тема образовалась. С кормёжкой рорка я разобрался, набрал полсотни тонн органики. Проблема с его защитой.
— А его чешуя разве не защита? — влез в разговор Отила.
— Защита и неплохая, — сказал Кен, — я проверил — твёрдость легированной стали. Однако плазму не сдюжит, а, если что покруче, так и вовсе.
— А что если… — запнулся Болк.
— …модернизировать чешую рорка торсионным полем, — закончил мысль Тайр.
— Живого рорка, модернизировать… — задумался Кен. — А почему и нет? Полагаю хуже ему не станет. Они сейчас в кают-компании. Пойду предложу. — И голограмма исчезла.
— Во ещё одна проблема, — проговорил Болк, — откуда только берутся?
А я встал и вышел в проход и по трапу спустился на травку. Рейдер стоял в сотне метров от обрыва, и я направился к его краю. Ровная, словно срезанная гигантским ножом стена уходила вниз на полверсты. Даже смотреть туда было страшно. Океан накатывался из-за далёкого горизонта и миллион лет упорно бился об эту стену, надеясь выбить из неё хоть кусочек. Тёмно-синяя вода свидетельствовала, что от самого уреза начинается значительная глубина. Я смотрел, и меня не оставляла мысль, что весь этот чудесный полуостров со всеми красотами, живностью, непроходимыми горами и неприступным обрывом с воды создан искусственно какими то могущественными силами, которые способны вздымать горы и ровно обрезать берега. Как много мы ещё не знаем о тайнах вселенной и её обитателях. Вернее, почти ничего не знаем. Ковыряемся в своей песочнице, строим куличики из песка и надуваемся от гордыни, что достигли вершины познания. Живём потихоньку в городках и деревеньках, возимся в земле, ворчим на власти и наслаждаемся маленькими радостями. И ничего плохого я в том не вижу. Для кого-то это и означает жизнь. И слава богу, и на здоровье. А кому-то этого мало. Они ходят, бродят, ищут смыслы, пытаются что-то понять, что-то придумать, поднять себя за волосы из болота. А то, что произошло со мной, это не исключение, это вообще, бог знает, что такое. Признаюсь вам по секрету, что, не смотря на все мои здешние приключения и ощущения, я изредка щипаю себя за руку, сомневаясь, реальность это, или я сплю.
От размышлений меня оторвал Отила.
— Эй, Очер, — он пощёлкал пальцами у меня перед носом, — очнись. Кен просит подойти. Вроде у них там всё срослось.
Я поднялся, кивнул и мы пошли к рейдеру. В аппарат заходить не пришлось. На трапе появились Элна, за ней огромный кот, потом вышла Уника. Двух последних я узнал не сразу. Уника теперь мало отличалась от Элны, только волосы потемнее и рост повыше. Серебристые доспехи отливали перламутром, как у всех нас, и единственным отличием была белая косынка, повязанная на шее. А вид рорка и вовсе потряс воображение. Теперь его чёрно-серая чешуя переливалась всеми цветами радуги в зависимости от угла зрения. Его шею охватывал широкий ошейник с блоком-генератором торсионного поля. Артер и раньше выглядел потрясающе, а сейчас это вообще был какой-то невообразимый шедевр природы, воплощающий необоримую мощь и силу.
В проёме рампы маячила голограмма Кена, который ворчливо проговорил по связи:
— Надеюсь, теперь проблем больше нет. Ах, да, ещё новые торпеды… Придётся подождать ещё один оборот. Элна, Тайр, жду вас в рубке. Нужно кое-что обсудить.
Оставшись втроём мы сняли доспехи и разбрелись кто куда. Отила шмыгнул между цветущими кустарниками и исчез в холмах. Болк завалился в тенёчке и вскоре захрапел. Я вернулся к обрыву, сел на травку и принялся разглядывать бескрайний водный простор, вид которого успокаивал и навевал мысли. А мыслей у меня появилось немало, и одна из них обещала стать весьма любопытной. Мне подумалось, а почему бы физику торсионного поля использовать не для обороны, а для нападения. Привлекал сам принцип активного усвоения внешней энергии и её преобразования. Идея витала где-то рядом, но в руки пока не давалась.
А рядом вовсю стрекотала и щебетала чудесная природа долины. Я повернулся на движение справа и увидел, что неподалёку птичка с ярким оперением поймала стрекобабочку и вертела головой не веря своему счастью. Но пока она соображала с какого конца склевать добычу, подлетела другая птаха, с налёта выхватила у ротозейки добычу и была такова.
И тут меня осенило! Нужно отнять энергию у противника. Отнять на расстоянии. Я поднялся и поспешил к рейдеру, чтобы обсудить мою очередную идею. Самому мне решить такую задачу не по силам. И, хотя я инженер с немалым стажем, здешние технологии до сих пор оставались для меня загадкой.
В кают-компании беседовали Элна и Тайр, Кен отсутствовал.
— Он ваяет топеды, — ответил на мой незаданный вопрос Тайр
Элна кивнула и принялась что-то выискивать в своём оригинальном планшете. Мне стало жутко неудобно отвлекать их от важных дел, я вздохнул и отважился:
— Я тут… Мысль одна появилась… Короче, идейка одна имеется.
— Очер, я тебя не узнаю, — улыбнулась Элна. — Если можно, изложи конкретнее.
Я вздохнул и рассказал о своих соображениях, стараясь быть предельно точным и понятным. Они смотрели на меня во все глаза, и, едва я закончил, дружно влезли в планшет и пропали на полчаса. Не зная, что делать, в ожидании ответа экспертов, я заказал в синтезаторе кофе и начал потягивать горячий напиток, глядя на наморщившиеся лбы моих друзей. Через полчаса они подняли головы и уставились на меня, как на пришельца. Впрочем, для них я и был пришельцем.
— Ты знаешь, — начала Элна, — сперва твоя идея показалась бредовой, а на деле имеет смысл. Расчеты показывают, что такое устройство возможно и даже реально. Ты молодец, Очер. — Девушка подошла ко мне и положила руку на плечо. — Я часто замечаю, что ты смущаешься и комплексуешь, что родом с планеты, не достигшей высоких знаний. Зря. Знания — понятие универсальное. Они принадлежат всей разумной вселенной, всем народам и расам, только нужно быть достойным этих знаний и уметь их получить из общего информационного поля. Уверена, что скоро и люди научатся это делать. К сожалению это умеют делать и сейры и их неведомые хозяева. Вместе с тем, самым ценным и загадочным явлением во вселенной является творчество и рождение идей. Ты обладаешь этим редким даром. Слава Творцу, что он недоступен тварям, живущим инстинктами, алчностью и холодным расчетом. Однако я заболталась. Нужно связаться с Кеном и скинуть в его искин расчеты твоего устройства. Как ты его назовёшь?
— Энерголик, — засмеялся я, подумав, что эта штуковина будет похожа на алкоголика, который никак не может напиться и всё сосёт и сосёт всякую дрянь.
— Звучит интересно, пусть так и будет, —
