— А вся армия? — Вопрос сорвался с губ еще до того, как Юсуф успел его обдумать.
— Что ты имеешь в виду?
— Ее исчезновение. Насколько значительна подобная находка?
— Боюсь, ты вступаешь в область чистых фантазий, мой мальчик, — после долгой паузы послышалось в трубке. — Войско Камбиса пропало где-то посреди Западной пустыни. Это невозможно.
— И все же?
Опять молчание.
— Ты и без моих слов понимаешь, что такое событие значило бы для науки.
— Понимаю.
Халифа выбросил в окно окурок и помахал рукой, разгоняя дым.
— Юсуф?
— Извините, устаз[37], отвлекся. Что еще вы можете сказать о пропавшей армии?
— Совсем немного. Это не мой период, ты же знаешь. Попробуй поговорить с профессором Ибрагимом аз-Захиром. На изучение персидских войн он потратил почти всю жизнь.
— Где его найти?
— У вас, в Луксоре. Полгода он проводит в стенах Чикаго— Хауса. Начинает потихоньку сдавать, месяцев пять назад с ним случился удар. Временами даже заговаривается.
Поблагодарив аль-Хабиби и дав слово, что, оказавшись снова в Каире, он обязательно зайдет на обед, Халифа положил трубку и направился в гостиную. Зенаб медленно расхаживала по комнате, укачивая на руках младенца. Юсуф нежно обнял мать и дитя.
— Мне все-таки нужно на работу.
— А он все никак не может уснуть!
— Прости, дорогая. Но…
— Знаю, знаю. — Зенаб улыбнулась. — Иди. И не забудь: сегодня у детишек праздник! Я обещала Али и Бате, что мы обязательно придем. Жду тебя к четырем. Не опоздай!
— Слушаюсь, мэм! Есть не опаздывать!
ЗАПАДНАЯ ПУСТЫНЯВ пути Тэйра просыпалась дважды. Дважды окружавшая ее липкая темнота на мгновения рассеивалась, откуда-то из бесконечной дали возвращалось сознание.
Первый раз она пришла в себя от тряски и резкого запаха бензина. Преодолевая чудовищную боль в голове, Тэйра осознала, что лежит на дне багажника автомобиля — скрюченная, как зародыш в материнской утробе, с лентой скотча на рту и притянутыми грубой веревкой к лодыжкам кистями рук.
Дорога, по-видимому, была покрыта асфальтом: несмотря на тряску, из стороны в сторону машину не бросало, да и двигалась она с приличной скоростью. На память пришли многочисленные кинофильмы, героям которых удавалось выбраться из запертых багажников благодаря обостренному вниманию к доносившимся снаружи звукам. Тэйра решила последовать их примеру и напрягла слух: вдруг какой-нибудь характерный шум подскажет ее местоположение? Но поскольку за десять минут, кроме редких автомобильных гудков да единственного всплеска громкой музыки, услышать ничего не удалось, она вновь провалилась в беспамятство.
Второй раз ее привел в чувство оглушительный грохот над головой. Не сразу раскрыв глаза, Тэйра обнаружила, что сидит, спеленутая ремнями, в мягком кресле. Рядом она увидела Дэниела: голова опущена на грудь, на левой щеке и шее корки запекшейся крови. Странно, но никакой жалости к нему Тэйра не испытывала. Она лишь окинула археолога равнодушным взглядом и отвернулась к окошку, за которым далеко внизу простиралась бесконечная желтая равнина. На мгновение показалось, что это огромный омлет. Идиотское сравнение заставило Тэйру расхохотаться. В следующую секунду она услышала голоса, и тут же кто-то набросил ей на голову черный мешок. Перед тем как — уже в который раз! — отключилось сознание, мозг успел с удивительной ясностью зафиксировать: вертолет летит над Западной пустыней, приближаясь к тому месту, где под слоем песка погребена армия царя Камбиса.
Затем ее поглотила темная бездна.
ЛУКСОРВ здании полицейского управления Халифу ждали два сюрприза. Натолкнувшись в вестибюле на старшего инспектора Хассани, вместо разноса за опоздание детектив услышал почти сердечные слова приветствия:
— Рад видеть, Юсуф! — Босс впервые обратился к нему по имени, что было необычно. — Будь добр, окажи услугу. Как только выкроишь свободную минутку, поднимись ко мне в кабинет, ладно? Никаких неприятностей, клянусь. Наоборот, для тебя есть хорошая новость.
Хлопнув Халифу по плечу, Хассани зашагал по коридору. Второй раз Юсуф удивился, когда обнаружил рядом со своим столом сидящего Омара Абд эль-Фарука.
— Ждать тебя внизу он отказался, — пояснил Сарийа. — Не захотел, чтобы кто-нибудь его здесь увидел. Говорит, принес новую информацию по делу Абу Найара.
Непривычная обстановка действовала на Омара угнетающе. Его пальцы выбивали по крышке стола нервную дробь.
— Ну и ну, — протянул Халифа, опускаясь на стул. — Вот уж не думал, что в один прекрасный день Абд эль-Фарук явится сюда по собственной воле.
— Решился на это я далеко не сразу, — буркнул нежданный гость.
— Чаю?
Омар отрицательно покачал головой.
— И пусть он выйдет. — Выразительный взгляд в сторону Сарийа. — Лишние уши нам ни к чему.
— Мохаммед — мой коллега. Ему известно ровно…
— При нем я не скажу ни слова.
Халифа со вздохом повернулся к подчиненному:
— Извини, Мохаммед. Всего несколько минут. Чуть позже ты тоже будешь в курсе.
Заместитель вышел, плотно притворив за собой дверь.
— Сигарету? — Юсуф протянул Абд эль-Фаруку пачку «Клеопатры», но тот отвел руку инспектора.
— Я пришел не для обмена любезностями.
Храня невозмутимость, Халифа откинулся на спинку стула, закурил.
— О'кей. Говори.
Дробь пальцев участилась.
— Думаю, кое-кому из моих друзей грозит опасность, — понизив голос, сказал Омар. — Вчера они приходили ко мне за помощью, а сегодня исчезли.
— И где же здесь связь с Абу Найаром?
Посетитель настороженно огляделся по сторонам.
— Два дня назад в этом кабинете спрашивали, не знаю ли я чего о находках в холмах.
— И ты сказал, что нет. Значит, все-таки что-то вспомнил? — с усмешкой осведомился Халифа.
— Можете радоваться. Ваша взяла. Абд эль-Фарук пришел к вам за помощью.
Юсуф с наслаждением затянулся дымом.
— Так вот, Абу Найар действительно нашел захоронение. Где — мне не известно, не спрашивайте. Но оно существует. Парень выломал из стены кусок росписи. Каким-то образом кусок очутился у моих друзей, а потом они пропали.
За окном раздался треск фейерверка. Омар вздрогнул.
— Что за друзья?
— Археолог Дэниел Лакаж и его подруга. Англичанка.
— Тэйра Маллрей, — бросил Халифа.
— Вы уже слышали?
— По-моему, пару дней назад они ввязались в какую-то перестрелку.
— Знаю, о чем вы думаете, инспектор, но с доктором Накажем я бок о бок проработал шесть лет. Он порядочный человек.
Юсуф кивнул.
— Верю. Надо же, а ведь мне и в голову не приходило, что когда-нибудь эль-Фарук услышит от меня это слово!
