из прыжка, а они тут, как тут. И сразу обстрел. Повторяю, сразу! Получается, что нас тут ждали.
— Но это же невозможно! — удивился я. — Заранее предсказать точку выхода не сможет ни один искин, ни один навигатор, ни один астрофизик. Это же сплошная приблизительная вероятность! Слишком много неучтённых и случайных факторов.
— Да, теоретически невозможно, а практически вон он висит напротив. — проворчал Кен. — Либо нам противостоит цивилизация с более высокими возможностями, либо слава бежит впереди нас.
Вся компания медленно приходила в себя. Фиксаторы нас отпустили, и обитатели рейдера, в том числе и рорк, принялись вглядываться в обзорный экран, рассматривая чужака. У меня тоже зрение восстановилось, и, наконец, я разглядел вражеский аппарат. Это бесформенное образование состояло из шести плотно переплетённых трубчатых конструкций, соединённых перемычками. Спереди три конструкции заканчивались длинными шиповидными выступами. Три других имели шаровидные окончания. В середине этого переплетения конструкций различалась шарообразная основа аппарата. Эта необычная машина во всём воплощала в себе абсолютно чуждую человеческому сознанию логику.
— Что будем делать? — спросил Кен. — Советую воспользоваться моментом, пока их накопители пусты, как гнилые орехи. Энергии почти ноль, значит и оружия тоже ноль.
— Отчего бы их не пощупать, — пробасил Болк.
— Знать бы, кого «их», — покачала головой Элна.
— А что нам побаиваться? — пожал плечами Отила. — Подумаешь, великое дело, сходить и посмотреть что к чему. Если что, то при мне отличное снотворное, — и он похлопал рукой по висящему на поясе гипнотрону.
— В десант пойдут я и Отила, — сказал я.
— И я, — добавил Тайр. — Я тоже иду.
Я посмотрел на него и качнул головой. Странно, раньше Тайр не проявлял такого энтузиазма. Ну, ну.
— Тайр тоже идёт, — продолжил я. — Кен, как будем высаживаться?
— Гравитационный лифт не подойдёт, — ответил Кен. — Он хорош с открытой поверхности без препятствий, а тут непонятная конструкция. Приготовлю лифтовый шлюз.
Пока мы активировали защиту и собирались, Кен подвёл аппарат к чужаку и завис над ним. В ожидании шлюза мы включили герметизацию, торсионную защиту и тискали оружие, и тут Кен неуверенно произнёс:
— Не вижу входа, люка или чего-то похожего. Сплошь непонятные и неровные поверхности. Элна, Отила подскажите.
Оба провидца на пару минут сосредоточились. Как всегда первой ответила Элна:
— Живых в корабле девять, странного вида и психики. По ощущению их энергетика похожа на земноводных. Холодные и очень спокойные. Даже сейчас уверены в себе.
— И впрямь смахивают на жаб болотных, — добавил Отила, поёжившись в своих доспехах. — Вход у них внутри в срединном корпусе. Туда шлюз не достанет. Можно забраться внутрь через боевые кабины. Это те самые шары на отростках.
— Шары, так шары, — сказал я. — Давай, Кен, швартуйся к любому.
Край шлюзового лифта прикрепился к шару диаметром метров пять. На вскрытие поверхности ушло меньше минуты. В отверстие опустилась платформа шлюза и мы проникли внутрь. В отличие от нашего рейдера здесь царила невесомость. Оно и понятно. Энергии нет, если и имеются гравитаторы, то они отключились. Внутри шара вместо сидений веером располагались желобки с кольцевыми держателями. Не вглядываясь в устройство этой боевой точки, я первым нырнул в проход из волнистой гофры. Невесомость заставляла пробираться на руках вдоль стен и меня не оставляло ощущение, что двигаюсь по огромной кишке. Метров через десять нас вынесло в круглый коридор, который вёл в центральную сферу. И, едва я в него попал, как в голове раздались звуки чужой речи, похожей на набор щелчков, шипения, свиста и цокания. Чуть погодя среди этого шума я услышал слова на языке сейров:
«Ш-што вам-м тут-т нуж-жно? С-сейчас-с вы с-сдох-хните и с-станит-те нашей едой. Т-ты с-слышиш-шь, ж-животное?».
От этих звуков в голове появилось гадливое ощущение, будто мне за пазуху накидали в перемешку змей, пиявок, жаб и пауков. Стало брезгливо и противно. Без малейшего сомнения я мысленно ответил: «Главное, что ты слышишь. А скоро заговоришь и скажешь всё, что мне нужно, хочешь ты, или нет. Иначе умрёшь, как те, что недавно сгорели в своих кораблях».
Снова шум в голове, свист, щелчки. Я жестом попросил своих спутников остановиться и не мешать. Потом в голове раздался тот же голос:
«Т-ты, червяк, ош-шибаеш-шься. С-сейчас-с сдох-хнем вс-се и вы и мы».
И перед глазами появился образ отвратительной морды в мелкой чешуе с нависшими костистыми надбровными дугами, тянущимися до самого кончика едва заметного носа с двумя дырками ноздрей, с безгубым бородавчатым ртом до ушей, вернее, до двух шипастых роговых выступов по бокам морды. За надбровными дугами лобные выступы переходили в два рога. Меня зло морозили жёлтые глаза с вертикальными зрачками. Я увидел изначального гада.
— Все вон!! Быстро выходим наружу!! Кен, вытаскивай нас отсюда и на максимальной скорости удирай подальше!! — заорал я по связи, моментально разворачиваясь и энергично выпихивая друзей.
Благодаря невесомости, через минуту мы все трое пулями вылетели из чужого корабля, лифт втянул платформу в рейдер, который уже начал разгон, удаляясь от чужака. В центральном проходе Отила и Тайр с удивлением и недовольством смотрели на меня, но высказать всё, что думали, не успели. На месте вражеского корабля вдруг вспыхнуло маленькое солнце, и наш рейдер отбросило и закрутило гравитационной волной. Торсионная защита аппарата ярко заполыхала от избытка внешней энергии. Всех находящихся в креслах, крепко зажали фиксаторы, а нас троих несколько раз крепко приложило к потолку, полу и стенам прохода. Кое-как Кен выровнял рейдер, и сумасшедшая болтанка закончилась. Ворча и ругаясь, мы разобрались где верх, где низ, кряхтя и потирая ушибы, поднялись. Через пару минут вся команда собралась в проходе и окружила меня в ожидании объяснений. За меня ответил Кен:
— Эти уроды взорвали свою силовую установку. Энергию мы у них забрали, а они добрались до бербона, райта и ртути в реакторе. На извлечение реактивов чужакам потребовалось некоторое время, что и позволило Очеру, Отиле и Тайру вовремя смыться.
— Эти существа совсем бесстрастные, — раздался взволнованный голос Уники, и мы обернулись. — Они убили себя спокойно без чувств и эмоций. Ни своя, ни чужая жизнь для них ничего не стоят и ничего не значат. Холодный, жестокий и очень сильный разум.
— Очер, ты их видел? — проговорил Кен. — Покажи мне мысленно, а я транслирую картинку всем.
И я показал. В рубке появилась голограмма чудовища и, глядя на него команда содрогнулась, прониклась и прозрела.
— Это о них говорил сейр, — тихо проговорил Тайр.
— Вот и узнали с кем столкнёмся, — сказал Болк, морщась от вида разумного ящера. — Таких не грех прикончить и потом рогами в землю воткнуть.
— Жалко, что языка
