— Влад, — пробормотала едва ли внятно, вместе с тем просыпаясь.
Прошедшая ночь, отражающаяся в моём подсознании не менее жарким сном, только подтолкнула прижаться к сильному телу плотнее, устраиваясь комфортнее без малейшего зазрения совести.
Над головой послышался смешок, а запястья коснулся поцелуй уже наяву. Владимир проложил дорожку из них до самого локтя и вернулся обратно к ладони, принявшись одаривать лаской мои пальчики, чуть прикусывая, посылая микроразряд тока по всему моему телу. Вторая его ладонь удобно устроилась на моих ягодицах, то и дело сжимая их и как бы невзначай касаясь между ног, отчего я каждый раз невольно вздрагивала, с большим усилием сдерживая себя от того, чтобы не начать вновь бесстыдно тереться об мужчину, как совсем недавно, во сне…
— Доброе утро, — пробормотала ему на ухо, коснулась губами.
А потом ещё раз и ещё, осыпая нежными лёгкими поцелуями его шею, свободной ладонью проведя по широкому плечу, ключице, мускулистой груди, задевая огрубевшие отметины в районе солнечного сплетения, спускаясь к животу и ещё ниже… кажется, я на самом деле всё-таки развратница, потому что, едва моя рука сжала основание возбуждённой плоти, и удалось различить чужой тяжёлый рваный выдох, то не смогла сдержать довольной улыбки, наслаждаясь реакцией любимого на собственные действия.
— Кажется, и правда, доброе, — хрипло отозвался Владимир, погладив меня по щеке, после чего подтянул меня обратно к себе, по-хозяйски укладывая сверху и располагая на мне свои ладони. — Выспалась, мышка моя? — прищурился, оценивающе пройдясь по мне своим нефритовым взором, будто подсвеченным изнутри.
Я и раньше зависала, когда видела нечто подобное, а сейчас так и вовсе… всё смотрела на него, смотрела, бестолково улыбаясь, никак наглядеться не могла. И на вопрос не ответила. Лишь сжала ладонь сильней, отчего глаза оборотня засветились ярче, а в груди завибрировало рычание.
— Твоя, да, — улыбнулась шире прежнего.
В душе разливалась такая безграничная нежность, что невозможно ею не поделиться. Я и поделилась. Вместе с новым поцелуем в шею мужчины.
— То есть выспалась, — протянул он с предвкушением, а в следующий миг я оказалась лежащей на спине, а Влад нависал сверху. — В таком случае я, наконец, могу сделать так…
Не позволив опомниться, впился в губы достаточно грубым поцелуем. Мужские руки скользнули на бёдра, притянув ближе к себе, ещё пара секунд — его пальцы оказались внутри меня. Громко охнула и выгнулась в спине, закатывая глаза от пронзивших ощущений.
— Моя отзывчивая мышка, — прошептал белый волк. — Такая чувственная. И так одуряюще сладко пахнешь, — шумно втянул в себя воздух. — Я от одного этого готов уже кончить. Мышка. Моя любимая мышка. Мой личный маленький хаос, — повторял то и дело.
Наравне со словами он продолжил одаривать поцелуями моё лицо, шею, плечи, грудь... Всё, до чего дотягивался. При этом ни на миг не переставал ласкать между ног. Пальцы скользили по влажной плоти, толкались глубже, доводя до того самого предела, откуда невозможно будет вернуться. Не так легко. А Владимир продолжал и продолжал мучить, вынуждая биться в этой сладкой агонии, теряя разум. Толчки его пальцев становились грубее, быстрее, поцелуи жадными и ненасытными, оставляющие после себя яркие отметины, неумолимо подводя к точке наслаждения, но не позволяя переступить грань, к которой я так стремилась. Цеплялась за мужские плечи, наверняка оставляя следы, кусала губы, несвязно умоляя, повторяя его имя…
Волна оргазма накрыла, подобно разрушительному шторму. И всё. Меня не осталось. Будто разлетелась на миллиарды пылинок. Даже перед глазами потемнело. Впрочем, в реальность я вернулась быстро. Вместе с новым проникновением. Я едва ли успела привыкнуть, а по телу вновь прокатилась дрожь удовольствия, утягивая на дно очередной волны наслаждения. На этот раз обоюдного. Откуда моё сознание вернулось ещё не скоро.
