— Позовите охрану и вызовите полицию! — выпалила она.
Те остолбенели.
— Пошевеливайтесь! — Убедившись, что одна из них потянулась к телефону, Габриела помчалась обратно.
Знаком приказав ей оставаться у двери, Гордон подкрался к окошку и заглянул в него через щелку меж занавесками.
— О Господи! — прошептал он отшатнувшись.
— Что там? — На Габриелу вновь обрушились воспоминания о Тельме и той ночи, когда она умерла. Она снова видела изуродованное тело несчастной жертвы, языки пламени, лижущие стены дома. Видения затуманили ее разум, не давали думать.
— Там Лилиан и Берроуз, — еле слышно сказал Гордон. — И он вооружен.
— Лейси! — Страх сковал грудь Габриелы. Только не это! Проклятье! Ведь они же думали, что девочка в безопасности, что все позади!
— Лилиан рядом с ней на кровати.
— А где Филипп и Шелтон? Они же должны быть там!
— Они там и есть. Оба связаны и лежат у стены.
Перед мысленным взором Габриелы промелькнул какой-то острый предмет.
— Скорей! Мы должны помешать Лилиан!
Гордон был не на шутку встревожен.
— Ты с ней справишься?
— Да! — Во имя всего святого, где же охрана? Где полиция?
Гордон двинулся к двери. Взгляд его теперь был тверд и решителен, даже жесток. Он ударил ногой в дверь, и она с грохотом распахнулась, врезавшись в спину Берроуза. Лязгнула сталь. Пистолет Берроуза вылетел из его руки, ударился о ножку кровати и скользнул по полу. Лилиан обернулась, в руке она сжимала шприц. Габриела рванулась к ней и со всей силы толкнула в плечо — шприц описал дугу в воздухе и разбился о кафельную плитку.
В следующий момент Габриела увидела, что Берроуз тянется к упавшему пистолету. Но Гордон оказался быстрее. Отшвырнув пистолет в дальний угол, он направил свой кольт прямо в сторону сердца противника.
— Не стреляй! — взвыл Берроуз. — Ради Бога, не стреляй!
Габриела тем временем быстро развязала Филиппа и Шелтона и подошла к Лейси.
Лицо девочки казалось белее мела, но она была цела и невредима. Габриела обняла ее.
Филипп Доул, вскочив на ноги, бросился к Берроузу.
— Я убью этого мерзавца! — закричал он.
— Нет! — Габриела вцепилась ему в рукав. — Он того не стоит! Лейси не может потерять еще и вас! Вы нужны ей!
Он посмотрел на дочь, на катившиеся по ее щекам крупные слезы — и ярость мгновенно покинула его. Бросившись к кровати, он обнял девочку, и она заплакала у него на плече слезами, дарующими облегчение и покой.
— Шелтон, приведи своих парней, чтобы они убрали отсюда эту дрянь. — Гордон по-прежнему держал Берроуза под прицелом. — А потом уж поговорим.
Шелтон направился в холл. Вскоре появились полицейские.
Габриела не сводила изумленных глаз с Лилиан. Как может такая яркая красота скрывать под собой такую непостижимую мерзость? Ведь у этой женщины было все, что только можно пожелать.
— Почему ты так поступила? — спросила она. — Я хочу знать — почему?
Та резко повернулась к Филиппу и Лейси.
— Взгляни на них! — Лилиан чуть ли не рвала на себе волосы. — С тех пор как она родилась, на меня он и внимания не обращает. Все для нее! Он всегда любил только ее!
Габриела с жалостью и отвращением смотрела на это чудовище. Оказывается, она ревновала к Лейси! Так ревновала, что хотела убить свою же собственную дочь!
— Ведь он ее отец. Он и должен ее любить.
Не дожидаясь ответа, Габриела подошла к Гордону, осторожно обогнув по пути Берроуза.
— Как ты?
— В полном порядке. — Он окинул ее внимательным взглядом. — А ты?
Она коротко кивнула и побрела в холл Когда Берроуз и Лилиан окажутся пол стражей, у них с Гордоном будет время наговориться. В холле, потерянный, сидел Шелтон. Габриела подумала, как дружили они все эти годы, как с самого детства она привыкла любить и уважать его. Он был ее другом и наставником, ее партнером во многих расследованиях. Он учил ее помогать людям. Ей показалось, что внутри у нее что-то умерло. Сердце неутешно оплакивало эту потерю, и она с трудом сдерживала слезы.
Справившись с собой, Габриела постаралась сосредоточиться и подвести некоторые итоги. Лилиан собиралась убить Лейси, но не убивала Кристину Берроуз. И муж Кристины тоже ее не убивал. Понурившись, Габриела прислонилась к стене коридора. Оставалось только два подозреваемых — Шелтон и Лоренс. Один из них убил Кристину Берроуз. И Габриела знала кто.
Следуя за машиной Шелтона в своем «порше», Гордон посмотрел на Габриелу.
— Я-то думал, теперь ты успокоишься. С Лейси все хорошо.
— Она еще не в абсолютной безопасности. — Габриела невидящим взглядом смотрела вперед. Голос ее дрожал. — Она видела убийство, Гор.
— Ну да, мы так и думали, но я надеялся… — Он боялся смотреть на нее, зная, что прочтет в ее глазах боль, такую же, какая терзала и его со дня смерти Тельмы. Но Гордон понимал, что выбора у него нет. Он не может разыгрывать из себя страуса, прячущего голову в песок, как всю жизнь делала мать Габриелы. Не может он оставить Габриелу наедине с ее терзаниями. — Ты ведь тоже видела убийство.
— Да. — Она потянулась к его руке. — Когда обняла Лейси.
Он ободряюще пожал тонкие пальчики. Автомобиль Шелтона свернул на Нью-Грейт-хайвэй, и Гордон последовал за ним.
— Я тоже знаю, что это был Лоренс, Габи.
— Откуда? — В ее голосе звучало изумление.
— Причина в поводке. Кристина Берроуз сказала, что, если Люк Берроуз не освободит Лейси, она сама это сделает. Помнишь, Зита Хармон слышала, как она клялась в этом. Благодарение небесам, Берроуз не знал, где девочка, в этом он не солгал. Знай он, что Лейси в том сарае, он бы убил ее. Мне кажется, Кристина приехала в рыбацкий домик, чтобы встретиться с Шелтоном, но нашла там Лейси и решила вернуть ее отцу. Так что, сама понимаешь, Лоренс ни за что бы не позволил ей сделать это!
Габриела призадумалась. Она вспомнила, что говорила Хильда: «Он знает, что я звонила в полицию. Но пока еще не топтал моих ирисов».
— Гор, я поняла, где сейчас Лоренс.
— Где?
— У Хильды. Он знает, что она звонила в полицию и…
— И хочет заставить ее замолчать навеки, — подхватил Гордон, нажимая на акселератор и подавая Шелтону сигнал следовать за ним.
Габриела осторожно кралась в темноте по саду. Под прикрытием тени от гаража она подобралась к окну, в котором видела Хильду тем памятным вечером, когда сбежала от Лоренса. Хотя еще не рассвело, но занавески уже были раздвинуты. Заглянув внутрь, она увидела Хильду, сидящую в кресле. Пальцы пожилой леди перебирали четки, губы беззвучно шептали слова молитвы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
