там почти всякий что-то умеет. Ну, колдовать, в смысле…
– Да? – удивился юноша. – Не слышал… Может, это на них так близость к хозяевам действует? Тёмная магия – она такая…
– Ну знаю, – пожала плечами Шура. – Но вот мы видели людей, они сами со Светлых земель, их в плен угнали. Вот там женщина научилась чего-то делать. А как, не знаю, они не говорили.
– Как любопытно! – заинтересовался Нальто. Нитмайя помалкивала, подбрасывая ветки в костер. – Обычная женщина, крестьянка, да? И научилась… Ну, с другой стороны, это можно объяснить! Темная магия близка к земле, вообще ко всему, что земля рождает… Я же сказал, что она изначальная, да? Ну вот… Наверно, сродство к ней есть в каждом, только мало кто может его развить до такой степени, чтобы начать пользоваться этой силой!
– Похоже, – кивнула Шура и спросила, понимая, что юношу сейчас унесет в такие дебри, из которых он нескоро выберется: – А что насчет светлой магии?
– Она – порождение человеческой мысли, – четко ответил он. – Это квинтэссенция самого разумного, самого правильного из того, чего люди сумели достичь за века и века!
– Ну то есть она сама по себе? – допытывалась девочка. – Совсем-совсем отдельно?
– Хм… – Нальто призадумался. – Ты задаешь сложные вопросы! Как тебе сказать… Насколько мне известно, начало обучения у всех магов строится одинаково – они должны научиться видеть. Вот только у светлых магов вся их дальнейшая деятельность подчинена рассудочному, понимаешь? Мы должны понимать, предвидеть, какие последствия возымеет тот или иной наш поступок, то или иное деяние, не подчиняться сиюминутным желаниям, как это делают тёмные! Но вообще, – добавил он, – есть мнение, что различия не так уж велики. Система одна, всё зависит от того, как преподнести…
– Кажется, мой юный друг, вы начитались вольнодумца Ашкера? – раздался знакомый голос, и к костру подсел Джамдир. Нальто дернулся от неожиданности и, похоже, пожалел о том, что так распустил язык. – Это ведь его идеи, не так ли? О единстве начал магии?
– Д-да… – выдавил юноша, разом растеряв жизнерадостность.
– Не смущайтесь так, – усмехнулся Джамдир. – Все мы в юности увлекались им, и я не исключение. Во многом Ашкер был прав, но главная его ошибка состоит в том, что итогом своего исследования он сделал вывод, который вы только что озвучили. – Он перевел дыхание. – А вывод этот, увы, никуда не годится. Не стоит забывать о том, что светлая магия стоит над тёмной! Вы верно сказали, дорогой коллега, что она есть квинтэссенция разумного, это действительно так…
«А ты подслушивал уже давно,» – добавила про себя Шура.
– Как действуют Тёмные? – вопросил Джамдир и сам себе ответил: – Вы опять же верно сказали – они подчиняются сиюминутным желаниям. Вспомнить хотя бы ту женщину, о которой нам рассказала девочка, – он кивнул Шуре, – и её кур. Ей захотелось, чтобы у кур было четыре ножки, а не две, и она воспользовалась магией! Но она не подумала о том, что станет с этими уродцами дальше! Она не подумала, какие они будут нести яйца и кто вылупится из этих яиц, как будут взаимодействовать порождения темной магии с нормальными птицами…
– Но вы же тоже выводите всякое такое, – перебила Шура. – Вот возилы, например, или те летучие жабы… С этим как?
– Мы, в отличие от Тёмных, всегда думаем о последствиях, – высокомерно ответил Джамдир. – Да, мы выводим различных существ для собственных нужд, однако, да будет тебе известно, они лишены возможности размножаться без нашего участия!
Шура сделала серьезное лицо, но это далось ей не без труда. Стоило представить, как осанистый маг заставляет громадных жаб начать брачные игры или как там у них это происходит!
– Светлая магия – суть торжество разума над инстинктами, – продолжал Джамдир серьезно. – Она стоит выше тёмной, она появилась в результате многовекового развития…
На лице Нальто читалась непроходимая тоска пополам с вежливым вниманием. Ясно, встать и уйти он не может, Джамдир куда старше и выше по званию, а слушать уже невмоготу. Наверно, он это сто раз уже слышал!
Шуре тоже было не слишком интересно. Ну, появилась светлая магия после темной. Надстройка такая, понимаете ли. Самое разумное, доброе… И, как водится, носители этой светлой магии сочли себя венцом творения. Нет, может, так оно и было, только слушать про это оказалось очень скучно.
– Нитмайя, – сказала девочка, когда маг сделал паузу, – котелок утром будем мыть или сейчас?
– Да можно сейчас, а то утром некогда, – решила та. – Пошли, поможешь…
Кажется, Джамдиру не слишком понравился их уход, но вот Нальто явно был благодарен: ради него одного старший маг не стал распинаться, тоже встал и ушел туда, где оставил Сашу…
– Вот болтун, – сказала Нитмайя, надраивая котелок песком.
– Кто, Нальто? – поинтересовалась Шура. Ей достались ложки, их чистить было несложно, но всё-таки дело!
– Да нет, наш, – фыркнула женщина. – Как пойдет языком чесать, не остановишь!
– Ага…
– А пацаненок ничего себе, – заключила та. – Не злой, разумение имеет. Если Тёмные не убьют, справным магом станет!
– Лучше Джамдира? – хмыкнула Шура.
– Может, и лучше… – пожала плечами Нитмайя. – Во всяком случае, он себя выше всех не считает! Может, испортится еще с годами, но что-то не верится. Такие горят ярко… – Она вздохнула. – Жаль только, бывает, сгорают быстро!
– Ты о чем?
– Да так, – усмехнулась женщина. – Сама, небось, понимаешь… Не понравится кому из старших, так и не дадут дороги. Будет до конца жизни сидеть на окраине, нет, чтоб делом заниматься! А жалко…
– А-а! – поняла Шура. – Ну, может, сообразит, что не надо слишком уж… ну… выпячиваться?
– Может, и сообразит… – Нитмайя вздохнула. – А нет – так вон до Тао Гарти рукой подать.
– В смысле?
– Да сама-то подумай! – сказала та. – Слышала же, что он сказал: особой разницы в магии нет. Научился светлой, тёмной так и вовсе быстро обучится. А там хорошего мага с распростертыми объятьями примут…
Шура промолчала. Однако! Если уж Нитмайя говорит о таком всерьез, то… Дело ли осуждать простых людей, не магов даже?… Но, с другой стороны, разве где-то бывает иначе?
13. Поход
До замка Чин-Хатт добрались без приключений и довольно быстро. Эти края, Шура уже поняла, напоминали лоскутное одеяло: клочок светлый, клочок тёмный, без особой системы… Светлые – те еще тяготели к своим, а вот Тёмные – где поселились, там им и хорошо, и всё равно им, что вокруг! Но дальше, сказал Джамдир, должны начаться земли, где Светлых почти и нет. Тяжело выжить в тех краях, где на помощь даже никто не придет, случись что! Чин-Хатт был