— Вот теперь точно доброе, — выдохнул умиротворённо оборотень, вынуждая сосредоточиться на настоящем. — Снова спать собралась? — поинтересовался насмешливым тоном и продолжил целовать моё тело, на этот раз неспешно и нежно, зализывая полученные от его зубов в порыве страсти ранки. — Только недавно проснулась же, — деланно укорил, вновь нависая надо мной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
На его губах играла самодовольная улыбка, а в потемневшем взоре то вспыхивали, то угасали золотистые искорки.
— Кстати, как сон? Понравился? — заулыбался он ещё шире и нахальнее.
Закономерно смутилась.
— Прежде мне такие сны не снились, — пробормотала тихо, уткнувшись носом в его плечо, крепко обнимая за торс. — Ты меня портишь, — добавила с фальшивой удручённостью.
— То ли ещё будет, — протянул Владимир многообещающе, чуть оттолкнулся и поднялся на ноги. — Ты вставать-то сегодня собираешься, соня? Уже почти час дня. Хотя не сказать, что я против такого времяпровождения. Очень даже не против, — добавил вмиг охрипшим голосом, одаривая меня таким жарким взглядом, что по телу вновь вспыхнул огонь желания.
И не сказать, что я была одинока в своих желаниях. Стоявший передо мной оборотень по виду был не просто готов повторить только что произошедшее, но и не по одному разу. Хотя он так ничего и не сделал. Лишь тяжело вздохнул, сжав руки в кулаки, и прикрыл глаза ненадолго.
— Но тебе нужно поесть, — произнёс уже гораздо спокойнее. — Поэтому одевайся и спускайся. Мама звонила, обещала зайти позже. Что-то по поводу вчерашних анализов. В общем, жду тебя на кухне, — закруглился скоренько и почти сбежал из спальни, лишь в последний момент не забыв прихватить штаны.
Вот же, блин…
С большими усилиями соскребла себя с постели, первым делом направившись в ванную. Там — замерла перед зеркалом, пока разум сам собой принялся считать количество оставленных Владом отметин на моём теле… Некоторые выглядели весьма внушительно, словно и не «первую брачную ночь» я пережила, а ещё одну автокатастрофу. Самая большая — укус в районе надплечья. Правда, он странным образом затягивался. Как если бы я заработала его не в последние двенадцать часов, а намного раньше. Невольно провела по ранкам кончиками пальцев. Память тут же подсунула тот момент, когда острые клыки вонзились в кожу, оставляя этот след. Тогда, в душевой кабине, я не обманула Влада — действительно не больно. Я в те мгновения вообще не испытывала ничего, кроме безграничного наслаждения. Но теперь, глядя на всё это… Разве так бывает? Почему-то, несмотря ни на что, не верилось. И не только в укусах и синяках дело. Никогда прежде и представить себе не могла, что могу чувствовать себя настолько счастливой. И… лучше бы мне перестать заниматься сомнительным самоанализом, потому что кое-кто явно уже обо всём знает.
— Ну и ладно, — заметила вслух, поспешив под прохладные водные струи душевой.
Вышла я из ванной комнаты минуты четыре спустя. Не хотелось задерживаться дольше необходимого. Причина — банально задумалась о том, во что бы одеться. Единственное платье осталось вчера где-то на первом этаже. За ним, немного поколебавшись, я и отправилась, плотнее закутавшись во влажное полотенце. Могла бы использовать и другой вариант, повторно позаимствовав рубашку Влада, как уже делала прежде, но ведь он сказал, что скоро придёт его мама, а опять выхаживать перед ней в таком виде — идея не из лучших.
— Влад! — позвала громко, сбегая вниз по ступеням. — А ты не помнишь, где я оставила свою одежду?
Потому что лично я действительно не помнила. Я тогда вообще ничего, кроме неуёмной жажды и тяги не помнила и не знала, словно умом тронулась.
— А она тебе разве нужна? — встретили меня у подножия с ответным вопросом.
Нефритовый взор прошёлся по моему телу с однозначным желанием на дне зрачков.
— Лично мне всё нравится. Правда, без полотенца ещё лучше, — усмехнулся и потянул за обозначенное в намерении забрать.
Одарила оборотня возмущённым взглядом, потянув своё единственное одеяние обратно на себя.
