Ни одной доброжелательной улыбки. Пиво выпили, но даже слова доброго не сказали. Блинчики, которые я научила повариху печь, только мы с лордами ели, остальные сделали вид, что это отрава. По сути, в собственном доме я чувствовала я себя нежеланной приживалкой, которая сует нос не в свои дела. И только с появлением за моей спиной мрачнеющего день ото дня гранта, все становились шелковыми.
Конечно, я сожалела, что Ноэль рядом нет, тосковала, и мыслями частенько в Хемвиль возвращалась. Как там моя бывшая подопечная? Не обижает ли ее Гленир? Хотя… думаю волшебное колечко, подаренное Керо, однозначно, обеспечило моей кузине и любовь, и обожание супруга.
Неделю остракизма я выдержала почти без проблем, а дальше начала наваливаться депрессия, отравляя беспросветностью и тоской. Только Кими — супруга Негоя — один раз выдернула меня из серого марева неприятия, в котором я жила. Она оказалась милой пухленькой драканой с чешуйчатым лицом, любопытными добрыми карими глазами и забавным хвостом, который суетливо ходил из стороны в сторону. Под ее чутким доброжелательным руководством мы посеяли семена из монастыря в хозяйском огородике, которым когда‑то занималась мать Керо. А на следующее утро кто‑то навалил там навоза, сжигая тем самым мои труды.
Расстроившись донельзя, я с каменным лицом ушла в свои покои, а там, в одиночестве, разрыдалась, не в силах больше сдерживаться. Слабая, ох, слабая, и подпольную войну против себя вряд ли потяну.
На обед я пришла, пряча от всех красные глаза. Молча села рядом с мужем, мимолетно отметив грусть и сочувствие во взгляде Данкеро. А вот открыв рот, чтобы принять еду из рук Сэбиана, увидела, как пылают его глаза, и в душе разгорается ярость. Выяснять, кто тому причина — я или кто‑то другой, «на людях» категорически не хотела.
Мы заканчивали есть, когда Бетина, образцово вихляя бедрами, подошла к нам с подносом и поставила чаши с элем перед лордами,
а потом весьма ловко уронила третий бокал на меня. Я непроизвольно охнула, глядя на грязное уродливое пятно, растекавшееся по голубому бархату, по ногам. И все бы ничего, но в зале кто‑то зло хохотнул, отчего я ощутила боль разочарования и обиды. Горькие слезы заволокли глаза, не дав возможности ничего сказать на преднамеренное оскорбление. А дальше мне пришлось стать свидетелем страшного гнева темного мага.
