Я ходила с мужем, вцепившись в его руку как клещ, и восхищалась всем, что видела — настолько продумано, крепко, надежно и с умом сделано. Здесь во всем чувствовалась рука хозяина, рачительного и опытного.
Глава 25. Признание
Я знаю наверняка: любовь — самая значительная вещь. Что сильнее слов «я тебя люблю»? Она сильнее страха, сильнее смерти.
Джоан Кэтлин Роулинг
По окончании экскурсии я смотрела на Сэбиана, как Ноэль, с восторгом и обожанием. Для нас оседлали Серого и Трака и мы, перебравшись через ров, прогулочным шагом двинулись по окрестным землям. Здесь я увидела сады с плодовыми деревьями. Поля, ухоженные, но с суховатой глинистой почвой.
Мы остановились возле сильно чешуйчатого хвостатого дракана в традиционной свободной рубахе, но обутого не в сапоги, а в сабо. Мужчина присел на грядке и что‑то с удивлением рассматривал.
— Негой, что ты там такого интересного увидел? — с хитринкой спросил Керо.
Дракан поднял голову, а увидев нас, быстро встал и поклонился. Меня он разглядывал как диковинку, а не хозяйку или просто женщину. А когда Сэбиан познакомил нас, Негой опять поклонился и пояснил причину повышенного интереса к огороду:
— Да вот, тыква в этом году быстро вылезла. Три дня как посадил, а сегодня уже третий лист выбросила, сейчас вот увидал… — он указал на зеленое растеньице с круглыми листочками. — Крепкий здоровый росток…
Мы с Сэбианом переглянулись. Я прочитала в его взгляде чисто мужское самодовольство, и у меня, как всегда, загорелись щеки. Уж мы‑то оба знали, с чего это тыква полезла, хотя далековато‑то от места нашей брачной ночи…
Спешившись, я неуверенно улыбнулась Негою, посмотрела на мужа, ожидая одобрения. Присела под его заинтересованным взглядом и погрузила пальцы в сероватую сухую землю, вспомнив чему учила дочь почившая леди Амалия. Привычно раскрылась, пропуская через себя энергию, и удивилась: не было здесь Тьмы, скорее грусть…
Я услышала, что Керо тоже спешился, подошел ко мне и положил ладонь на макушку. По ощущениям — муж волновался о моем самочувствии, вероятно, после вчерашних бурных событий. И эта трогательная нежная забота согрела, вызвала маленький эмоциональный взрыв. Одновременно на мою радость откликнулась земля, и я, будучи счастливой женой этого мужчины, не раздумывая, поделилась чувствами, пропуская целые потоки энергии через себя, освежая их, наполняя живым теплом, неосознанно обещая, что позабочусь, буду всегда рядом, едина со своей землей…
— Сафи, Сафи, глупая девчонка, ну кто ж так сразу и целиком себя отдает… — Керо испуганно рычал надо мной.
Я открыла глаза в объятиях мужа, сидевшего со мной на руках прямо в бархатном кафтане на земле. Счастливо улыбнулась, а слова признания сами по себе слетели с языка:
— Оказывается, это так приятно, дорогой. Делать кого‑то счастливым… А твоя земля такая печальная и немножко одинокая, была так рада принять меня…
— Глупенькая моя, — хрипло шепнул муж, еще крепче прижимая меня к себе. А потом насмешливо хмыкнул. — Я тебя домой всегда теперь на руках в полубессознательном состоянии носить буду?
Погладила любимого по щеке и потянулась к нему губами. Наверное, мы слишком долго целовались, и неизвестно, чем бы дело закончилось, если бы не восторженные изумленные завывания Негоя, вырвавшие нас из страстного дурмана и заставившие вернуться в реальность:
— Клянусь Темным, даже сушняк прошлогодний поднялся… Надо же… Темный… а свежие посадки‑то, вы только поглядите…О — о-о…
Чувствуя, что опять горят и щеки, и уши, и даже шея от стыда, обернулась к… хм — м, местному фермеру, а тот именно в этот момент повернулся к нам.
— Так это что, милорд? Она все? — потрясенно выдохнул он, глядя на гранта.
Керо рассмеялся, просто кивнув. А у хвостатого земледельца жадным фанатичным огнем загорелись темные глаза, как у змея, который всеми фибрами души мечтал совратить с пути истинного Адама и Еву.
— И далеко это распростра… — он оборвал себя на полуслове и заискивающе зачастил: — Ой, вечер‑то близок, а не хочет ли миледи испить вкусного горячего миро? Моя Кими лучше всех его варит. А я пока покажу вам свой огород, вы там у себя, наверное, не видали, как темные растят все… А там и зелень, и корнеплоды, и…
Мой любимый дракан расхохотался над бесхитростным фермером.
— Негой, мы на днях заедем к тебе на миро, предупреди супругу. И на огород сходим. Моя жена здесь навсегда обосновалась, так что не гони лошадей.
А я вспомнила про семена, которыми сестра Аниза поделилась со мной, и с неуверенной улыбкой спросила:
— Уважаемый Негой, может быть ваша Кими согласится мне помочь с замковым огородиком для лекарственных растений? Мне сказали, они для всех подойдут… не только светлым.
И хотя Негой чуть поморщился при слове «светлые», совсем как Керо самодовольно ухмыльнувшись, заявил:
— Моя Кими почтет за честь помочь вам, миледи. И не забывайте уж нас, заходите… почаще.
В других хозяйствах подобной благожелательности я, увы, не встретила. По возвращении домой ужинали мы в тягостном молчании. Принимая еду из мужниных рук, я скользила взглядом по лицам собравшихся в зале. И как это ни прискорбно, меня тут вряд ли легко и, тем более, скоро примут. На меня старались не смотреть, но причиной тому был мрачный вид гранта, который не мог не заметить отношение своих сородичей к супруге. Темный исправно передал приглушенное недовольство хозяина. Лишь Ройван, сидевший по другую руку от меня, старался сгладить гнетущую атмосферу рассказами об их родине. А я прикидывала, каким образом расположить к себе клан. В атмосфере ненависти и презрения жить невозможно, надо придумать что‑то такое — е-е…
Может пиво сварить монастырское? Помнится, монахинь оно весьма подвигало к откровенным душевным разговорам…
Перебирая в памяти все, что сегодня увидела, я пыталась решить, где еще могу быть полезна, особенно женщинам. Ведь если налажу отношения с ними, с мужчинами будет гораздо проще.
В очередной раз тяжело вздохнув, услышала тихое, но многообещающее предложение:
— Пойдем, я тебе еще наши бани не показал, как следует …
Не смотря на жалкие потуги изобразить бесстрастный вид, мои эмоции, наверное, фонтаном радости били, и муж, однозначно, их уловил. Вон как серые глаза зажглись огнем желания. Быть может, чувствуя мое напряжение и озабоченность, Сэбиан предложил сходить в бани?
Мы удалились, коротко кивнув остальным. По дороге он приказал первой же попавшейся девушке — горничной принести все необходимое.
