— Хватит! — рявкнул я и подхватил Лили за шиворот, прижал к себе, стаскивая с Милинды. Отпихнул ее в сторону. — С ума сошли? Мили, я тебе говорил, чтобы ты сюда не приходила?
Милинда тряхнула черными волосами и поднялась с пола одним гибким движением. В узких черных джинсах и черной блузке она была похожа на ядовитую змею. Дико красивую, гибкую, смертельно опасную синеглазую змею.
— Убери от меня свою бешеную шавку, — брезгливо поморщилась она и отряхнула рукава, смахивая соринки. Лили вскинулась, прищурилась и снова кинулась на Мили. Я поймал ее почти в полете, прижал к себе.
— Достаточно! Я сказал — хватит! — Лили пыхтела, пытаясь вырваться из моего захвата. Молча, но упорно и с силой, которую я даже не подозревал в столь хрупком теле. — Что тут происходит?
— Я ее убью, — почти спокойно пообещала Лили. Я сгреб девчонку в охапку и потащил в спальню, впихнул в комнату и щелкнул задвижкой.
— Лили, сиди там. С тобой я поговорю позже.
Она заколотила в дверь, но я внимания не обратил, вернулся к Милинде. Демонстративно перевернул песочные часы.
— У тебя две минуты. Так что четко и по делу.
— А я и так по делу, — огрызнулась она, сбросила туфли и босиком пошла к стойке.
— Время, — напомнил я.
— Могу я выпить воды? — она недовольно тряхнула головой. — Гостеприимный прием у тебя, брат.
Она налила себе воды из кувшина, присела на высокий стул, рассматривая меня поверх стакана.
— Милинда, ты испытываешь мое терпение, — разозлился я. — Еще немного и я сам залезу в твою голову, а потом вышвырну из своего дома. Что здесь произошло?
— Твоя зверушка приревновала, — передернула она узкими плечиками. — Накинулась на меня чуть ли с порога. Ты ей прививки сделал? От бешенства. А то вдруг заразная.
— Убирайся, — коротко бросил я.
— Даже не спросишь, зачем я приходила? — она соскользнула со стула и шагнула ко мне. Остановилась так близко, что я почувствовал тепло ее тела и горький запах духов.
— Принесла очередной невероятный счет, сестричка? — усмехнулся я. — Твоя роскошная жизнь дорого мне обходится.
— Кажется, ты не нищий и вполне можешь себе это позволить, Кай. К тому же, это несправедливо, что все досталось тебе, правда? Ты сам это знаешь. Отец просто не успел вычеркнуть тебя из завещания.
— Если бы он это сделал, дорогая, то ты очень быстро промотала бы и мою часть наследства, — усмехнулся я. — Впрочем, мне плевать на наследство вашей семьи, ты прекрасно это знаешь. И я достаточно зарабатываю. И всего лишь пытаюсь не дать тебе спустить все деньги за пару лет.
— Да плевать мне на деньги, — Мили небрежно откинула волосы. — Просто оплати этот проклятый счет, и все. Я пришла по другому поводу. — Она улыбнулась, не спуская с меня глаз. — Ты не расстроишься, если я выйду замуж, Кай?
Я молчал, и Милинда придвинулась ближе, положила ладонь мне на запястье.
— Я подумала, что раз ты обзавелся игрушкой, то я тоже могу немного развлечься? В конце концов, в моем возрасте оставаться незамужней уже даже неприлично. Ты не находишь? — она улыбнулась.
— Почему бы и нет? — я стряхнул ее ладонь и отошел к окну. Железные Цветы Мрака уже распустились, зажглись огнями. Ночные бутоны света.
— Значит, ты согласен? И мой… будущий муж останется жив? — Мили улыбалась за моей спиной, я слышал эту улыбку в ее голосе, но не чувствовал в эмоциях Милинды.
— Да, — развернулся к ней. — Думаю, это выход, Мили. Уже выбрала жениха? Я перепишу после свадьбы на тебя свою часть отцовского наследства и недвижимость. Считай моим подарком.
— Ты врешь, Кай? — она все еще улыбалась.
— Нет. Я действительно не против твоего замужества. Найди себе кого-нибудь, кто сможет обеспечивать твои траты… и сексуальные аппетиты. А я… пожелаю тебе счастья.
Она вспыхнула, размахнулась и ударила меня. Почти ударила, потому что я перехватил ее запястье и сжал так, что она вскрикнула.
— А вот это лишнее. Твое время закончилось, Мили. Так что вали из моего дома.
— Ненавижу, — прошипела она мне в лицо, — ненавижу тебя!
— А мне плевать, — я сжал ее запястья, чтобы не дергалась. — И мне надоели твои игры, сестричка. Выходи замуж или просто исчезни, мне просто плевать, поняла?
— Плевать? — синие глаза потемнели. Гроза над бушующим морем. А потом одним движением прильнула ко мне и прижалась к губам. Ее язык скользнул мне в рот, лаская, но лишь мгновение, а потом она резко меня укусила, сразу прокусывая кожу до крови. Ярость взорвалась внутри, разорвала нутро слепящей молнией. Я оттолкнул ее и прижал к стойке, намотал на кулак длинные черные волосы. На ее губах темнела кровь, и я чувствовал соленую вязкую жидкость во рту. И еще возбуждение. Почти неконтролируемое, животное, сносящее крышу и вдребезги разбивающее мое благоразумие. Скользнул взглядом по ее груди, натягивающей черный шелк блузки, по напряженной от такой позы шее. По лицу. Дыхание вырывалось из ее горла с трудом, так же, как из моего. Еще песчинку времени я смотрел, а потом просто вжал ее в себя, вминая в свое тело, до боли, до хруста в костях, до кровавого поцелуя. Не знаю, чьи чувства бились внутри: ее или мои, они были равны по степени безумия и одержимости. Мы всегда чувствовали это — желание на грани помешательства, потребность быть рядом, и в то же время невозможность этого желания.
— Ненавижу… тебя… пожалуйста, пожалуйста, Кай… Не останавливайся… — Мили стонет мне в губы, пока я раздираю ее блузку, чтобы добраться до тела, такого необходимого мне, такого притягательного, и бешено покрываю ее грудь поцелуями. И снова впиваюсь в губы, сосу ее язык, лихорадочно, нетерпеливо дергая те тряпки, что все еще на ней.
Я хочу иметь ее возле этой стойки так, как имею хинд, или еще жестче, только уже не представляя, а действительно ощущая ее. Запах, кожу, губы… Все ее влажные отверстия, в которые я хочу вогнать свой член. Меня трясет от этой потребности немедленного обладания ее телом, глубокого настолько, насколько я смогу сделать это. Или этого хочет она?
Плевать… Только бы скорее…
Где-то в глубине дома тихо закрылась дверь, и чуть слышно мяукнул Мрак. Наверное, меня удивило именно это, ведь кот был на редкость молчаливым. Я отпрянул, но Милинда притянула меня к себе.
— Кай, не надо, — она лизнула мне шею, не отпуская. — Ты мне нужен. А твоя зверушка… Она все поняла правильно.
Я опустил голову, подышал, пытаясь хоть немного успокоиться. Посмотрел на Мили. Она оперлась локтем о стойку, левая нога все еще закинута мне на бедро, блузка разорвана. Мрак! Я даже не помню, как сделал это…
И пошел к двери, торопливо застегивая пуговицы рубашки.
